Куколку я положил в спичечную коробку, а коробку спрятал под кровать и забыл про неё.

Весной, когда снег растаял и лес стал зелёный, я проснулся утром и слышу: кто-то шуршит под кроватью. Я подумал: мышь. Посмотрел под кровать, там мыши нет, только спичечная коробка валяется. В коробке кто-то шуршит, шелестит. Я открыл коробку. Из неё вылетела золотистая, как сосновая чешуйка, бабочка. Я даже не успел её поймать. Я не понял, откуда она. Ведь в коробке была мёртвая куколка, твёрдая, как сучок.

Бабочка вылетела в окно и полетела к соснам на берегу реки. В лесу пели птицы, пахло травой, кричал петух, а я смотрел на пустую спичечную коробку и думал: "Она же была мёртвая, мёртвая!"

ЛОСЬ

Весной я был в зоопарке. Кричали павлины. Бегемота сторожиха метлой загоняла в его домик. Медведь на задних лапах выпрашивал кусочки. Слон топал ногой. Верблюд линял и, говорят, даже плюнул в одну девочку, только я не видел.

Я уже собрался уходить, когда заметил лося.

Он стоял неподвижно на холме, далеко от решётки. Деревья были чёрные, мокрые. Листья на этих деревьях ещё не распустились. Лось среди чёрных деревьев, на длинных ногах был такой странный и красивый.

И мне захотелось увидеть лося на воле. Я знал, что лося можно встретить только в лесу. На другой день я поехал за город.

Поезд остановился на маленькой станции. За будкой стрелочника была тропинка. Она вела прямо в лес. В лесу было мокро, но листья на деревьях уже распустились. На бугорках росла травка.

Я шёл по тропинке очень тихо. Мне казалось, что лось где-нибудь близко, и я боялся.

И вдруг в тишине я услышал: тень-тень-тень, пинь-пинь-тень...

Да это же совсем не капли; на берёзке сидела маленькая птичка и пела так же звонко, как вода падает на льдинку. Птичка увидела меня и улетела, я даже не успел её разглядеть.

Я очень жалел, что спугнул её, но она снова где-то далеко в лесу запела-затенькала.

Я сел на пенёк и стал её слушать. Около пенька была лесная лужа. Солнце освещало её, и видно было, как на дне копошится какой-то паучок с серебряным брюшком. И только я внимательно поглядел на паучка, как вдруг жук-водомерка на своих тонких лапках, как на коньках, быстро скользнул по воде. Он догнал другую водомерку, и они вместе от меня ускакали. А паучок поднялся наверх, набрал на мохнатое брюшко воздуха и медленно опустился на дно. Там у него к травинке был привязан паутиной колокольчик. Паучок лапками сгрёб с брюшка воздух под колокольчик. Колокольчик качнулся, но паутина его удержала, и я увидел в нём воздушный шарик. Это у паука-серебрянки такой домик под водой, и там паучата живут, вот он и носит им воздух. Ни одна птица до них не доберётся.

И тут я услышал, как за пеньком, на котором я сижу, кто-то возится, шуршит. Я тихонько одним глазом посмотрел в ту сторону. Вижу, сидит мышка с жёлтым горлышком и отдирает сухой мох от пенька. Схватила клочок мха и убежала. Мох она мышатам в нору постелит. Земля-то ещё сырая.

За лесом паровоз загудел, пора домой. Да и устал я сидеть тихо, не шевелиться.

Когда подходил к станции, вдруг вспомнил: ведь лося я так и не увидел!

Ну и пускай, зато я паучка-серебрянку видел, и желтогорлую мышь, и водомерку и слышал, как теньковка поёт. Разве они не такие же интересные, как лось?

ОСЛИК

Ещё в детстве в какой-то книжке я прочёл, что у ребят был свой ослик. Они сами его кормили и ездили на нём куда хотели. И с тех пор я только и мечтал о своем ослике, даже деньги копил, чтобы его купить.

Когда к нам приезжали знакомые, пили чай и разговаривали с мамой о своих взрослых делах, я всегда спрашивал: сколько стоит ослик, чем его кормят, может он жить у нас в Москве, а вдруг ему снег не понравится? Все смеялись, а мама укладывала меня пораньше спать.

Теперь я стал уже большим и недавно ездил в Таджикистан. Я жил в кишлаке. У хозяина, где я остановился, был ослик, серый и маленький. Ослик стоял около сарая и отмахивался хвостиком от мух.

Мне очень захотелось прокатиться на нём верхом. Хозяин мне разрешил:

- Сколько хочешь езди, только возьми палку.

Палку я не взял и пожалел. Ослик всё время останавливался, ревел и дальше не шёл. Я его и упрашивал, и подталкивал сзади - всё равно стоит на одном месте. А потом вдруг быстро побежал, я крепко вцепился в гриву.

Он завёз меня на середину ручья и остановился. Вода в ручье ледяная, до берега далеко, и тут я пожалел, что у меня нет палки.

Я его уже не называл осликом, а ругал как попало. Хорошо, что хозяину надоело меня ждать. Он пришёл к ручью, сломал прут, и обратно мы ехали быстро. Хозяин смеялся надо мной. Я совсем не знал, что осёл такой упрямый. Ведь в книжке рассказывали про послушного ослика, а это был длинноухий, упрямый осёл, совсем не тот, на которого я копил деньги в детстве.

ПРОША

Один мальчик, его звали Проша, не любил ходить в детский сад. Мама ведёт его утром в детский сад, а Проша спрашивает:

- Почему ты меня ведёшь?

Мама говорит:

- Потому что ты один заблудишься!

- Нет, не заблужусь!

- Нет, заблудишься!

Проша каждый день с мамой спорил. Раз утром мама говорит ему:

- Иди один в детский сад!

Обрадовался Проша и пошёл один, без мамы. А мама шла по другой стороне улицы и смотрела - куда он пойдёт? Проша не видел маму. Он прошёл немножко по улице, остановился и стал смотреть в окно. Он очень любил смотреть в чужие окна.

В этом окне сидела собака. Она увидела Прошу и стала лаять. А Проша совсем не боялся собаки. Правда, он боялся, но немножко: он знал, что собака за стеклом!

Проша становился всё храбрей. Сначала он показывал собаке язык, а потом стал кидать камушки. Собака на него злилась. Она хотела его укусить, но стекло её не пускало. Собаку кто-то позвал. Она завиляла хвостом и прыгнула в комнату.

Проша всё стоял у окна и ждал. И вдруг видит: открывается дверь выходит эта собака и с ней девочка. Она её на цепочке вывела погулять.

Проша хотел побежать - от страха ноги не двигаются. Хотел закричать тоже не может!

А собака увидела Прошу и как зарычит, зубы оскалила!

Девочка изо всех сил держит собаку и кричит Проше:

- Беги! Беги!

Проша закрыл лицо руками и как заревёт:

- Больше не буду! Не буду дразнить!

Тут подбежала Прошина мама, взяла его на руки, и они скорей пошли в детский сад.

УКА

Пошёл я на болото собирать клюкву. Набрал полкорзинки, а солнце уже низко: из-за леса выглядывает, вот-вот скроется.

Спина устала немножко, распрямился я, смотрю - пролетела цапля. Наверно, спать. Она на болоте давно живёт, я её всегда вижу, когда она пролетает.

Солнце уже зашло, а светло ещё, небо на том месте красное-красное. Тихо вокруг, только кто-то кричит в камышах, не очень громко, а слышно далеко: "Ук!" Подождёт немножко и опять: "Ук!"

Кто же это такой? Я этот крик и раньше слышал, только не обращал внимания. А сейчас мне как-то любопытно стало: может, это цапля так кричит?

Стал я ходить около этого места, где крик слышен. Близко совсем кричит, а никого нет. Темно скоро будет. Пора домой. Только немного прошёл - и вдруг кричать перестало, не слышно больше.

"Ага, - думаю, - значит, здесь!" Притаился я, стою тихо-тихо, чтоб не спугнуть. Долго стоял, наконец на кочке, совсем рядом, откликнулось: "Ук!" - и опять тишина.

Присел я, чтоб получше разглядеть, смотрю - лягушечка сидит и не шевелится. Маленькая совсем, а кричит так громко!

Поймал я её, в руке держу, а она даже не вырывается. Спинка у неё серая, а брюшко красное-красное, как небо над лесом, где зашло солнце. Посадил я её в карман, корзиночку с клюквой взял и пошёл домой. В окнах у нас свет зажгли. Наверно, сели ужинать.

Пришёл я домой, дедушка меня спрашивает:

- Куда ходил?

- Ловил укалку.

Он не понимает.

- Что, - говорит, - за укалка такая?

Полез я в карман, чтоб её показать, а карман пустой, только немножко мокрый. "У, - думаю, - противная ука! Хотел её дедушке показать, а она убежала!"