ГЛАВА 28

Синклер

Я снова была в безопасности. Когда я подбежала к входной двери, Тейбор с силой выбил ее. Я стояла, чувствуя, как во мне бурлит адреналин, и пока Тейбор пробегал мимо меня, Арчер остановился и притянул меня к себе, обхватив ладонями мое лицо.

— Ты в порядке. Ты с нами. Я чертовски сильно люблю тебя, Син. Ты слышишь меня? Теперь ты в безопасности.

Казалось, что сломаться — единственный способ справиться с ситуацией, и именно это я и сделала. Я плакала и цеплялась за его плечи, когда у меня подогнулись колени, а когда он обнял меня, я крепко зажмурилась, желая, наконец, очнуться от этого кошмара. Но я была в полном сознании, и следующим лучшим решением было убраться отсюда.

— Я хочу домой, — закричала я ему в грудь.

— Мы отвезем тебя домой. Теперь ты в безопасности.

Он поцеловал меня в макушку, а затем я почувствовала чьи-то руки на своей спине. Я вздрогнула, но Арчер поспешил успокоить меня.

— Это Форд. Позволь ему отвести тебя к машине.

Подняв глаза, я увидела, что Форд с хмурым видом стоит у меня за спиной.

— Пойдем со мной, любимая.

Я в последний раз взглянула на Арчера, затем позволила Форду увести меня от дома к машине. Он открыл заднюю дверь и помог мне забраться внутрь, затем забрался следом за мной и запер двери.

— Иди сюда. Давай согреем тебя, — сказал он, доставая толстое одеяло.

Он завернул меня в него, и я прижалась к нему, нуждаясь в его утешении.

— Я держу тебя, — прошептал он мне в лоб.

Все возможные эмоции переполняли меня, но самым большим из них было облегчение. Даже если все еще не было четкой уверенности в том, что все закончилось, я должна была сказать себе, что это так. Я не смогла бы пройти через это снова. У меня не хватило бы сил справиться с этим.

Я была измотана. Ранена. Побежденная. И поскольку мой разум был настолько уставшим, я начала то приходить в себя, то терять сознание, пока, наконец, не получила отдых, в котором отчаянно нуждалась.

Арчер

Мои руки были в крови, и, хотя это принесло мне некоторое удовлетворение, я был не совсем доволен результатом. Реннер сам напросился на это. Я предупредил его, но он все равно умудрился облажаться сильнее, чем когда-либо в своей жизни. Я был поражен его глупостью.

— Что ты хочешь, чтобы мы теперь сделали? — спросил Тейбор.

Он начал драку, но я остановил его, и теперь Реннер лежал на земле с окровавленным лицом и телом. Он все еще был с нами, потому что я не был гребаным убийцей. Но находился почти без сознания.

— Мы оставим его здесь и вызовем полицию.

Я посмотрел на Тейбора, затем перевел взгляд на Линка.

— С тобой все в порядке?

Он порезал руку, когда разбил бутылку вина о голову Реннера, и кровотечение у него было сильнее, чем у нас.

— Со мной все будет в порядке. Возможно, придется накладывать швы.

Я кивнул и похлопал его по плечу.

— Мы скоро отвезем тебя в больницу.

Я снова посмотрел на Реннера и изучил его лицо. У него был сломан нос и разбиты губы. Он выглядел ужасно, но я не испытывал угрызений совести. Я опустился перед ним на одно колено, чтобы быть ближе к нему, и протянул руку к его рубашке.

— Это будет единственный раз, когда я прикажу тебе, так что лучше слушай внимательно. Ты уедешь из Боулдера. Мне все равно, что ты будешь делать со своим бизнесом, но ты уедешь из этого города. Я позабочусь о том, чтобы СМИ узнали, кто ты на самом деле, и я не буду скрывать подробностей. Ты потеряешь все, что когда-либо создавал, и каждый человек, который когда-либо доверял тебе, отречется от тебя. Тебе конец, слышишь меня? Все! Твоя жизнь кончена.

Я толкнул его в грудь и встал.

— Пойдем. Дальше он сам справится.

Я повернулся и вышел из дома, направляясь к машине, в которой сидела Синклер. Когда я открыл заднюю дверь, то увидел свою малышку, свернувшуюся калачиком на руках у Форда.

— Она спит, — тихо сообщил он мне.

Я кивнул и, потянувшись к ней, убрал волосы с ее прекрасного личика.

— Сейчас мы поедем домой. Ей нужно отдохнуть.

— Что с Реннером?

— Он жив. Мы позвоним в полицию, и завтра я свяжусь с его людьми, чтобы все им рассказать.

Форд кивнул, затем посмотрел на мои руки.

— Ты в порядке?

— Да. Но нам нужно отвезти Линка в больницу. У него сильный порез на руке.

Я в последний раз провел рукой по волосам Син, прежде чем закрыть дверь. Затем окликнул Линка и Тейбора, и как только они вышли из дома, я указал на машину Линка.

— Отвези его в больницу. Встретимся у меня дома. — Тейбор кивнул, они сели в машину Линка и уехали.

Я бросил последний взгляд на дом, прежде чем сесть в машину. Проезжая по узкой улочке, обсаженной деревьями, я посмотрел на Синклер в зеркало заднего вида. Ей потребуется время, чтобы оправиться от этого, и я надеялся, что она разрешит нам помочь ей снова обрести покой.

***

Было три часа ночи, и мы все собрались у меня дома.

Форд отнес Синклер в мою спальню, где она крепко спала. Линк тоже вернулся со швами на руке. Врач сказал, что его порез быстро заживет.

— Только что разговаривал по телефону с копами. Они схватили Реннера и направляются на поиски Мэнни. Они будут вести расследование и, возможно, захотят поговорить с Синклер, — сказал Тейбор.

Я провел руками по голове и почесал затылок.

— Посмотрим, как будут действовать полицейские завтра. Если она не готова к разговору, я не позволю им к ней приближаться.

— Это поможет им, но я понимаю. Ей нужно время, — согласился Тейбор.

Он сел рядом со мной и потянулся за стаканом бурбона.

— Она ранена?

— Физически — нет. Морально... она, должно быть, опустошена, — сказал Линк. — У нее был приступ паники, когда Реннер впервые привел меня к ней. Я не смог ей помочь. Я хотел обнять ее и сказать, что все будет хорошо, но не смог.

Ему потребуется некоторое время, чтобы осознать, что его действия были направлены для освобождения Синклер, и я был уверен, что она не направит свой гнев на него.

Тем не менее, Линк боролся.

— Ты поступил храбро, что пошел первым. Черт возьми, тебе даже удалось попасть туда и поговорить с Реннером. Как, черт возьми, он не понял, зачем ты там был? — спросил Тейбор.

— Реннер изменился. Чертовски уверен, что в прошлом году он употреблял все виды наркотиков, — заявил Линк, и по какой-то причине его слова прозвучали слишком уверенно.

Но я не стал подвергать это сомнению. Моя девочка вернулась ко мне, и, хотя я уже говорил то же самое, я не позволю, чтобы с ней что-то случилось снова.

— Мы больше никогда не услышим о Реннере. Как только полиция узнает всю правду, он исчезнет навсегда.