Глава 27



Я облажался. Мне следовало догадаться, что не стоит запихивать Зои в машину и отправлять ее домой с людьми, которых она ни хрена не знает. Конечно, в такой ситуации она взбесится. Я не думал. Я просто действовал, сосредоточившись на том, чтобы доставить ее в безопасное место и преследовать долбаных придурков, которые, похоже, не прочь устроить стрельбу в любом помещении, где она находится.

Однако, когда я услышал страх в ее голосе, моей единственной мыслью было добраться до нее. Я должен был сесть с ней в ту машину.

Проходя по дому, я слышу их голоса на кухне.

— Марсель симпатичный. — Говорит Зои странным шепотом. — Он мне нравится.

Я улыбаюсь ее словам и иду на звук. Мне требуется две гребаные секунды, чтобы, глядя на нее и ее налитые кровью глаза, понять, почему она сидит здесь с выражением удивления и умиротворения на лице. Гребаный Вин.

— Какого хрена? — Спрашиваю я.

— Марсель. Это ты. — Зои спрыгивает со стола, на который, похоже, забралась, и бежит ко мне. Я обвиваю ее руками, пока ее ладони блуждают по моему лицу. — Я волновалась за тебя, — говорит она.

— Волновалась? Тебе не нужно волноваться за меня, детка. — Я наклоняюсь и целую ее в лоб.

— Ммм, нужно. Потому что ты мне нравишься, а значит, я должна волноваться, — говорит она мне. — О, торт! Ты принес торт? — Зои смотрит на меня с надеждой, мерцающей в ее глазах.

Я поворачиваюсь к младшему брату.

— Я убью тебя, — рычу я на него. — Ты, блять, накурил ее?

— Ш-ш-ш. Не злись на него. Он мой друг, — говорит Зои.

— Вин – твой друг? С каких пор? — Спрашиваю я ее.

— Мы всегда были друзьями. — Зои прижимает пальцы к складке между моими бровями. — Тебе не стоит так часто хмуриться. У тебя появятся морщины.

— Зои, ты под кайфом. — Вздыхаю я.

— Так вот почему мне так хорошо? Ммм, мне следовало попробовать это много лет назад. Тебе тоже стоит попробовать. Вин, поделись с братом. Ему нужно расслабиться, — говорит Зои.

— У мне все закончилось, Зи. — Ухмыляется мне Вин.

— Зи? — Спрашиваю я.

— Она будет моей сестрой. Я могу давать ей прозвища. В любом случае, у меня полно дел. Постарайся не нарваться на пулю, — говорит Вин, после чего разворачивается на пятках и быстро убегает.

— Что происходит? — Раздается голос Дейзи у меня за спиной через несколько секунд после ухода Вина.

Когда мы вернулись в клуб, до меня дошло, что Дейзи тоже была там. Я чувствовал себя дерьмом, что не вспомнил о ней раньше. Но, честно говоря, в тот момент я не думал ни о ком, кроме Зои. Я в панике повернулся к Джио, и он сказал, что она ушла, когда мы с Зои спустились на танцпол.

— Привет, я так рада, что ты здесь. — Элоиза крепко обнимает Дейзи.

— Что происходит? — Повторяет Дейзи.

— Ничего, пойдем. Помоги мне приготовить ужин. — Элоиза берет Дейзи за руку и тащит ее дальше на кухню.

Дейзи всегда была счастливой девушкой. Раньше в ней было что-то светлое. Но с тех пор, как Гейба посадили за решетку, весь этот свет как будто выключили.

— Ты видел его сегодня? — Спрашивает она меня.

— Да, — говорю я ей, беря Зои за руки. Чтобы они не блуждали по моему телу.

— С ней все в порядке? — Дейзи смотрит на Зои, затем снова на меня.

— О, у меня все просто замечательно, — говорит Зои.

— Вин накурил ее, — ворчу я.

Элоиза и Дейзи смеются, и Зои тоже смеется. Мне одному не кажется чертовски забавным, что моя девушка сейчас под кайфом?

— Джио возвращается, Эл. Вы двое справитесь, если я отнесу ее в постель?

— Мы в порядке, — говорит Эл. Когда я не двигаюсь с места, она добавляет: — Обещаю.

— Хорошо, я буду наверху, если вам что-нибудь понадобится, — говорю я им. — Пойдем. — Я беру Зои за руку и вывожу ее из кухни.

— Подожди, — говорит она, резко останавливаясь. — А как же торт? — спрашивает она с такой серьезностью, что мне трудно не улыбнуться.

— Я принесу тебе его в твою комнату, — говорит ей Эл.

— О, потрясающе. Спасибо. — Ухмыляется Зои.

Наконец, заведя ее в свою комнату, я закрываю дверь и запираю ее. Мне не нужно, чтобы кто-то ворвался сюда.

— Зои, ты хорошо себя чувствуешь? — Спрашиваю я, наблюдая, как ее взгляд мечется по комнате, ни на чем не фокусируясь.

— Ага. Я в полном порядке, Марсель. А ты знаешь, что ты очень симпатичный? — Говорит она мне.

— Симпатичный?

— Ммм. Такой симпатичный. Слишком симпатичный для меня.

— Определенно не слишком симпатичный для тебя, детка.

— Я думаю, ты слишком хорош для меня. Или слишком плох. Не знаю, что именно. Но я знаю, что недостаточно хороша для тебя, Марсель. Я не могу быть той женщиной, которая тебе нужна. — Зои садится на край кровати.

Я подхожу и опускаюсь перед ней на колени.

— Зои, ты именно та женщина, которая мне нужна. Ты – все, что мне нужно и чего я хочу. — Я беру ее руки в свои.

Зои качает головой.

— Я не в порядке, Марсель. Это тяжело. Я хочу быть хорошей для тебя, потому что ты мне очень нравишься, и я не хочу тебя потерять.

— Ты никогда меня не потеряешь. От меня трудно избавиться. — Улыбаюсь я ей. — Зои, это любовь, а не война. Со мной тебе не нужно притворяться и быть кем-то другим. Просто будь собой.

— Любовь?

— Да, любовь.

— Вин думает, что ты влюблен в меня. — Она грустно улыбается мне. — Я сказала ему, что это не так.

— Ошибаешься, — поправляю я ее. — Я очень сильно влюблен в тебя, Зои Петрова. Настолько сильно, что твою фамилию придется очень скоро сменить.

— Но моя фамилия уже изменена. На Петрову, — смущенно говорит она.

— Зои, она изменится на Де Беллис, когда мы поженимся.

— Мы поженимся?

— Когда-нибудь, да. Я люблю тебя, Зои, и не отпущу.

Зои моргает, пытаясь сфокусироваться на моем лице.

— Я тоже тебя люблю, — говорит она. — Очень сильно. — Ее глаза блестят от непролитых слез.

— Что случилось? — Спрашиваю я ее.

— Думаешь, Элоиза действительно принесет торт?

Я смеюсь.

— Ты действительно хочешь торт, да?

Зои нетерпеливо кивает головой.

— Очень, — говорит она.

— Хорошо, я схожу за ним. Прыгай в постель. Я сейчас вернусь с твоим тортом. — Я откидываю одеяло и жду, пока она уляжется, прежде чем укрыть ее. Затем наклоняюсь и нежно целую ее в губы. — Я так чертовски сильно люблю тебя, — говорю я ей.

— Я тоже тебя люблю. Пожалуйста, не разбивай мне сердце, Марсель, — шепчет она.

— Я буду защищать его ценой своей жизни, Зои. Я всегда буду беречь твое сердце, — говорю я и выхожу из комнаты.

Спускаясь по лестнице, я застаю Ивана и Санто за спором. Не самый лучший сценарий для них обоих.

— Что происходит? — Спрашиваю я. Они оба поворачиваются и смотрят на меня.

— Где она? — Ворчит Иван.

— Спит, — говорю я ему.

— Мне нужно ее увидеть, — говорит он.

— Нет, этого не будет. Она, блять, спит, — повторяю я. — В постели.

— Приказ босса.

— Мне насрать, чего хочет твой босс. Она спит, и никто, блять, не станет подкрадываться к ней, когда она спит. — Я уже достаю телефон из кармана и набираю номер, пока говорю ему это.

Михаил отвечает на звонок.

— Де Беллис, где моя дочь?

— С ней все в порядке. Она спит.

— Тогда какого хрена ты мне звонишь? Разве ты не должен искать тех долбаных придурков, которые продолжают в тебя стрелять?

— Твой парень думает, что ему нужно подкрасться к Зои, пока она спит. Тебе лучше сказать ему обратное, потому что я всажу ему пулю между глаз, прежде чем он когда-либо увидит ее в гребаной постели, — шиплю я в трубку.

— Во-первых, она не спит. Она сейчас в коридоре наверху.

— Откуда ты это знаешь? — Я оглядываюсь на лестницу. Он никак не может этого знать. Правда?

— Неважно откуда. Это уже второй раз, когда она оказывается рядом с тобой во время перестрелки, Марчелло. Третьего не будет.

— Они охотятся не за мной, — говорю я, прежде чем набрать полные легкие воздуха. То, что я хочу сказать, вряд ли кого-то обрадует.

— О чем ты говоришь?

— Это она. Они охотятся за ней, — говорю я ему.

— Какого хрена кому-то понадобилось охотиться за Зои?

— Хороший вопрос, но тупой ублюдок, которого я сегодня застрелил, целился в Зои, а не в меня, — говорю я. — Скажи своему парню, что он не зайдет в гребаную спальню, чтобы поглазеть на мою девушку. — Я вешаю трубку и кладу телефон в карман.

Через секунду звонит телефон Ивана, и он свирепо смотрит на меня, отвечая на звонок.

— Санто, иди за мной. — Я начинаю подниматься по лестнице.

— Ты так и оставишь этого русского мудака в нашем доме? — Рычит Санто.

— Да, — ворчу я. — Оставь его. Он здесь из-за Зои.

— Мне насрать, даже если он здесь из-за гребаного Папы Римского. Этого ублюдка вообще не должно здесь быть, Марчелло, — говорит Санто, догоняя меня на полпути к лестнице.

— Мне нужно, чтобы ты проверил Эл. Мне кажется, она старается держаться храбро, но эта ночь потрясла ее, — говорю я ему.

— Хорошо, но ты должен выставить русского из дома, — бросает он через плечо, снова спускаясь по лестнице.

Я нахожу Зои бродящей по коридору, и разглядывающей старые фотографии на стенах. Я поднимаю взгляд на камеры. Этот ублюдок взломал нашу систему безопасности. Я отмечаю про себя, что с утра первым делом займусь серьезной модернизацией.

— Зои, детка, я думал, ты в постели.

— У твоей семьи очень хорошие гены, знаешь ли. Нет ни одного уродливого. Вообще, — говорит она.

— Серьезно? Может, тебе нужны очки, детка. Все мои братья уродливые. А тебе достался самый красивый из них. Поверь мне. — Подмигиваю я ей.

— Да уж. Я знаю это, но они не уродливы. — Хмурится она. — Знаешь, может это проклятие? Кто-то хотел иметь красивых детей, поэтому заключил сделку с дьяволом.

— Это не проклятие, — говорю я ей.

— Михаил думает, что я проклята, — говорит она.

— Что?

— У моего окна была птица. В России это означает смерть или что-то в этом роде. Это, конечно, чушь, — объясняет она, пренебрежительно махнув рукой.

— Он сказал, что птица у твоего окна означает смерть?

— Птица, стучащая в окно, – это предупреждение о приближении смерти. Думаю, он выпил слишком много водки, если ты понимаешь, о чем я.

— Возможно. Пойдем спать. Уже поздно. — Я беру ее за руку, испытывая внезапную потребность прижать ее к себе и не отпускать.