— Значит ли это, что теперь нам придется рассказывать свою историю любви? — спрашиваю я Джеймса.
Его глаза загораются, и он кивает с широко раскрытыми глазами.
— На самом деле мы познакомились на одной из встреч моего отца. Я случайно зашла на одно из них и не знала, что Ремо тоже там присутствует. Я вышла, извинившись, и пошла на кухню, чтобы подождать, так как встреча проходила у нас дома, — начинает объяснять Аврора.
Я киваю, наблюдая за тем, как она делает все эти выражения, которые заставляют зрителей слегка наклоняться вперед, потому что она их завораживает. Она умеет так легко разговорить людей, что они хотят услышать больше.
— Как долго это продолжалось? Все было так хорошо спрятано, что никто ничего не подозревал. Потом появились новости, и СМИ сходили с ума по свадьбе, — восклицает Джеймс с впечатленным выражением лица.
— Это произошло в течение почти шести месяцев. Мы с Ремо знали, что не просто бегаем друг за другом, чтобы скоротать время, и решили связать себя узами брака довольно быстро.
Джеймс кивает на ответ Авроры, после чего переходит к аудитории. — Теперь мы можем задать несколько вопросов и из зала.
Выбирается молодая женщина, которая улыбается нам, и, получив микрофон, встает.
— Как вы поняли, что вам суждено быть вместе?
— Думаю, потому что с ним я чувствовала себя в безопасности, и мне не нужно было задумываться о других его мотивах. Он заставил меня чувствовать себя так с самого начала, поэтому мне было легко представить, как сложится моя жизнь с ним.
Мы не практиковали этот вопрос, и он ни разу не прозвучал, но то, что Аврора так легко ответила на него, меня несколько озадачило.
Как ей удалось так быстро ответить на этот вопрос?
Женщина кивает и садится, после чего выбирается другая женщина.
— Мой вопрос для Ремо. Что привлекло вас в ней с первого взгляда?
Я даже не задумываюсь, прежде чем ответить.
— Ее губы, как это ни смешно. Когда она улыбнулась мне в первый раз, я обратил внимание именно на это, а потом на то, что от нее пахнет вишней.
Аудитория, включая Джеймса, смеется.
— Это один из вариантов, — добавляет Джеймс, заставляя Аврору захихикать.
— Последний вопрос перед тем, как мы попрощаемся с этой прекрасной парой, — объявляет Джеймс.
На этот раз в толпе встает мужчина. Он находится сзади, и свет не попадает в нужную точку, поэтому он окутан темнотой, но я все равно вижу его силуэт.
Камера все равно не попадает на него, поэтому на него не направляют свет прожектора.
— Любила ли ты кого-нибудь до того, как полюбила Ремо?
Вопрос явно адресован Авроре.
Она открывает рот, чтобы ответить, но тут же застывает рядом со мной.
Она крепче сжимает мою руку, заставляя меня посмотреть на нее.
Ее лицо слегка побледнело, а улыбка стала натянутой.
— Нет. Я не знала, что такое любовь до Ремо, — тихо отвечает она, и если бы вы не присмотрелись, то не поняли бы, что она немного испугалась этого вопроса.
Я не знаю, в чем дело.
Моя голова снова поворачивается к мужчине, но в нем нет ничего необычного.
Может быть, он напоминает ей человека, о котором говорил ее отец?
Может быть, он просто застал ее целующейся с мужчиной в комнате и стыдит ее за это, и это навевает воспоминания?
Я провожу большим пальцем по ее кольцу, крутя его слева направо, справа налево. Надеюсь, это ее пока успокоит, и она поймет, что я не сержусь на то, что она целовалась с другим. Это последнее, о чем я думаю.
Я знаю, что у нее была жизнь до меня. И у меня тоже. Обижаться на других за их прошлое - это не то, что кто-то имеет право делать.
Она медленно успокаивается, ее плечи расслабляются, пока Джеймс прощается с нами. Мы улыбаемся зрителям, машем им, а затем спускаемся за кулисы.
Как только мы оказываемся там, Аврора поворачивается ко мне, ее глаза расширены.
Она не моргает, но так крепко держит меня за руку, что ногти впиваются в кожу. По руке пробегает пронзительный укол, но я позволяю ей держать меня.
Сделав шаг ближе к ней, я провожу рукой по ее голове, касаясь щеки. Ее затрудненное дыхание постепенно успокаивается.
— Я не буду сердиться на тебя за то, что ты поцеловала кого-то, Аврора, — пробормотал я, надеясь, что моя реакция не выбила ее из колеи и она не чувствует, что должна что-то сказать или уточнить.
— Не волнуйся. Давай пока просто уйдем, — заверяю я ее.
Она кивает, потом сглатывает, когда я вывожу нас на улицу к зданию моего офиса. Она садится на диван в моем кабинете, вскоре ложится и засыпает.
В конце концов, я несу ее к нам домой. Она кажется такой маленькой и драгоценной в моих руках.
Как будто весь мой мир находится в моих руках, как будто мое собственное бьющееся сердце гуляет вне моего тела, и оно может уйти от меня в любой момент, оставив меня лишь безумцем на этой земле.
Поэтому, если бы Аврора мне разонравилась, если бы ее у меня забрали, я бы устроил абсолютный хаос. Разрушая все, что вижу.
Что ее так напугало?
Правильно ли я понимаю, что это как-то связано с вопросом и ее прошлым?