Ее вина. Моя. Как бы вы ни хотели это определить. Но что-то было. На нашем пути. И это, черт возьми, убивало меня.
Я надеялся только на то, что после того, как я выручу брата, нам больше ничего не помешает. Никаких барьеров на нашем пути.
— Я правда не знаю, что сказать. — Поднес руку к горлу, немного удивленный тем, что от эмоций мой голос стал хриплым.
— Я сделаю это. Так что обсуждать нечего. Я просто хочу, чтобы эта чехарда поскорее закончилась, и мы могли жить нормально. Или настолько нормально, насколько могут быть нормальными отношения с братом моего бывшего. — Она наклонила голову в сторону ванной. — А пока я проверю душ. Могу поспорить, что он самый роскошный из всех, которыми я пользовалась за всю свою жизнь. — Она улыбнулась, и я понял, что это притворство. Но потом ее глаза переместились за мое плечо, а губы сжались. — Как мы будем делить постель сегодня ночью?
Я повернулся, чтобы посмотреть на кровать королевских размеров с балдахином и черным кожаным изголовьем. Она была застелена белым пледом с большим количеством декоративных подушек. — Это будет непросто — делить с тобой постель и не… — Взять тебя и сделать своей. — Я буду спать на диване, — решил я, заметив черный кожаный предмет мебели у стены возле французских дверей.
— По-моему, это скамейка. — Она улыбнулась, на этот раз по-настоящему, потому что улыбка достигла ее глаз. — Ты слишком высокий. И она слишком узкая. Тебе лучше устроиться на полу. — Ее рука поднялась в воздух, как бы протестуя против собственных слов. — Но я не позволю тебе сделать ни того, ни другого. Мы поделим кровать.
Нет, нет, мы не будем делить постель. Но с этой проблемой я разберусь позже. Сначала мне нужно было пережить, как маленькая мисс сводит меня с ума, принимая душ в нескольких метрах от меня.
— Знаешь, я тут подумала… — На секунду она прикусила губу. — Ты кончил в тот день, когда мы переписывались? Или твои яйца все еще синие? Не голубые, как вода на Spiaggia dei Conigli, а…
— Я тебя ненавижу, — поддразнил я, а затем одним быстрым движением схватил ее за запястье и притянул к себе.
Серьги упали на деревянный пол, и я взял ее за подбородок, направляя ее взгляд на меня.
— Я, конечно, кончил, но я определенно все еще в аду, — ворчливо поделился я, мой член снова стал некомфортно твердым и напряженным. Все мысли о ситуации с моим братом улетучились из моей головы. — Значит, я подрочу в душе.
Я отпустил ее подбородок и провел большим пальцем по линии ее рта. Воспоминания о том, как я брал ртом ее киску, были еще свежи в моей памяти, и я вновь переживал тот жаркий момент в отеле, поглаживая свой член.
— Ты уверен, что хочешь подождать? — пробормотала она, закрывая глаза.
Мое дыхание участилось, когда я перевел взгляд с ее длинных темных ресниц на сочные губы.
— Нет, я не хочу ждать. Но я обязан сделать это для тебя.
Ее веки дрогнули, и, когда она поцеловала мой большой палец, мои яйца сжались.
— Тогда, наверное, я буду плохой девочкой и тоже потрогаю себя в душе. — Она сделала паузу, ее взгляд задержался на моем лице. — Единственный вопрос — кто будет первым?