— А я удивлена, что ты не ударил Энтони, когда увидел его, — пробормотала я и почувствовала, как он слегка толкнул меня локтем в бок.
— Похоже, ему досталось достаточно. Он счастливчик, что с Райаном все в порядке. В противном случае у нас состоялся бы серьезный разговор, поверь мне.
Я посмотрела на него.
— Вы снова друзья с Райаном?
— Он любит тебя, верно? Ты любишь его. Это очевидно. Так что да, я дам Райану небольшое послабление и буду вести себя хорошо, — сказал Энцо, на его губах проступила небольшая улыбка.
— Я знаю, что тебе было сложно оставить Марию, когда у нее тяжелые времена. — Мои плечи опустились при этом воспоминании. Она хотела приехать с Энцо, но не могла оставить Киару.
— С Марией все будет в порядке, как только она освободится от Томаса, — пробурчал Энцо. — Сейчас важно лишь то, что все живы, — добавил он, понизив голос, и у меня сжалось сердце от осознания того, что он думает о своей сестре. О важном человеке в его жизни, которого он не смог спасти.
Оказавшись за дверями, ведущими в послеоперационную палату, я назвала медсестре имя Райана и свои данные, и она пропустила меня. Энцо потянулся к моей руке и нежно сжал ее.
Я обняла его, а затем вошла в двери вместе с медсестрой, и мое сердце ударилось о грудную клетку, когда я последовала за ней к кровати Райана.
Я поняла, что мы рядом, когда услышала голос Лауры, а когда медсестра отодвинула занавеску, я расплакалась при виде моего мужчины, который сидел на кровати, а его мама стояла рядом, и они держались за руки.
Глаза Райана встретились с моими, и он нахмурился.
— Мне так чертовски жаль, — прохрипел он, в его глазах стояли слезы. — Прости за то, что я устроил. — Он извинялся?
— Я оставлю вас наедине, — сказала Лаура, вставая и удерживая мой взгляд, ее лицо было полно облегчения и сочувствия. Слегка улыбнувшись, она похлопала меня по плечу, а затем вышла за медсестрой, которая закрыла шторы, чтобы мы могли уединиться.
Я потянулась за чашкой с колотым льдом на соседнем столике, не зная, что мне делать. Я была эмоционально разбита, но отказывалась разваливаться на части перед ним. Кроме всего прочего, ему не нужно было переживать из-за того, как сильно я испугалась.
— Я тебя ненавижу, — сказала я, садясь рядом с ним и ставя лед на его кровать.
Он потянулся к моей руке, когда слезы, которые я пыталась сдержать, начали течь по щекам. — Нет, — сказал он, закрывая один глаз. — Ты любишь меня, признай это.
Я провела языком по губам, затем осторожно наклонилась, держа его за руку, и пробормотала:
— Чертовски верно, люблю. — Я нежно поцеловала его. — Я буду любить тебя, пока хватит сил. До самой смерти.
Он отстранился, чтобы увидеть мои глаза, слезы теперь текли по его щекам. — А я буду любить тебя и после.