ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЯТАЯ ФРИТА

Фрита посмотрела на Аэнора, и они вдвоем поняли, чем все закончится. Стена щитов перед ними восстановилась, возможно, в три или четыре сотни человек. С востока на них надвигалась стена щитов, по меньшей мере шестьсот человек. Вместе они были примерно равны аколитам Аэнора, и это были Белокрылые. Они были лучше обучены. У нее была Элиза, Арн и его всадники, а у нее - Гнев, который мог нанести большой урон, но он не был непобедим.

Что-то на поле боя изменилось: дрожь на шее Фриты заставила ее посмотреть на запад, где ревенанты наседали на осажденную стену щитов.

Вот только ревенанты падали.

Наступила тишина, похожая на прерывистый выдох, за которым последовал долгий вздох. Крылатая фигура поднялась с земли, крылья серого цвета, два коротких меча подняты вверх.

"Полукровка", - прошептала Фрита.

Полукровка Бен-Элим испустила победный клич, которому вторили белокрылые под ней.

Она убила еще одного из капитанов Гуллы.

И пока Фрита смотрела, затрубили рога и закричали голоса. Стена щитов под полукровкой реформировалась и начала маршировать прямо на Фриту: четыре или пять сотен щитов, горстка Бен-Элимов кружила над ними. А позади них был еще один ров и еще два легиона белокрылых, оба в полном составе.

Мы умрем. Фриту осенило в одно мгновение, словно потухшую свечу.

Где Асрот и его Кадошим? Где Джин и ее Черен? Где Морн и полукровки, или Гулла и его ревенанты? Их остались тысячи, но никого из них здесь нет.

Она посмотрела на Аэнора, на Арна и Элизу и погладила окровавленную шею Гнева.

Тогда славная смерть, и заберу с собой столько, сколько смогу.

"Давайте сделаем это", - сказала она, и ее спутники услышали ее. Все они подняли свое оружие, переступили с ноги на ногу. Готовились к последней атаке.

И тут она увидела, что белокрылые перед ней смотрят куда-то вдаль, глаза расширены, рты разинуты.

Фрита повернулась в седле, посмотрела на голубое пламя, преграждающее ей путь.

Земля вокруг рва шевелилась, осыпалась, как будто что-то зарывалось под нее и засасывало. Синее пламя пульсировало, мерцало, истончалось. Фрита услышала голос.

"Crochnaíonn an talamh an lasair, buail mo shliocht. Lasair, bogha do do rí..."

"Земля, задуши пламя, неси мой путь. Пламя, поклонись своему королю", - прошептала она, и волосы на ее шее встали дыбом.

Земля начала дымиться и пузыриться.

"CROHNAÍONN AN TALAMH AN LASAIR, BUAIL MO SHLIOCHT. LASAIR, BOGHA DO DO RI", - прорычал голос, и земля взорвалась вверх огромным потоком, расплескалась по синему пламени, пролилась обратно в канаву, и с шипящим треском пламя погасло. Внутри рва поднялась гряда земли, достаточно широкая, чтобы по ней могли пройти несколько человек в ряд.

Асрот скакал по твердой земле, по обе стороны от него все еще трещало синее пламя. За ним стройными рядами маршировали воины. Позади них Фрита увидела стену темного тумана, скрывающую Гуллу и его ревенантов. А над всеми ними летели Кадошим и их потомство. Среди них Фрита увидела Морн с копьем в кулаке.

А потом рядом с Фритой оказался Асрот. Он посмотрел на нее, улыбнулся, и мир для Фриты на мгновение померк. Асрот сошел с коня, прошел вперед и встал между Фритой и стеной щитов Белокрылых.

Асрот уставился на них, его кольчуга и темный шлем блестели и переливались, как масло. Затем он снял со спины длинный топор и, взяв его в обе руки, закрутил вокруг головы по кругу, оставляя в воздухе шлейф черного дыма.

"Кто умрет первым?" сказал Асрот.