Особенно отчетливо надо подчеркнуть: то, что человек мыслит при этом, он должен также и интенсивно прочувствовать. Нужно в тишине, и не примешивая других, отвлекающих мыслей, пережить в себе одну только эту, вышеуказанную мысль. И нужно дать себе время, чтобы мысль и связанное с ней чувство успели как бы внедриться в душу. - Если делать это надлежащим образом, тогда через некоторое время - возможно, что только после многих попыток - ощутят в себе силу. И эта сила создаст новое созерцание. Семя предстанет как бы заключенным в маленькое световое облако. Его можно будет ощутить чувственно-духовным образом, как особого рода пламя. По отношению к середине этого пламени ощущение будет такое, какое бывает при впечатлении лилового цвета, а по отношению к краям - какое бывает при голубоватом цвете. - Здесь появляется то, чего мы прежде не видели, и что создано силой мысли и чувства, которую мы в себе возбудили. То, что чувственно было невидимо, то растение, которое лишь впоследствии станет видимым, открывается здесь духовно-видимым образом.
Понятно, что иной человек сочтет все это за иллюзию. Многие скажут: "Что мне до подобных видений, до подобных фантастических призраков? И иные отпадут и не будут продолжать путь. Но как раз в эти-то трудные моменты человеческого развития и бывает особенно важно уметь не смешивать между собой фантазию и духовную действительность. А затем надо иметь мужество настойчиво идти вперед и не впадать в боязливость и малодушие. Но с другой стороны нужно, конечно, помнить о необходимости постоянно развивать в себе здравое чувство, могущее различать истину от обмана. Во время этих упражнений человек никогда не должен терять вполне сознательного господства над собой. Так же уверенно, как он мыслит о вещах и процессах обыденной жизни, должен он мыслить и здесь. Было бы плохо, если бы он впал в мечтательность. В каждое мгновение должен он сохранять полную ясность, чтобы не сказать трезвость рассудка. И было бы величайшей ошибкой, если бы благодаря этим упражнениям человек утратил свое равновесие, если бы он перестал судить о вещах обыденной жизни так же здраво и ясно, как он делал это прежде. Поэтому духовный ученик должен непрестанно испытывать себя, не утратил ли он своего равновесия, остался ли он самим собою в условиях своей обычной жизни. Твердое спокойствие в самом себе, ясное сознание по отношению ко всему - вот, что ему надлежит сохранить. Конечно, надо строго смотреть, чтобы не предаваться произвольным фантазиям и не увлекаться всевозможными упражнениями. Указанные здесь линии мыслей с древнейших времен были испытаны и применялись в тайноведческих школах. Только такие и сообщаются здесь. Кто захотел бы применить другие, которые он составил себе сам, или о которых он где-либо слышал или читал, тому придется блуждать наугад, и он вскоре окажется в области безбрежной фантастики.
Дальнейшее упражнение, примыкающее к описанному, состоит в следующем. Надо поставить себя перед каким-нибудь растением, находящимся в полном росте. Затем надо проникнуться мыслью, что придет время, когда это растение увянет. Ничего не останется от того, что я сейчас перед собой вижу. Но тогда это растение разовьет из себя семена, которые опять сделаются новым растениями. Я снова убеждаюсь, что в видимом мною покоится нечто скрытое, чего я не вижу. Я всецело наполняю себя мыслью: этого образа растения с его красками в будущем уже не станет. Но представление об образуемых им семенах учит меня, что оно не обратиться в ничто. Того, что сохраняет его от уничтожения, я сейчас не могу видеть глазами, как и прежде в семени не мог видеть растения. Следовательно, в нем есть нечто, чего я не вижу глазами. Если я дам в себе жить этой мысли, и если во мне присоединиться к ней соответствующее чувство, тогда через некоторое время в моей душе опять разовьется сила, которая обратиться в новое созерцание. Из растения опять вырастет род пламенного образования. Оно, конечно, будет соответственно большего размера, чем описанное раньше. В передней части это пламя можно ощутить приблизительно зеленовато-голубым, а по наружному краю - желтовато-красным.
Необходимо очень подчеркнуть, что обозначаемое здесь, как "цвета", человек видит не так, как он видит цвета физическими глазами, но он духовным восприятием ощущает нечто подобное тому, что ощущают, когда имеют физическое ощущение цвета. Духовно воспринимать "голубое" это значит: ощущать или чувствовать нечто подобное тому, что ощущают, когда взор физического глаза покоится на "голубом" цвете. Кто хочет действительно постепенно подняться к духовным восприятиям, тот должен принять это во внимание. Иначе он будет в духовном ожидать только повторения физического. Это привело бы его к самому жестокому заблуждению.
Кто способен духовно видеть это, тот достиг уже многого. Ибо вещи раскрываются не только в своем настоящем бытии, но также и в самом возникновении и прехождении. Он начинает везде видеть дух, о котором чувственные глаза ничего не могут знать. Тем самым он сделал первые шаги к тому, чтобы постепенно, через собственное созерцание, проникнуть в тайну рождения и смерти. Для внешних чувств существо возникает при рождении и уничтожается при смерти. Но это происходит лишь потому, что скрытый дух существа не воспринимается чувствами. Для духа рождение и смерть суть лишь превращения, совершающееся на наших чувственных глазах. Но если хотят познать это через собственное созерцание, тогда надо сначала указанным образом пробудить в себе духовное чувство.
Чтобы сразу же устранить еще одно возражение, которое могут сделать люди, обладающие некоторым душевным (психическим) опытом, необходимо сказать следующее. Нельзя отрицать, что существуют бесспорно и другие, более простые и краткие пути, и что многие на основании собственных созерцаний знакомятся с явлениями рождения и смерти, не проделав предварительно всего здесь описанного. Конечно, бывают люди с большими физическими задатками, которые нуждаются лишь в легком толчке для своего развития. Но это исключения. Указанный же здесь путь является достоверным и пригодным для всех. Ведь и химические знания можно приобрести иногда каким-нибудь исключительным путем; но если человек хочет стать химиком, то он вынужден идти общим и достоверным путем.