Темные глаза Лисандра заблестели от смеха. ― Боюсь, он прав по обоим пунктам. А теперь расскажите мне, как проявляются эти силы, о которых я постоянно слышу.
Он прокрался в комнату, нарезая яблоко с привычной, но пугающей легкостью серийного убийцы.
― Когда мы впервые встретились, я не почувствовал ничего, кроме влечения к ней. Полагаю, это был зов пары. Ее магия проявилась позже. Это светлая магия, почти золотая, ― сказал Джулиан, заработав кивок. Что это значит? Но он продолжил, прежде чем я успела спросить. ― Она необычайно одарена в музыке.
― Необычайно? ― повторила я, готовая рассказать ему, сколько именно часов я потратила на этот необычайный дар. Много. В этом не было ничего случайного. Я много работала для этого.
Сабина встала и вышла из комнаты, бросив на сыновей яростный взгляд. ― Верьте во что хотите. Вы будете только разочарованы ― оба.
Джулиан проигнорировал ее и продолжил, несмотря на то что у меня самой забурчало в животе. ― С тех пор как я встретил ее, мне кажется, что ее магия становится все сильнее. Она зовет меня.
― До или после того, как вы двое… ― Лисандр многозначительно вздернул брови.
Я изобразила неловкость.
― Не то чтобы это тебя касалось, но ― до, ― отрывисто сказал Джулиан. ― И она может читать мои мысли.
Лисандр застыл, и кусочек яблока упал с его ножа. Он поймал его кончиком лезвия, прежде чем он коснулся пола. Я уставилась на него, не в силах отрицать, что это было впечатляюще. ― Ну, этого достаточно, ― сказал он, придя в себя.
― Подожди, ― сказала я, осмысливая его слова. ― Ты знаешь, кто я?
Но улыбка Лисандра была лишена всякой надменности, когда он взглянул на своего брата. На самом деле он выглядел извиняющимся, а когда он снова повернулся ко мне, его голос был мягким, словно он сообщал очень плохие новости. ― Это очевидно. Ты ― сирена.