Глава 15
О, да, я это сделала
— О, Боже мой! — вскрикивает Элли, и я открываю глаза, а уже утро.
Она ошеломленно стоит в дверях, а затем подходит, чтобы вытащить меня из постели.
— Нет, нет, нет, — кричит она, дергая меня. — Вот почему я не рассказала тебе о Сэме. Я люблю тебя, Сар, но ты не будешь есть моего брата на завтрак.
Мне требуется минута, чтобы осознать, о чем она говорит.
— Твой брат может настоять на своем, — честно говорю я ей. — Я никого не ем, ни на завтрак, ни как-либо еще. Я не голодна.
Элли замолкает и смотрит на меня.
— Он тебе нравится, — выдыхает она, как будто это скандально или смешно. — Он тебе действительно нравится.
Кажется, я краснею и не отвечаю. Сэм притягивает меня ближе, и я чувствую, как бьется его сердце, и знаю, что Элли права. Он мне действительно нравится.
Господи, помилуй. Неужели уже конец света? Ад замерз?
Сэм хихикает.
— Все в порядке, Сара. Это нормально. И ты уже знаешь, что я кусаюсь, так что мы это уладим.
Элли морщится.
— Привет, братец.
Я хихикаю, и плечо с моим членом выглядывает из-под простыни.
— Мы уезжаем в аэропорт, — говорит нам Элли. — Будем на Барбадосе к вечеру. Можешь остаться здесь ненадолго... отдохнуть, если ты понимаешь, что я имею в виду.
Она приподнимает брови, и пятилетний ребенок понял бы, что она имеет в виду. Я натягиваю на себя простыню и подхожу обнять ее.
— Не делай ничего, чего бы я не сделала, — предостерегаю я ее.
Она закатывает глаза.
— Что ж, это только что открыло целый мир возможностей.
Она обнимает нас обоих, а затем уходит, и мы с Сэмом остаемся одни.
Мы смотрим друг на друга.
— Когда у тебя были последние отношения? — спрашиваю я его, натягивая на себя простыню. Я ожидаю, что он скажет «много лет назад», или что у него никогда не было настоящих отношений, или что-то в этом роде. Я привыкла к мужчинам помоложе.
Но он меня удивляет.
— У меня только в прошлом году закончились длительные отношения, — говорит он мне.
— Почему вы расстались?
— Мы просто хотели от жизни разного, — пожимает он плечами. — Она хотела сосредоточиться на своей работе, а я устал от того, что всегда был на втором плане. Как насчет тебя?
Я думаю о Чезе. Печально, что он — мои единственные «отношения» за последние годы.
— Возможно, я слишком старалась быть беззаботной, — нерешительно предполагаю я.
— И, поступая так, ты, возможно, упустила несколько замечательных возможностей быть счастливой, — говорит Сэм. Он тянется к моей руке, у него сильные пальцы. — Кстати, Элли много рассказывала мне о тебе за эти годы. Я всегда думал, что было бы интересно с тобой познакомиться.
— Ну, она мне ничего о тебе не рассказывала, — фыркаю я. — Очевидно, она беспокоилась, что я тебя съем.
Он смеется и прижимает меня к себе.
— Я предлагаю принять ее приглашение. Останься здесь со мной на этой неделе, проведи небольшой отпуск. Посмотрим, сможешь ли ты угнаться за мной.
Я смеюсь над этим, потому что оставлю его в пыли.
Он наклоняет голову, чтобы поцеловать изгиб моей шеи, и теплые бабочки порхают у меня в животе.
Впрочем, я оставлю его в покое позже. Сначала займусь поцелуями.
— Мы не будем часто покидать эту постель, — говорит он мне, как будто это предупреждение.
— Договорились, — соглашаюсь я. — Мне просто нужно вино и пицца.
— Мы на винодельне, — указывает он. — И можем заказать пиццу.
— Тогда я принимаю твой вызов, — твердо говорю я ему.
— Это был не вызов, — дерзко отвечает он. — Это был факт.
— Мне нравится твоя напористость, — говорю я ему.
— А мне нравится твоя, — отвечает он.
Он обхватывает мою девочку, ласкает ее и притягивает меня к себе, поэтому я решаю, что он прав. Мы не встанем с этой кровати всю неделю.
Кроме того, у него на лобке нет седины. Я проверила.
— Я рада, что твой пенис не был четырехдюймовым, — радостно говорю я ему. Он вздрагивает.
— С чего ты это взяла?
Я пожимаю плечами.
— Я просто беспокоилась об этом. Размер имеет значение, ты же знаешь.
— С моим размером все в порядке, — возмущается он.
Я успокаиваю его.
— Конечно. Теперь я это знаю.
Он все еще кажется возмущенным, поэтому я крепко целую его в губы.
Минуту он остается невозмутимым, затем реагирует, целуя меня все глубже и глубже.
— Ты хорошего урожая, — говорит он мне, когда, наконец, отстраняется, чтобы глотнуть воздуха.
— Я не старая, — настаиваю я, проводя своими тридцатипятилетними ногтями по его спине. Он улыбается мне в губы.
— Нет. Ты выдержанная.
— Очень уравновешенная, — соглашаюсь я. Он приподнимает бровь.
— Я не уверен, что сказал именно это, — бормочет он. Я смотрю на него, а он улыбается, и это странно, что я вижу в его улыбке что-то от Элли?
Я игнорирую это. Странно находить улыбку моей лучшей подруги сексуальной, даже если она на Сэме.
Мы проводим день в постели. Потом вечер. Встаем только в семь вечера, и даже тогда я не утруждаю себя одеванием. Я заворачиваюсь в простыню, и мы сидим в саду, потягивая вино, поедая сыр и крекеры и глядя на звезды.
— Это совсем не плохая жизнь, — говорю я ему, оглядывая виноградные лозы, звезды, тихую ночь и даже его маленький коттедж на краю участка. Отсюда он выглядит причудливо, с виноградными лозами и камнем. Сэм улыбается мне.
— Мне здесь нравится. Раньше у меня была напряженная жизнь, а потом я решил, что хочу все упростить. Это лучшее решение, которое я когда-либо принимал.
— Чем ты занимался раньше?
— Я был инвестиционным банкиром.
Я удивлена, потому что он не похож на этот тип людей. Он усмехается.
— Да, я знаю. Раньше у меня было больше костюмов, чем я знал, что с ними делать.
— Это тогда ты проколол себе соски?
Сейчас он робеет.
— Может быть. Это когда я сделал татуировку.
— Давай не будем говорить о татуировках, — предлагаю я, думая о пенисе у себя на спине. Мне нужно начать думать о том, как это исправить.
— Оставь, — говорит Сэм, как будто может прочитать мои мысли. — Это так похоже на тебя.
— Пенис? — я притворяюсь возмущенной. — Не могу поверить, что ты так говоришь.
— Ты, кажется, немного одержима ими, — отмечает он. — Когда-нибудь ходила к психотерапевту?
Я шлепаю его сейчас и, когда это делаю, роняю простыню и показываю ему все. Он изучает меня с признательностью.
— У тебя красивое тело, — тихо говорит он мне. — Оно идеально.
— Для тридцатипятилетней?
— Нет. Оно просто идеально.
В животе у меня теплеет, бабочки порхают, и я думаю, что на заднем плане, возможно, поют ангелы.
— Ты знаешь путь к моему сердцу, — объявляю я.
— Я планирую найти его, — говорит он мне, и внезапно становится серьезным.
— Ты собираешься найти путь к моему сердцу?
Упомянутое сердце прямо сейчас бешено колотится у меня в груди.
Он кивает.
— Ага. Я собираюсь найти способ приручить хищницу.
— Это вызов? — я чувствую себя немного одурманенной.
— Нет, это обещание.