Это отвлекло внимание всех, дав трем старшим Говони возможность продвинуться вперед, но не атаковать, нет, убежать. Я ухмыльнулся, когда Стефано и его верные люди изрешетили их пулями. Не раздумывая ни секунды, не заботясь о том, что они были его братьями. Безжалостно.
Их тела перевернули, проверили пульс для подтверждения. Анджело бился в захвате, в котором держали его Дино и Брандо, медленно вырывая гранату из его пальцев, продолжая давить на рычаг. Я верил в них. Это был не первый раз, когда они делали что-то подобное. Лучший способ узнать о любом оружии — знать, как снять его с предохранителя в случае чрезвычайной ситуации или несчастного случая.
Кровожадный взгляд Стефано и верных ему людей сказали мне все, что мне нужно было знать; пролитая ими кровь ничего для них не значила. Я был заинтригован, узнав больше о том, что происходило за кулисами, о чем я раньше не подозревал.
Дарио снял цепи с Шейна, удерживая его тело, и закинул руку ему на плечо, пытаясь стабилизировать его. Они заставили его поработать, но он дышал.
Как будто зная, о чем я думал, Шейн прохрипел:
— Лиам — предатель. Он впустил их через туннели.
Это подтвердило мои предыдущие мысли. Мои ноздри раздулись; С Лиамом я разобрался бы в другой раз.
Слабая рука погладила мой подбородок, привлекая мое внимание и переводя его на нее. Пэрис несколько раз открыла рот и закрыла его, понимая, что не могла говорить. Это был бы ущерб, нанесенный веревкой, ущерб, который, скорее всего, со временем рассеялся бы. Раны, которые вообще не должны были наноситься. Хотя я читал по ее губам. Даня.
— С ней все в порядке, вероятно, ей сейчас нужна медицинская помощь. Просто ранена, — сказал я ей вежливо, не заботясь ни о ком, кроме степени ее ранений прямо сейчас.
Мой голос звучал холодно и безразлично. Но мне было наплевать.
Дино двигался быстро, держа гранату в руке. Подобрав с пола чеку, он вставил ее обратно. Он бросил на меня быстрый взгляд, прежде чем вылетел за дверь, чтобы пойти и намеренно привести ее в действие. Мера предосторожности. Брандо отступил от Анджело, оставив его разглагольствовать в углу комнаты.
— Сделай это быстро, — сказал я Стефано.
Я знал, какое чувство испытываешь, когда убираешь собственного отца, особенно когда он поступил с тобой неправильно. Эйфория. Я оценил его благодарственный кивок, когда он прижал своего отца к стене, прижимая руку к его горлу, и прошептал что-то, от чего лицо Анджело налилось кровью.
Отступая, он всадил пулю в его член, позволив боли просочиться на мгновение, прежде чем продолжить свой путь вверх по телу. Тело Анджело обмякло к тому времени, когда он положил конец его страданиям, и пуля попала ему в висок. Кровь. Так много крови в этой комнате со следами того, кому она принадлежала.
— Поместите ее в одну из камер, — потребовала я.
Тови радостно потащил Дафну по коридору, игнорируя ее мольбы. С ней разобрались бы позже.
— Босс, — сказал Альфонсо тоном, в котором слышалась смесь раздражения.
Я знал, что он видел мои раны, и что я явно игнорировал их. Боли в бедре и животе давали о себе знать, но это не было чем-то таким, с чем я не мог бы жить, пока не разобрался бы с этим позже. Тем временем нужно было справиться со слишком многим.
— Медицинский центр был открыт в другом месте?
Я сменил тему разговора, широкими шагами выходя из комнаты. Я знал, что это было одно из первых мест, подвергшихся удару.
Я слышал, как Дарио объяснял Стефано и его людям, что делать. Теперь все сводилось к уборке, смазыванию нужных ладоней и тому, чтобы это сунули под нос властям, похороны моего народа. Список был бесконечным. У меня не было времени сидеть сложа руки и накладывать швы. Моим приоритетом была женщина в моих объятиях, чьи сдавленные крики отчетливо раздавались при каждом моем шаге, даже несмотря на то, что она пыталась скрыть их.
Спотыкаясь, поднявшись по железной лестнице и выбравшись наружу, я отметил, что там было более упорядоченно. Солдаты бросились на помощь, где могли. Один из них приблизился, быстро окинув взглядом раны Пэрис, прежде чем вернуться ко мне.
— Медицинский центр был уничтожен одним из первых. Мы разместились в учебном центре. Он был продезинфицирован и является лучшим вариантом. Два врача на месте, три медсестры и десять ассистентов не пострадали и готовы работать. Дино разблокировал бункеры, прежде чем убежать разбираться с насущной проблемой.
— Спасибо. Освободи нам путь туда. Мне нужен четкий путь без помех.
— Да, босс.
— Найди Лиама, — я повернулся к Альфонсо, который шел прямо за мной.
Его бровь приподнялась.
— Только если ты получишь медицинскую помощь.
Обломки частей комплекса были повсюду вокруг меня, когда я следовал за солдатом, но община сплотилась, как и всегда. Хотя мне пришлось немало потрудиться, чтобы убедиться, что это не такое уж секретное место теперь безопасно, с коллективной помощью мы исправили бы то, что было сломано. Однако мертвых не вернешь.
— Хорошо, — уступил я. — Считай, что это сделано, когда я доберусь туда, но я не буду в приоритете.
— Да, ты будешь. Перестань строить из себя мученика, — небрежно прокомментировал Брандо, следуя нашему примеру.
Я проигнорировал его. "Мученик" и "Я" не вписывались в одно предложение. По логике вещей, для тех, кто находился в худшем состоянии, чем я, и кто не мог справляться с болью так же хорошо, как я, было разумно показаться первыми.
— Нам нужен список тех, кто скончался. Чтобы мы могли оказать семье похоронные услуги. Займись этим, Брандо.
— Мы приступили к этому, а также к составлению списка пострадавших, босс.
— Ценю.
Проходя через двери, я кивнул Питу, который был занят обработкой чьей-то травмы. Мы направились в одну из больших комнат, которая была оцеплена. Мои солдаты проделали фантастическую работу, отгородив помещения кроватями и столами. Медицинский персонал был в рабочей форме, поэтому я мог отличить их от других.
Осторожно я положил Пэрис на свободный стол с мягкой обивкой. У нее вырвался сдавленный звук. Я не видел степени ее травм. Бешеная ярость захлестнула меня, когда она села на край, а не легла на спину. Обойдя вокруг, я понял почему.
Порезы на ее спине были пугающе близки к моим. Мой палец нежно провел по татуировке. Она напряглась. Она все еще была тут, вся в целости. Королева Марчетти. Королева окровавленной и коррумпированной империи. До самой смерти. Вы не развелись бы на определенных должностях в моей организации. Эта татуировка не касалась моей матери, но была нанесена на поколения до меня. Посвящение королевы в правители империи было смелым проявлением того, что женщина — это не одноразовый предмет, а кто-то, кто имел значение.
Я заметил полоснувшую надпись поперек ее живота. Все внутри меня сжалось. Puttana. Шлюха по-итальянски.
— Кто это сделал? — спросил я, пульсирующая боль в моих ранах слегка усилилась из-за напряжения моего тела.
Облизнув губы, Пэрис очень тихо прошептала:
— Дафна.
— Остальное?
Она кашлянула, осторожно держась за горло. Боль помешала ей ответить, но я мог догадаться. Все остальные в той комнате делали это с ней.
Врач, который лечил Пэрис в прошлый раз, как всегда проявил себя профессионально и приступил к работе с ней.