7. ФОСТЕР
У меня было дерьмовое настроение.
— У тебя дерьмовое настроение.
Голос Джаспера наполнил салон моего пикапа.
— Я просто лучик чертова солнца по сравнению со вчерашним днем.
Или позавчерашним. Или позапозавчерашним.
Всё три дня, прошедших с тех пор, как я выбежал из дома Талии, я постоянно скалился.
— Я так понимаю, дела с твоей девушки идут не очень хорошо, — сказал Джаспер.
— Что-то вроде этого, — пробормотал я.
Я сказал ей, что уезжаю, но это было гневное заявление, сделанное в моменте. Я ни за что на свете не оставил бы Куинси. Не после всего того, через что я прошел, чтобы попасть сюда.
И не после этого поцелуя.
— Я слишком сильно надавил.
Мои руки расслабились на руле, когда я въехал в город.
Это было осознание, к которому я пришел после пребывания в бешенстве в течение трех дней. Я ворвался бульдозером в жизнь Талии, и вместо того, чтобы дать ей время пережить шок, только усилил давление.
Я давил на себя так же сильно из-за того, что приближается, из-за того, кто приближается. Числа на календаре сменялись слишком быстро.
— Она злится, — сказал я Джасперу.
— Не могу винить её за это.
Да, и я не мог винить Талию.
— Я должен заставить её вспомнить, что у нас было.
— И как ты собираешься это сделать?
— Черт его знает, — я усмехнулся. — Есть идеи?
— Ты должно быть и правда в отчаянии, если спрашиваешь у меня совета по поводу женщин.
Я усмехнулся.
— И то верно.
Мы с Джаспером были знакомы уже несколько лет. Он начал приходить в спортзал примерно через год после переезда Талии. Он был хорошим бойцом и спарринг-партнером, но в чем он преуспел, так это в тренировках. Ни один человек на земле не давил на меня так, как Джаспер. Нанять его было самым простым решением в моей жизни.
Но когда дело касалось женщин, Джаспер был скорее из парней на одну ночь. Он был женат совсем недолго в свои двадцать с небольшим лет, до того, как мы познакомились. Он не говорил о своей бывшей. Он не говорил о том, почему они развелись. Но что бы ни случилось, это заставляло теперь его сторониться всего, что напоминало отношения.
Больше всего Джаспер был привязан к моей карьере.
— Как дела в спортзале? — спросил Джаспер.
— Идут полным ходом. Ринг приехал сегодня утром.
Бригада доставщиков занесла его на открытое пространство спортзала и установила. Я заказал его в тот день, когда купил здание, и заплатил целое состояние за ускоренную доставку, учитывая, что обычное время выполнения заказа составляет три месяца.
Пустота спортзала была заполнена. Маты прибыли вчера вместе с тяжелыми грушами. Беговую дорожку привезут завтра. Мой список дел уменьшался.
Скоро я смогу сосредоточиться на подготовке к этому бою в марте.
— Прошло всего одиннадцать дней, — сказал Джаспер.
— Правда? — одиннадцать? Я посчитал в уме. — Кажется, что дольше.
— Наверное, потому что ты не спишь нормально. Я ведь прав?
— Возможно.
Сон был роскошью. Просто было слишком много работы, которую нужно было сделать. Но интерьер спортзала теперь был окрашен. Прощай оранжевая стена. Я вывез остатки мусора, и мусорный контейнер больше не стоял у входа. Квартира была чиста и некоторое время послужит домом.
Я надорвал задницу, чтобы успеть всё сделать вовремя.
— Что дальше? — спросил он.
Я вздохнул, остановившись на перекрестке перед поворотом на Мэйн-стрит.
— Ещё пару дней, чтобы закончить. Мне нужно снова сделать уборку. И пополнить запасы в холодильнике.
Новая стиральная машина и сушилка были установлены вместе с холодильником. Отсутствие сна, изнурительные дни стоили того.
— Снаружи дом нужно перекрасить, а большинство окон рано или поздно придется заменить. Но до весны этого вполне будет достаточно, — я зевнул.
— Отдохни немного, — сказал Джаспер. — От тебя нет никакой пользы, если ты не будешь стоять твёрдо на ногах.
— Будет сделано, босс. Скоро увидимся.
— Пока.
Джаспер будет здесь на следующей неделе, готовый надрать мне задницу и привести в боевую форму.
Я бросил телефон на пассажирское сиденье, а затем заехал на парковку возле кофейни.
Небо было синим, безоблачным. Послеполуденное солнце отражалось от рождественских гирлянд, развешанных над дорогой. Двое мужчин, оба стоявшие на стремянке, разматывали гирлянды из сосновых бантов, обвивавших фонарные столбы.
Рестораны, офисы и розничные магазины выстроились по обеим сторонам Мэйн. У гостиницы «Элоиза», самого высокого здания в городе, на кирпичном фасаде висел большой венок, который, вероятно, скоро будет снят. А в ювелирном магазине по соседству с кофейней женщина снимала красные и зеленые украшения с зимнего волшебной инсталяции на своей витрине.
Я буду скучать по праздничным украшениям. Надеюсь, в следующем году я приеду сюда, чтобы увидеть их снова.
Заглушив пикап, я высунулся наружу, и меня обдало прохладным горным воздухом с хвойным ароматом. Моё настроение мгновенно улучшилось.
— Хороший день, не правда ли?
Мужчина, припарковавшийся рядом с моей машиной, опустил подбородок, отпирая дверь своего внедорожника.
— Несомненно, — я кивнул в ответ, затем вышел на тротуар, наполняя легкие свежим воздухом, пока застегивал пальто.
Как бы ни было солнечно, всё равно было ахереть как холодно. Но, по крайней мере, вид из окна не разочаровывал. Раз уж мне пришлось отказаться от скалистых и засушливых гор Мохаве, я не смог бы найти лучшей замены, чем возвышающиеся пики цвета индиго с белыми шапками, которые окружали Куинси.
Снег был убран с тротуаров, но все крыши были накрыты белым одеялом. Это только сделало полдень ярче.
В старой части города Куинси трудно было быть угрюмым.
Меня привлек визг детского смеха. Я проследил за звуком и увидел знакомое лицо.
Это был мужчина, которого я видел в больнице, когда пришел искать Талию. Он был в холле с беременной женщиной, вероятно, его женой.
На руках у него был маленький мальчик с румяными щечками. Оба были одеты в одинаковые черные шапочки.
На мальчике были ботинки, дутые штаны и ярко-зелёное пальто. Он извивался, чтобы его отпустили, и в тот момент, когда ботинки коснулись земли, он уже бежал к тому же пункту назначения, что и я.
К «Кофе у Иденов».
В спортзале у меня закончился кофе, и, зевнув в десятый раз подряд, я решил заскочить в город. Но вместо продуктового магазина я зашел сюда. У сестры Талии была огромный ассортимент выпечки, и мой желудок заурчал.
Мужчина улыбнулся своему ребенку и открыл дверь, чтобы они оба могли войти внутрь.
Кто он? В нем было что-то более знакомое, чем просто то, что я видел его в больнице.
Я направился к зеленому зданию.
На двери магазина золотыми буквами было написано «Кофе у Иденов». По краям окон с черными панелями было немного изморози и запотевания. Перед входом стояла раскладная меловая доска, и кто-то белыми печатными буквами написал ежедневное фирменное блюдо — латте со вкусом Сникерса и бейгл с клюквой.
Ароматный кофе и запах сладкой ванили встретили меня, когда я вошел внутрь, над головой звенел колокольчик.
В первый раз, когда я пришел сюда, остановившись в отеле «Элоиза», я ожидал чего-то западного. Деревенского. Но стены были выкрашены в тот же зеленый цвет, что и снаружи здания. Здесь царила модная и современная атмосфера, похожая обстановку в каком-то модном кафе, которое можно найти в большом городе. Вдоль стен стояли деревянные столы и стулья, несколько из них были заняты сегодня днем.
Мужчина и маленький мальчик стояли у стойки. Ребенок прижался к стеклянной витрине, его рукавички не давали ему оставлять отпечатки пальцев, когда с его головы сняли шапочку, обнажив наэлектризованный беспорядок светлых волос.
Милый парень.
— Привет.
Лайла выскочила из-за угла и обогнула его. На ней был зеленый фартук, спереди испачканный мукой. Эта же мука была у неё на носу.
Несмотря на то, что они были близнецами, любой дурак мог отличить её от Талии.
А может, я просто слишком долго имел слабость к Талии.
— Как мой маленький Дрейк сегодня? — Лайла взяла ребенка на руки и поцеловала его в щеку. — Хочешь, чтобы твоя тетя приготовила для тебя что-нибудь особенное?
Подождите. Его тетя? Значит, этот человек должен быть...
Твою мать. Как я мог упустить это? Это должно быть брат Талии. Гриффин или Нокс. Я никогда не встречал ни одного из них, но Талия показывала мне фотографии давным-давно. Вот только на фотографиях у него не было бороды. Они все были моложе.
Но у него были такие же темно-каштановые волосы, как у Талии. И когда он улыбался своему сыну, те же ярко-голубые глаза искрились. Он тоже был похож на Харрисона.
Может быть, мне стоило зайти в продуктовый магазин. Я не был уверен, что у меня хватит сил справиться с разгневанным старшим братом.
Но рано или поздно это случится, поэтому я пожал плечами и отошел от двери. Когда я заходил в последний раз, Лайла была занята. В больнице я разговаривал с этим парнем всего минуту.
Думаю, мне повезло, что он не допрашивал меня в тот день. Или не ударил меня по лицу. За то, что я сделал с Талией, я заслуживал двух синяков под глазами.
Но это было неизбежно. Я хотел её, и мне придется доказать всем, что я её достоин. Что в этот раз всё будет по-другому. И поскольку последние три дня были отстойными, ещё один ситуацию не поменяет.
Сильно хуже, чем сейчас, моё настроение вряд-ли станет.
Мои ботинки стучали по полу, привлекая внимание Иденов.
Лайла улыбнулась и передала мальчика, Дрейка, его отцу.
— Привет. Добро пожаловать. Что я могу Вам предложить?
В её взгляде не было ничего, кроме честного вопроса. Никакого оскала или презрения. Ничего, что говорило бы о том, что она плюнет мне в кофе.
Хорошо.
— Американо, пожалуйста. Двойной.
— Здесь или на вынос?
Я бросил на неё косой взгляд. Это всё? Она просто примет мой заказ?
— Эээ... на вынос.
— Будет сделано, — она кивнула и обогнула стойку, немедленно приступая к работе.