Я наклонилась и обхватила ртом его кончик. Это действие удивило нас обоих.
— Чёрт, — выругался он, положив руку мне на щёку.
Его реакция вызвала у меня желание доставить ему такое же удовольствие, какое он доставлял мне в прошлом. Я провела языком по его длине.
В его груди раздался глубокий гул, и всё его тело задрожало. Кейден поднял мою голову и присел передо мной, целуя рот. Затем его рот нашёл мои ключицы, и, не успев опомниться, я лежала обнажённая на его кровати, пока он боготворил меня.
Только после того, как он покрыл поцелуями все мои части тела, он, наконец, взял с прикроватной тумбочки презерватив.
— Позволь мне.
Я взяла упаковку и разорвала её. Я раскатала латекс по его красивому стволу. Это отличалось от того, что было в Лос-Анджелесе. Мы исследовали друг друга, прослеживая каждую несовершенную линию, превознося каждый изъян.
Он перелез через меня, продев мои руки через свои, поднял их над моей головой и медленно вдавил в меня свои бёдра. Другая его рука легла на мою талию, и он упёрся лбом в мой лоб, закрыв глаза и опустив тёмные ресницы на кожу. Мои губы слегка приоткрылись, и я выдохнула, чувствуя, как он растягивает меня.
Кейден приостановился, когда полностью вошёл в меня. Он открыл глаза и увидел, что я уже смотрю на него. На его губах заиграла улыбка, вызванная моим удивлением. Он начал двигаться, глубоко проникая в меня. Это было неистово, но без спешки. Каждое движение было медленным, обдуманным. В них было всё, что мы боялись сказать. Он наклонял бёдра в другую сторону и задевал чувствительную точку, вызывая новое наслаждение.
Я выгибалась дугой, стремясь к новым непривычным ощущениям, и когда моё дыхание участилось, он повторял это снова и снова.
— Это невероятное ощущение, — прошептала я. — Продолжай в том же темпе.
Каждый раз, когда он выходил, боль от его отсутствия усиливалась. Проклятые слёзы пытались прорваться наружу, но я сдерживала их. Я не собиралась снова плакать во время секса. Я скользнула руками по его спине, и ощущение в моём сердце сжалось, глубокое возбуждение запульсировало в моих венах.
Я подняла ноги, обхватив его за талию, что стало для нас обоих точкой разрыва. Это положение заставило его проникнуть ещё глубже, постоянно ударяя по той нежной точке, от которой у меня закатились глаза и воспламенилась каждая частичка меня. Он настиг меня, когда я этого меньше всего ожидала, — безграничное ощущение, которое зародилось в животе и потянулось вниз, заставляя пальцы ног подгибаться.
Всё моё тело сжалось вокруг него, и я не могла перестать дрожать. Это длилось так долго, что я даже не заметила, что Кейден тоже кончил, пока он не зачесал мои волосы назад, погладил по щеке, постепенно возвращая меня к себе. В его глазах было столько эмоций. Столько невысказанных слов вертелось у меня на языке. Но я боялась их произнести, потому что это было бы эгоистично. Я знала, что такое жить ради карьеры. Достигать своей мечты. И я не хотела мешать Кейдену делать то, что для него лучше всего, даже если это означало оставить меня, оставить нас позади.
Мы лежали в его постели, укутавшись в одеяла, и я положила голову ему на плечо. Мне хотелось, чтобы он обнял меня покрепче и сказал, что мы найдём выход. Что мы будем поддерживать связь, попробуем ездить на дальние расстояния и сможем навещать друг друга, когда не будем заняты. Но он этого не сделал, и, наверное, это было больнее всего. Когда он уже спал, я скатилась с кровати и на цыпочках прошлась по комнате, натягивая на себя одежду. Уходя, когда он уже спал, я избавила бы нас обоих от необходимости прощаться с ним завтра утром. Я тихонько закрыла за собой дверь квартиры, чтобы не разбудить его, и поспешила к своей машине, уже скучая по нему.