Глава 40

— Этого не может быть! — закричал Воуэн. — Ты портишь всю историю!

— Видимо, это то, чем я занимаюсь, — согласился Оуэн, стоя над своим вторым «я» и пытаясь сохранять спокойствие. После всего, что сделал Воуэн, единственное, чего хотелось Оуэну, — это бить. Бить, бить и ещё раз бить. — Сейчас ты сдашься, и Киль сотрёт твою память.

Воуэн пристально посмотрел на него, затем фыркнул.

— Это вряд ли, — он сунул руку в карман и вытащил маленькую коробочку с кнопкой, и стал нажимать на неё снова и снова.

В тот же миг Оуэн, Киль, Бетани и Мойра рухнули на землю, корчась от боли, так как электрический разряд пронзил их запястья.

Воуэн вытер рот тыльной стороной ладони, затем выпрямился во весь рост.

— Знаешь, ты действительно самый ужасный Оуэн, — обратился он к мальчику, а затем пнул его. — Раньше в этом не было ничего личного. Ты мог бы просто позволить мне распоряжаться твоей жизнью. Я перестроил всю твою жизнь ради тебя, сделав её захватывающей и удивительной. Я создал целую тайну из скуки, из твоего обычного повседневного мира. И ты отвергаешь это? — Он снова пнул его. — Нет! Ты не должен испортить эту историю, Ноуэн.

Оуэн попытался пошевелиться, подумать, сделать хоть что-нибудь, но электрические разряды, сотрясавшие его организм, не прекращались, и мальчик продолжал дёргаться на полу, когда Воуэн переступил через него.

— А теперь я заберу это обратно, — произнёс Воуэн, поднимая с пола книгу заклинаний Киля и волшебные палочки. — Вы думали, что выиграли. Но я тот, кто создаёт эту историю. И если всё закончится не так, как я хочу, то мы начнём всё сначала.

Он открыл книгу заклинаний на странице «Заклинание забвения» и поднял волшебную палочку.

— Не волнуйтесь, — сказал им Воуэн. — Вы ничего из этого не вспомните. Мы начнём с нуля, и на этот раз я буду знать, как Ноуэн попытается всё испортить. Мы просто будем продолжать, пока всё не закончится как надо. По-моему.

— Нет, — простонал Киль, но сквозь боль Оуэн увидел, как заклинание наполнило Воуэна неземным светом, и он направил палочку на Бетани.

И вдруг, ни с того ни с сего, электричество отключилось. И хотя мышцы Оуэна всё ещё не слушались его, он внезапно снова смог соображать.

— Что? — удивился Воуэн и сунув руку в карман, вытащил её пустой. — Куда делась кнопка?!

— Кто-то не обратил внимания на подсказки, — раздался голос у него за спиной. Воуэн обернулся и увидел, что Мойра подбрасывает устройство с кнопкой в воздух и ловит её. — Во-первых, тебе следовало помнить, что у меня никогда не было такого браслета. Это была подсказка номер один. — Девочка усмехнулась, затем изо всех сил швырнула коробочку в стену, где та разлетелась на кусочки.

Все браслеты тут же расстегнулись и упали на пол. Воуэн ахнул, и направил волшебную палочку на Мойру.

— Подсказка номер два заключается в том, что я достаточно умна, чтобы знать, когда действовать, — проговорила Мойра, доставая свой электрошокер и несколько раз включая его, и посылая электрические разряды во все стороны. — И подсказка номер три? Я криминальный гений. Я могла залезть в чужой карман ещё до того, как научилась ходить.

Воуэн начал произносить заклинание, и Мойра прыгнула к нему. Её электрошокер сверкнул.

Но она была слишком далеко.

Заклинание забвения ударило Мойру прямо в лицо, и Оуэн увидел, как осознание того, где она находится, исчезло из её глаз, и девочка без сознания упала на пол всего в нескольких дюймах от Воуэна.

— Тебе всё равно здесь не место, — выплюнул Воуэн, судорожно пытаясь снова найти в книге Заклинание забвения, поскольку каждое заклинание можно было произнести только один раз, прежде чем его приходилось учить заново.

Оуэн слышал, как Киль что-то бормочет, но не мог разобрать слов. Внезапно книга заклинаний в руках Воуэна начала расти. От неожиданности он уронил книгу, но та продолжала висеть в воздухе, становясь всё больше и больше, пока не достигла размеров Воуэна. Она с рёвом бросилась на вымышленного мальчика, и Воуэн с криком побежал прятаться за стол.

Огромная книга заклинаний развернулась к Килю и снова взревев, подхватила палочки Киля на свои страницы и полностью исчезла.

— Что это было? — закричал Воуэн. — Что ты сделал?!

— Освободил… её… — произнёс Киль, медленно поднимаясь с пола. — Я… не позволю тебе… забрать её!

Воуэн ахнул, его глаза расширились от удивления.

— Освободил её? Это же книга! Ты не можешь освободить книгу! Верни её сюда!

— Магия… исчезла, Воуэн, — сказал Киль, поднявшись на ноги. — Твоя история заканчивается… сейчас.

— Ты вернёшь мне эту книгу, — прошипел Воуэн, хватая электрошокер Мойры и надвигаясь на Киля. — Мне всё равно, чего это будет стоить. У меня будет это волшебство, и я буду переделывать эту историю, пока не стану тем, кто живёт жизнью Оуэна. Я! Я заслуживаю этого. Я всю свою жизнь ждал, чтобы стать героем, и я добился этого. Всё, что для этого потребовалось, — это ненадолго стать злодеем, но это небольшая плата. Дайте мне жизнь, которую я заслуживаю!

Оуэн медленно поднялся на ноги, мышцы снова начали слушаться его. Бетани в другом конце комнаты делала то же самое, а Воуэн наступал на Киля.

— Её не вернуть, — сказал Киль, обходя Воуэна так, чтобы он не мог дотянуться электрошокером. — И это было единственное, что у меня было. Теперь ты так же лишён магии, как и в тот день, когда родился.

— Перестань вести себя так, будто ты победил! — закричал Воуэн, и из электрошокера посыпались искры. — Ты не выиграешь. Это был мой план. Я заслуживаю жизни Ноуэна, а не он! Он тратит её впустую. Он недостаточно хорош. Я был бы лучшим Оуэном на свете!

Бетани ударила его ногой под коленки, и Воуэн рухнул на пол, а электрошокер выпал у него из рук.

— Вот чего ты не понимаешь, — промолвила Бетани, стоя над ним. — Оуэн это Оуэн. Никто не может указывать ему, как жить дальше. Ни ты, ни я, ни какой-то там писатель. Оуэн сам выбирает, как будет развиваться его жизненная история, и никто, не говоря уже о его идиотском вымышленном «я», не сможет отнять это у него.

— Я думаю, у него всё в порядке, — произнёс Киль. — Он тебя победил, не так ли?

— Потому что ему помогли! — завопил Воуэн, быстро отползая назад к столу. — Он не смог бы сделать ничего из этого без своих друзей.

Оуэн неуверенно шагнул вперёд.

— Ты совершенно прав, — сказал он, стараясь не обращать внимания на боль в мышцах. — Я здесь только из-за своих друзей. Только подумай, что бы ты мог сделать, если бы тоже попытался подружиться с ними, вместо того чтобы манипулировать ими.

Бетани повернулась к Килю.

— Нам нужно заставить его забыть. Ты можешь это сделать?

Киль печально посмотрел на неё.

— Нет, я сказал Воуэну правду. Книга заклинаний исчезла, — мальчик замолчал, глядя в сторону. — Я… я больше не смогу заниматься магией.

Оуэн попытался придумать, что бы такое сказать Килю, чтобы поддержать его, но понял, что сейчас не лучшее время.

— Тогда что нам делать с Воуэном? — спросил он. — Мы не можем просто оставить его здесь в таком состоянии. Он всё знает. И у него всё ещё есть часть твоей силы, Бетани.

— О, вы ничего со мной не сделаете, — проговорил Воуэн и бросился между ними, сбив Бетани и Киля с ещё подрагивающих ног. Он налетел на Оуэна, с силой впечатав его в стену, а затем подскочил к столу и схватил книгу. — У меня всё ещё есть твоя сила, Бетани, — прокричал он, практически плюясь. — И всегда есть другой способ забрать то, что должно принадлежать мне.

И с этими словами он открыл книгу на определённой странице, и прыгнул в неё головой вперёд.

— Нет! — крикнул Оуэн и бросился к столу так быстро, как только мог на своих ноющих ногах. Он схватил книгу, прежде чем страница успела закрыться, и ахнул.

— Это плохо, — тихо сказал он. — Очень, очень плохо.

— Что это за книга? — спросила Бетани.

Не говоря ни слова, Оуэн показал обложку, на которой рыжеволосая девочка и мальчик в чёрном плаще прыгали в книгу.

— Это наша книга, — тихо сказал он. — Это «Похитители историй».

Бетани мгновение смотрела на него, затем кивнула.

— Держи её открытой, — произнесла она.

— Что? — переспросил Оуэн, как раз в тот момент, когда девочка побежала прямо на него. Он широко раскрыл книгу перед собой, и Бетани сразу же нырнула в неё.