Глава 9

Габриэль

— Кончай хандрить, Ривера, — бросила Клео Габриэлю. Она закончила загружать припасы в заднюю часть транспорта и захлопнула дверь. — Выдвигаемся.

Уже рассвело, оранжевый отблеск солнца несмело пробивался над кронами деревьев. Небо еще оставалось глубокого пурпурно-серого цвета. Габриэль плотнее обмотал шарф вокруг шеи. Его щеки и уши щипало от морозного воздуха.

Амелия, Мика и Сайлас уехали вчера. Джамал Картер вернулся прошлым вечером и сообщил, что высадил их неподалеку от периметра без происшествий.

Сейчас «Новые Патриоты» отправлялись в путь, намереваясь захватить Фантом. На двух бронированных джипах повышенной проходимости их группа планировала добраться до обозначенного Охотниками за Головами места. Генерал Ривер, полковник Рид и еще несколько Патриотов сели в первый транспорт. Клео, Габриэль, Джамал, Цербер и еще двое Охотников за Головами разместились во второй машине. Габриэль занял место рядом с водителем.

Клео ввела GPS-координаты города, ближайшего к месту, которое им дал Цербер, и откинулась на спинку сиденья, позволив автоматическим сенсорам взять управление на себя.

— Смотри в оба, — велела она Габриэлю. — Автоматика немного барахлит из-за этих холмов.

Грунтовые и гравийные дороги на их пути по большей части были свободны. Здесь, в горах, их не загромождали тысячи брошенных автомобилей.

В голове Габриэля безостановочно крутились мысли о Мике и Амелии. Тревога снедала его. Что они сейчас делают? Удалось ли им попасть внутрь? В безопасности ли они? Он попытался сосредоточиться на чем-то другом.

— Твоя мать участвует в каждом рейде?

— Только в самых важных, — ответила Клео. — Фантом способен изменить привычный расклад сил. Хочет увидеть его своими глазами и убедиться, что мы ничего не напортачим, — добавила она с ноткой недовольства.

Клео посмотрела на Цербера в зеркало заднего вида. Этот мощный гигант сгорбился на заднем сиденье, скрестив на груди мускулистые руки, на его плечах красовалась белая волчья шкура. Он напоминал какого-то футуристического викинга, затерявшегося во времени.

— Надеюсь, ты нам не соврал, — прошипела она, — иначе я сама тебя прикончу.

— Попробуй, конечно. — Цербер нагло усмехнулся. — С удовольствием поучу тебя истинным женским ценностям.

Клео беззлобно рассмеялась.

— Вы, Охотники за Головами, поди, радуетесь, что мир катится в ад. Теперь можно вернуть всех нас в каменный век.

Цербер окинул ее мрачным взглядом и отказался отвечать.

Габриэль прижался к боковой двери, пока джип с ревом несся по ямам и заросшей подъездной дороге. Они объехали поваленное дерево, преградившее путь, и машина опасно накренилась у края крутого хребта. В двухстах футах под ними на дне ущелья извивалась сверкающая река.

Другой рукой Габриэль ухватился за приклад пистолета в кобуре. При себе у него были пистолет, винтовка и охотничий нож. Достаточно оружия, чтобы защищаться и убивать. Он незримо чувствовал за спиной присутствие Цербера — опасного, едва сдерживаемого хищника. Габриэль ненавидел каждую секунду, проведенную с ним рядом. Сейчас главарь байкеров был безоружен — так распорядилась генерал Ривер, — но Габриэль не сомневался, Цербер смертельно опасен даже с голыми руками.

Габриэль и сам представлял серьезную угрозу. Клочок синего платка Надиры огнем жег его карман. Габриэль поклялся себе убить Цербера при первой же возможности, наплевав на приказы Клео и ее матери. Тогда, возможно, часть чувства вины, которое он носил словно звенящие цепи на душе, спадет, наконец-то освобождая его. Может быть.

Несколько часов прошли в молчании. Габриэль, стиснув челюсти, не отрывал взгляда от проносящегося за окнами густого темного леса. Он изо всех сил старался не думать о походе Амелии и Мики в Убежище. Но никак не мог избавиться от тесноты в груди и ужасной беспомощности. Именно в тот момент, когда они больше всего нуждались в его защите, он оказался разлучен с теми, кого так сильно любил.

Впрочем, ни Мика, ни Амелия больше не были беспомощны. Мика стал сильнее, как физически, так и морально. Он мог сражаться, когда это было необходимо. Он пойдет на убийство, чтобы защитить своих людей. Габриэль не сомневался ни в воле брата, ни в его преданности.

Он и решимость Амелии не подвергал сомнению. Она уже не та кроткая девушка с «Гранд Вояджера». Да и тогда она не была слабой, но так долго жила в стыде и страхе, что не понимала собственной силы. Теперь она ее осознала. С Амелией приходилось считаться как с сильной, волевой, уверенной в себе красавицей.

Воспоминания об их прощальном поцелуе нахлынули на Габриэля с новой силой. Возможно, ему не следовало этого делать. Он заявил ей, что не сожалеет. И не жалел. Он никогда бы не заставил Амелию делать то, чего она не хотела. Но какая-то часть его души шептала, что возможно, он никогда больше не увидит ее, и до конца жизни будет жалеть об этом неиспользованном шансе.

Что бы ни случилось дальше, Габриэль хотел, чтобы Амелия знала, что он ее любит. Даже если она не сможет полюбить его в ответ… он всегда будет ее любить.

Транспорт резко затормозил. Клео распахнула дверь и выскочила наружу.

— Мы на месте.

— Скорее в дикой глуши, — проворчал Габриэль.

Клео выгрузила большую, промышленных размеров воздушную тележку и посмотрела на Цербера.

— Далеко идти?

Цербер лишь пожал плечами с ленивой, хищной улыбкой.

— Уже близко.

После трехмильной прогулки по пересеченной местности они взобрались на небольшой холм и увидели вдалеке раскинувшийся город средних размеров. В сотне ярдов к северу возвышалось огромное бетонное здание с синей металлической крышей. Габриэль узнал фирменный знак большого магазина, выбитый на фасаде здания ярким, конфетно-яблочным цветом.

— Там был склад с товарами для доставки коммерческими дронами, — пояснил Цербер.

Приведя оружие в состояние боевой готовности, они прочесали местность. По пути обнаружили несколько трупов и парочку зараженных диких животных, которых быстро разогнали, прежде чем войти на склад через боковой вход. Замок уже был сорван, дверь открыта и жалобно скрипела на петлях.

Габриэль включил фонарь, прикрепленный к прицелу его винтовки. Высокие полки хранилища были разграблены. Пластиковая упаковка и рваный картон захламляли цементный пол. Он отбросил в сторону несколько пустых, перевернутых коробок.

Вонь гниющей плоти проникла в ноздри. Габриэль поправил маску, закрывающую рот и нос. Остальные сделали то же самое. Маска ничуть не заглушала тошнотворный, гнилостный запах, но он очень надеялся, что она защитит его от трупов, зараженных вирусом «Гидры».

Из-под пустого пивного ящика с визгом выскочила крыса. Габриэль вздрогнул, вспомнив кишащую мерзкими грызунами канализацию.

— Осторожнее с этими тварями. Они хитрые маленькие бестии.

— Сюда, — объявил Цербер. Он провел их через лабиринты стеллажей к металлической двери в задней стене. На двери темнели коричневые разводы. Засохшая кровь. Перед дверью лежали четыре трупа, одетые в армейские комбинезоны и боевое снаряжение. Тела были раздуты, и уже начали разлагаться. Из глазниц этих людей не текла кровь. Вены не проступали темным рельефом на их гниющей, белой как мел коже.

Они не были заражены.

— Их закололи или застрелили, — сообщил Цербер. — Двое получили ранения в спину. Мы прислонили их тела к двери, чтобы отпугнуть мародеров. Подумали, большинство людей решит, что не стоит рисковать, обшаривая офис, когда здесь и так есть чем поживиться.

Джамал прикрыл рот закрытый маской, рукавом куртки. Затем, тяжело пыхтя и кашляя, он с помощью лома отодвинул трупы с дороги. И открыл запертую дверь. Габриэль и еще двое быстро зачистили помещение.

Остальные члены «Новых Патриотов» без опаски прошли в офис.

Кабинет был ничем не примечателен. Два встроенных компьютерных стола, голоэкран, пара пахнущих плесенью диванов, пыльный кофе-бар, туалет только для сотрудников в задней части.

— Вот он! — Джамал тихонько свистнул, присев за один из диванов.

Фантом стоял между диваном и стеной. Огромный, около шести футов в длину, он выглядел зловеще. По форме он отдаленно напоминал Габриэлю торпеду.

— Кто-то приволок его сюда, — пояснил Цербер. — Бывшие летчики, прихватившие его с заброшенной базы, остановились здесь пополнить припасы и попали в засаду. Тот, кто их убил, не знал ценности этой штуки, а потому решил, что она слишком большая и тяжелая, и просто ее бросил.

Генерал Ривер стояла, скрестив руки на груди, пока двое ее солдат осматривали орудие. Клео держалась рядом с ней, нервно наблюдая за происходящим, ее лицо оставалось напряженным.

— Настоящий, — доложил один из них.

— Что именно он делает? — спросил Габриэль.

— Ты знаешь, что такое ЭМИ, — отозвался Джамал.

— Электромагнитный импульс, — проворчал Габриэль. — Северная Корея использовала такой импульс, чтобы уничтожить часть Японии, отбросив ее на сто лет назад. Вот почему мы ударили по ним ядерной бомбой в ответ.

— Вспышка ЭМИ поджаривает электронику в определенном радиусе, — уточнил Джамал. — Но он уничтожает все подряд. Фантом представляет собой ЭМИ-пушку, которая стреляет интенсивным, контролируемым электромагнитным импульсом, поражающим конкретную цель.

— А разве в Убежище не все защищено?

— Это их не спасет, — отозвалась генерал Ривер своим глубоким, сиплым голосом курильщика. Она присела на корточки рядом с оружием, поглаживая гладкий черный бок рукой. В свои сорок с лишним лет она была высокой, суровой чернокожей женщиной с жесткими, проницательными глазами. Габриэль не сомневался, что она разделяет безграничную преданность дочери выбранному делу, невзирая на цену. — Фантом — технология будущего. Он сильнее, чем все, что мы видели. Он способен прожечь клетку Фарадея и свинцовые щиты толщиной в три дюйма.