— Нечестно, я хочу горячего ботаника.
Это заставляет Вайолет рассмеяться. Вопреки моему желанию, от этого прекрасного звука что-то надувается в моей груди, как воздушный шарик.
Когда мы подходим к их общежитию, Хлоя стоит, положив руку на ручку, а я маячу в дверном проеме.
— Хорошо, мы добрались до нашей комнаты целыми и невредимыми. Теперь ты можешь идти.
— Подожди. — Я кладу руку на дверь, чтобы она не захлопнула ее у меня перед носом. — Таковы правила. Во-первых, ты слишком молода для вечеринок. — Хлоя театрально закатывает глаза. — И, во-вторых, ты слишком молода, чтобы пить.
Она вздыхает.
— О боже...
— Но если ты это сделаешь, — продолжаю я, — и окажешься в плохой ситуации, позвони мне. Вы обе.
Вайолет улыбается. Мысль о том, что какой-то парень прикасается к ней, когда она пьяна - вообще прикасается к ней — заставляет мою кровь закипать, даже если этого не должно быть. Даже если мне следовало бы меньше заботиться о девушке, которую я только что встретил. Но в ней что-то есть. Что-то, что уже вонзило свои когти и не отпускает.
Она понятия не имеет, что я способен заставить ее чувствовать. Что я способен с ней сделать.