Глава 7
На двери первого антикварного магазина висела табличка, сообщающая, что он закрыт на неделю. Проехав центр города, мы нашли второй магазин в не самом приятном районе. С момента поворота на запущенную улицу и до парковки у входа в магазин за нами следило около десятка глаз. Тяжелые металлические решетки защищали стеклянную дверь и витрину от проникновения посторонних, но на стекле за решеткой виднелось несколько длинных трещин, заклеенных скотчем, чтобы они не расползались.
За нами наблюдала группа подростков хулиганского вида, собравшаяся в конце квартала на другой стороне улицы. И хотя, насколько я знала, в городе не было банд, подростки вели себя довольно подозрительно.
— Почему бы тебе не подождать в машине, — посоветовала я Оливии, глядя между сиденьями на подростков. — Запри двери, пока я забегу внутрь.
— Хорошая идея. Думаю, мне стоит развернуть грузовик так, чтобы эти юнцы не смогли подобраться ко мне и украсть что-нибудь из кузова.
— Звучит неплохо. Только не делай глупостей, пока я внутри.
— Я? — широко ухмыляясь, уточнила Оливия.
Я только покачала головой и выскочила на улицу. Как по мне, подростки могли утащить хоть все коробки. Я просто не хотела добровольно отдавать свой грузовик.
Войдя в магазин, я обвела взглядом помещение, но никого не увидела.
— Здравствуйте. Есть тут кто?
В магазине горел свет, но комнату настолько загромождали столы и полки, что разглядеть дальнюю часть помещения не удавалось. Я смогла лишь различить дверь в задней части магазина, но когда принялась кружить вокруг странно расположенного стола-витрины, женщина с серебристыми волосами, собранными в тугой пучок, обогнула стеллаж, едва не столкнувшись со мной.
— Я могу вам помочь? — спросила она с усталой улыбкой.
— Надеюсь, что да. У меня есть несколько коробок со старыми вещами, которые я хотела бы продать. Вы владелица?
— Да, — подтвердила женщина, кладя тряпку для уборки на выставочный стол. — Я миссис Будовски. А вы? — спросила она, протягивая руку.
Я осторожно пожала ее руку, почувствовав облегчение, когда на меня не обрушилась волна видений.
— Давина Рейвен. Приятно познакомиться.
Она без особого восторга посмотрела на меня и направилась к двери.
— Ну? Где эти предметы, которые вы продаете?
— Они в моем грузовике, — ответила я, показывая на дверь. — Может, вы посмотрите все на улице?
Миссис Будовски драматически вздохнула, направляясь к прилавку у дальней стены и беря с полки огромную связку ключей.
— Дайте мне минутку, чтобы запереть дверь. В этом районе нельзя быть слишком осторожным.
— Хорошо, — согласилась я и вышла на улицу. Я оглядела стоянку, где все еще толпились подростки. Похоже, их сильно заинтересовал мой грузовик, парней не смущал даже грозный взгляд Оливия с водительского сиденья. Не знаю, что именно задумали эти ребята на углу, но они отступили на несколько футов от бордюра, когда заметили, что я за ними наблюдаю.
Я подошла к своему грузовику и открыла заднюю дверь. Когда забралась в кузов, подростки на другой стороне улицы снова с любопытством шагнули вперед. Я достала телефон и сделала несколько снимков.
Мои действия были истолкованы верно; подростки поспешили ретироваться.
Миссис Будовски подошла к грузовику, наблюдая, как группа расходится.
— Я все время говорю полицейским, что от этих детей одни неприятности. Но они утверждают, что ничего не могут сделать, пока те не совершат преступление.
— Похоже у вас не очень хороший район. Не думали перенести свой бизнес?
— Я живу здесь сорок лет. Не собираюсь позволять паре детей вытеснять меня с насиженного места.
Оливия вылезла из грузовика, наконец-то заметив нас.
— Ну что? Что вы принесли? — нетерпеливо спросила миссис Будовски.
Отцепив защитную сетку, которую Ноа купил для меня на прошлой неделе, я сняла крышки с коробок и передала по одной Оливии. Оливия поставила их на потрескавшийся асфальт, а миссис Будовски нагнулась, чтобы просмотреть каждую. На некоторые коробки она почти не обращала внимания. В других — проверяла каждый предмет, переворачивая, чтобы изучить этикетки и другие маркировки.
В общей сложности она минут двадцать копалась в вещах с бесстрастным выражением лица. Наконец она выпрямилась и объявила:
— Я дам вам двести долларов за все это.
Я уже собиралась согласиться, когда Оливия рассмеялась.
— Вы шутите? — Подруга взяла в руки уродливую старинную куклу, принадлежавшую моей матери. — Только эта кукла стоит двести баксов. Хватит тратить наше время. Назовите вашу лучшую цену.
Миссис Будовски пристально смотрела на Оливию, но ее взгляд то и дело возвращался к кукле, в руках моей подруги.
— Пятьсот.
— Без шансов, — фыркнула Оливия, опуская куклу обратно в коробку, а затем подняла ее, чтобы передать мне.
— Как хотите, — проворчала миссис Будовски. — Единственный другой магазин в городе — это салон Норы. И она заплатит еще меньше.
— Слышали когда-нибудь про интернет? — ехидно спросила Оливия, отдавая мне очередную коробку. — Мы вполне можем сами продать эти вещи.
Оливия продолжала собирать коробки, и хотя мне меньше всего хотелось тащить это барахло обратно, я безропотно ставила их в багажник грузовика. Получив последнюю коробку, я уже собиралась высказаться, но Оливия подняла руку, останавливая меня. Она слегка покачала головой. Я поджала губы, закрывая крышки коробок.
Накинув сетку, я спрыгнула вниз, закрепляя одну сторону, а Оливия зацепила другую. Недовольная миссис Будовски бормоча проклятия, вернулась в свой магазин.
Я вопросительно посмотрела на Оливию.
— Мне бы не помешали лишние пятьсот долларов.
— Я изучила эту уродливую куклу на прошлой неделе. Она стоит не меньше двухсот баксов. При хорошем покупателе — триста, — сообщила Оливия.
Закрыв заднюю дверь, я подождала, пока мы обе заберемся в машину, и только потом сказала:
— Эта кукла отвратительна. Зачем кому-то платить за нее двести долларов?
— Понятия не имею. Но, порывшись в интернете, я пришла к выводу, что единственный способ заработать на этих вещах — продавать самим.
— Тогда зачем мы сюда приехали?
Заведя грузовик, Оливия лукаво улыбнулась.
— Теперь я знаю, какие предметы наиболее ценны. Я могу попробовать заняться ими в первую очередь. Ее внимание привлекли кукла, стеклянное яйцо и несколько керамических тарелок.
— Отлично, но я не только не заинтересована в продаже этих вещей, но и не хочу, чтобы этот хлам снова валялся в моем доме.
— Можно оставить коробки в офисе, когда вернемся из города. Там много места. А миссис Полсон поможет мне все изучить и продать.
Пока коробки не пылились в моем доме, мне все равно, сколько времени уйдет на продажу, особенно теперь, когда на моем банковском счету прибавилось денег.
— Ладно, хорошо. Но у меня есть два условия. Во-первых, поскольку мы не платим миссис Полсон за работу секретарши, она получает пятьдесят процентов от всего, что продаст. А во-вторых, все, что не продастся, это твои проблемы. Я не хочу, чтобы хоть что-то из этого вернулось ко мне домой.
— Договорились, — согласилась Оливия, сворачивая на главную дорогу и оставляя в зеркале заднего вида мрачный район. — Как продвигаются дела с работой по уборке? Кто-нибудь из клиентов умолял тебя взять их обратно?
— Только Мириам. Доктор Гилмор тоже оставил мне несколько сообщений, но я лучше найду работу в городе, чем снова буду горбатитья на него.
— Так сколько у тебя клиентов?
— Трое. Ты, Мириам и Джеки. Вот почему я передвинула вас на четверг. Но теперь, когда с меня сняли обвинения в убийстве отца, я надеюсь, что и остальные клиенты позовут меня обратно на работу.
— И ты примешь их предложение? После того как они с такой легкостью отказались от тебя?
— Да. Охотно.
Оливия поджала губы, но ничего не сказала, меняя полосу движения, готовясь повернуть на следующем светофоре.
Я ожидала, что она останется на главной дороге, ведущей из центра города.
— Куда мы едем?
— Я угощаю тебя обедом, помнишь? — Оливия повернула, указывая вперед. — В следующем квартале есть отличный ресторан. Я уже предвкушаю их куриные тако и картофель фри в пивном кляре. Просто объедение. А еще у них очень милый балкончик на открытом воздухе со столиками, закрытыми голубыми зонтиками. Тебе понравится.
Хотя сочетание картошки фри и тако меня не привлекало, я не могла вспомнить, когда в последний раз ела нормальную еду. Я с сомнением посмотрела на свой наряд.
— Это модное место?
— Ничего особенного. Они специализируются на редких сортах пива и любимых блюдах посетителей. Так что это, по сути, паб, но рассчитанный на деловую публику. Все будет хорошо. Брейдону нравится это место.
Брейдон был простым парнем, но он балансировал между двумя мирами. В одном он вел спокойную жизнь «синего воротничка». Другой его мир вмещал в себя обхаживание состоятельных клиентов для развития своей юридической практики. Если этот ресторан относился к первой категории, я ничего не имела против. А вот если он попадал во вторую категорию, я буду выделяться на общем фоне.
Я смахнула паутину, которая, должно быть, попала на футболку, когда перетаскивала коробки.