— Ты нужна мне… — Макс прижимается лбом к моему. — О боже, мне все равно, если нас поймают. Я просто собирался сделать это на секунду, всего на секунду, но я не могу, черт возьми. — Его бедра покачиваются напротив меня, толкая его твердый член глубже в меня, несмотря на сжимающую напряженность, когда мое тело обхватывает его, желая удержать его там. — Мне нужно тебя трахнуть. Мне нужно…
— Не останавливайся. — Я обвиваю руками его шею, мои ноги обхватывают его бедра, притягивая его глубже. — Мне тоже все равно.
Он снова целует меня, сильно, грубовато и глубоко, его пальцы запутались в прядях моих волос, когда он вторгается в меня на последние дюймы, наполняя меня, соединяя каждую мою частичку с ним. Он задерживается там на мгновение, дрожа, его губы все еще касаются моих, а затем я чувствую, как он тянется к моим рукам, его пальцы переплетаются с моими. Макс медленно поднимает мои руки над головой, переплетая пальцы, когда начинает вонзаться. Он остается в таком положении, его лоб прижат к моему, его руки переплетены с моими, его губы касаются моих, когда он трахает меня медленно и глубоко, и я чувствую, какая сдержанность требуется ему, чтобы сделать это, скользить в меня долгими медленными движениями, которые заставляют меня содрогаться от удовольствия.
— Я уже кончила дважды, — шепчу я ему в губы. — Тебе не обязательно двигаться медленно…
— Я хочу, чтобы это длилось долго, — шепчет Макс в ответ, слова мягко вибрируют на моих губах. — Если я трахну тебя жестко, то кончу через несколько секунд. В тебе чертовски приятно и, кроме того, я хочу наполнить тебя, пока ты кончаешь на мой член. Я подожду, если это значит, что я могу это получить.
Он снова целует меня, медленно и глубоко, в такт движениям своего твердого, толстого члена внутри меня.
— Могу я это сделать? — Спрашивает он низким хриплым голосом. — Могу я наполнить тебя своей спермой, Саша, пока ты сжимаешь мой член?
Все мое тело содрогнулось от грязных слов, тем более эротичных, исходящих от Макса, моего Макса, когда-то священника, а теперь полностью моего.
Я украла его, и я никогда не пожалею об этом.
— Да, — шепчу я, понимая, о чем он спрашивает, всю серьезность, стоящую за этим. Мы пытались, с разной степенью успеха, удержать его от проникновения в меня после того первого раза. Мы вообще не должны были быть вместе, не говоря уже о том, чтобы вместе заниматься сексом. Из всего, что Макс сказал и сделал сегодня вечером, чтобы показать мне, что он хочет начать все сначала, что на этот раз он хочет сделать все по-другому, я понимаю, что он говорит правду. Я не уверена, хочу ли я забеременеть, но, если это будет ребенок Макса, я не могу представить себя иначе, как вне себя от радости.
И я знаю, что ничего так не хочу, как почувствовать, как он входит в меня.
— Пожалуйста, — шепчу я, притягивая его глубже, встречая толчок за толчком, выгибаясь навстречу ему, когда удовольствие накрывает меня волнами. Он толкается сильнее, глубже, его таз упирается в мой клитор с каждым толчком его тела в мое. Я сжимаюсь вокруг него крепче, желая удержать его внутри себя, наслаждаясь блаженным трением его члена, двигающегося назад, когда я пытаюсь удержать его там. Его руки все еще сжимают мои, гостиная раскачивается под нами, когда мы находим ритм друг друга, и я совсем забыла о том факте, что мы на открытом воздухе, что кто-то может выйти сюда, чтобы прибраться после ужина, и найти нас, что в мире есть что-то еще, кроме нас двоих прямо сейчас.
— Тогда кончай для меня, — шепчет он мне в губы, втискивая свой член глубже в меня при последнем толчке. — Кончай на мой член, Саша, и я дам тебе свою сперму…
Я балансирую на краю, каждый мой нерв дрожит, и это заставляет меня опрокинуться. Мой крик удовольствия снова поглощается его поцелуем, наши руки крепко сжимают друг друга, и я чувствую, что он отпускает меня в тот самый момент. Я сжимаюсь вокруг него, мой оргазм прокатывается по всей длине его члена, когда я чувствую, как он выгибается и входит в меня, внезапный горячий поток его спермы заполняет меня, а его стон удовольствия тоже теряется в нашем поцелуе. Мы выгибаемся друг напротив друга, каждый дюйм наших тел соприкасается. Я чувствую, как Макс содрогается, когда его член содрогается внутри меня, горячая сперма заливает меня, пока я не чувствую ее между нами, липкую и теплую на моих бедрах.
Мы застываем вот так на долгое мгновение, дрожа от толчков нашего совместного освобождения, не в силах пошевелиться. Губы Макса все еще касаются моих, наши лбы и носы соприкасаются.
— Я люблю тебя, — дрожащим голосом шепчет он, тяжело сглатывая, его член все еще погружен в меня. — Я так чертовски сильно люблю тебя, Саша. Я…
— Я тоже тебя люблю, — шепчу я в ответ, потираясь своим носом о его, соприкасаясь губами, когда я шепчу это в нашем почти поцелуе. — Я буду любить тебя всегда, Макс. Несмотря ни на что.
— Несмотря ни на что, — вторит он.
И вот так просто я чувствую, как боль прошлого начинает ускользать и начинается новое будущее.