— Ты, блядь, смотришь на меня, когда кончаешь. — Он выплевывал каждое слово так, словно оно жгло кончик его языка. — Ты хотела, чтобы тебя трахнули, теперь ты покажешь мне, как ты выглядишь, когда, черт возьми, получаешь то, что хочешь. — В его голосе звучал темный оттенок господства, и я открыла глаза, уставившись прямо в него. Не было ни предупреждения, ни нарастания крещендо. Святой лишь крепче сжал мои запястья, отстранился, пока только головка его члена не оказалась у моего входа, и, как раскат грома, снова вошел в меня, и я закричала. Оргазм врезался в мое ядро, рикошетом прокатился по телу, ударяясь о каждую косточку, пока я не смогла больше сдерживать его, и эхо наслаждения вырвалось из моих криков.
Святой продолжал свой безжалостный натиск — неумолимый, безапелляционный шквал мужчины, который, как он говорил, просто брал то, что хотел. И я дала ему это… с готовностью. Я все время держала глаза открытыми, а он не сводил с меня взгляда. Его ноздри раздувались, когда он продолжал покусывать нижнюю губу, а жесткий тенор его ворчания заполнял пространство между нами.
Удовольствие не покидало мои кости. Это было похоже на секс за сексом, сокрушающий разум, разрывающий тело экстаз, возобновляющийся с каждым его толчком. Из его горла вырвался стон, в котором звучали боль и наслаждение. Он замер, и я почувствовала, как его член запульсировал внутри меня, наполняя меня до краев своей кульминацией, а он все это время даже не моргал, глядя на меня. В его глазах мелькнуло что-то зловещее, и на мгновение это испугало меня. Я не знала, чего ожидать и что он будет делать дальше, мои внутренности сжались от остатков оргазма и страха, вызванного его взглядом.
Несколько мгновений оглушительной тишины, а потом это случилось. Святой выбил из меня весь дух… поцеловав меня так, словно если он этого не сделает, то это будет означать смерть.