Ридли рассмеялась бы при любых других обстоятельствах. Она привыкла к критике. Когда люди узнавали, кто ее сестра, их первым вопросом обычно был: «почему ты выглядишь так»?
Она была невосприимчива к грубости в этот момент и, конечно же, не собиралась обижаться, когда критика исходила от женщины, которая выглядела так, как будто у нее были птичьи перья или что-то такое же смешное, прилипшее к ее ресницам.
— Да, я живу здесь.
Ирония состояла в том, что ей даже не пришлось лгать. В настоящее время она живет здесь и если ее сестра не передумает, позволить ей остаться в своем доме одной, она будет здесь, пока не вернется Рейна.
Рука Джексона ощутимо сжала ее талию прежде, чем он повернулся, чтобы посмотреть на нее. Благодарность плескалась в его взгляде, и Ридли заметила, как разгладились морщинки в уголках глаз, выдававшие его напряженное состояние.
В этот момент Ридли испытала всплеск горячего желания защитить Джексона.
«Кошачьи бои» были не в ее стиле, и она никогда не была той, что запросто может поучаствовать в словесной перепалке. Она всегда придерживалась мнения, что если мужчина хотел быть с ней, он должен был сказать другим женщинам, что он занят.
Точка.
Но в этом случае Джексон не только не был ее парнем, но и она могла чётко прочесть сигнал SOS, который посылал бедняга.
Эта девушка явно принадлежала к тому типу дам, который не примет «нет» за ответ, и как друг Джексона она была более чем счастлива помочь ему избавиться от этой «кошки-в-период-течки».
— Как я уже сказала, я иду наверх отдохнуть. Ты со мной? — спросила она.
Джексон, не отрывая от нее взгляда, медленно кивнул, как будто не мог поверить в то, что она говорила. Алана наблюдала за ними, слегка приоткрыв рот, и Ридли провела пальцами по губам Джексона. Когда они с Джексоном уходили, Ридли обернулась, хитро подмигнув Алане:
— И если Джексон и я кузены, то я почти уверена, что мы оба попадём в ад.
* * *
Она правда только что это сказала?!!
Джексон прекрасно понимал, что играет с огнём. Он не мог объяснить, что заставило его сделать это.
Одно дело сказать Алане, что он встречается с кем-то другим, но втягивать Ридли в эту игру без разрешения было просто по-свински. Ему повезло, что она вообще согласилась.
Конечно, он не ожидал услышать, как она заступится за него своим сладким, как мёд, голосом. Она не только утащила его от Аланы, но и хитро намекнула, что они ускользают, чтобы заняться сексом.
По крайней мере так это истолковал он.
Он не был уверен, хотела ли она, чтобы это прозвучало именно так… ну, или его член завладел его слухом.
В любом случае он не собирался сопротивляться, если она вдруг захочет затащить его наверх. Даже если это действительно был просто сон.
— Прости, наверное, мне не стоило этого говорить. Она просто меня разозлила! Одна из твоих кузин! Серьезно?!! Кто так обнимает своего кузена? — Ридли покачала головой. — Я не буду спрашивать, почему она тебя так прижала. Она очень симпатичная. Кроме невероятных предметов, прилипших к ее ресницам, и фунту макияжа.
— Без комментариев. Но я готов признать, что большинство моих отношений были довольно поверхностны. Мои друзья подталкивали меня вернуться на арену знакомств после…
— После смерти твоей жены. Все в порядке, Мэтт рассказал мне. Мне действительно очень жаль. — В знак поддержки Ридли сжала его руку.
Его жена обычно была темой, которую Джексон ни с кем не обсуждал. Часть его злилась на то, что Мэтт рассказал ей, но другая была рада.
Джексон не мог понять почему, но по какой-то причине он не противился тому, чтобы говорить об этом с Ридли. Она, казалось, действительно сожалела о его боли, понимала её, а не просто говорила это, чтобы набрать очки, как большинство женщин, которые, в конце концов, узнавали об этом.
— Спасибо. Это было трудно, и через некоторое время я начал встречаться, чтобы заткнуть всех остальных. Уверен, ты можешь себе представить, с какими женщинами они меня сводили.
— Эй, я не осуждаю тебя1 Моя собственная сестра, очевидно, думает, что я ханжа и должна переспать с «настоящим мужчиной», как ты.
Джексон от неожиданности поперхнулся, отпустив ее руку, чтобы ударить себя по груди:
— Что?!!
— Я знаю. Безумие, правда? — Ридли продолжила, даже не обратив внимания на то, в какое возбуждение пришел Джексон.
Он засунул руки в карманы и попытался задрать штаны повыше, чтобы прикрыть эрекцию.
— Она действительно так сказала?
— По большей части, да. Она знает, что ты в моем вкусе, поэтому считает, что я должна использовать это время, чтобы соблазнить тебя. Конечно, я сказала ей, что прямо сейчас и займусь этим. — Ридли засмеялась и прикрыла лицо руками. —Вау, это еще более неловко, чем в первый раз, когда я произнесла это!
— Господи, Ридли. — Джексон прижал руку к сердцу, которое теперь билось так сильно, что он боялся, как бы оно не выпрыгнуло у него из груди и не упало на траву. — Если бы я действительно думал, что ты это имеешь в виду, ты бы нигде не была в безопасности.
— Джексон... — взмолилась она. — Не смей смеяться надо мной!
Она посмотрела на него сквозь пальцы.
— Я не смеюсь над тобой, поверь мне. — Он подошел ближе и, перехватив ее руки у лица, потянул их вниз, крепко держа в своих. Она смотрела широко раскрытыми глазами, как он опустил голову, приоткрыв губы.
Было миллион причин, из-за которых эта идея была плохой.
На самом деле только вчера вечером он мысленно перечислял их.
Однако вдруг он не смог придумать ни одной. Когда он нацелился на ее рот, все, что он мог видеть, это то, что ее нижняя губа была немного полнее верхней. Он собирался прикусить эту пухлую губу.
И тут появился Мэтт.
— Эй. Посмотри, кто только что приехал!
Джексону потребовалось несколько мгновений, прежде чем он смог оторвать взгляд от Ридли. Она зажмурила глаза и испустила мягкий вздох, ее дыхание лёгким ветерком скользнуло по его щеке.
А в его голове пронеслось столько мыслей, и все они кричали ему, чтобы он поднял ее, перекинул через плечо и отнёс в дом. Тогда они могли бы «заняться этим», как она шутливо выразилась.
Только он не стал бы ходить вокруг да около.
— Джексон? Вам двоим нужно пару минут?
Он встретился с удивлёнными глазами Мэтта, который указывал пальцем в сторону.
То, что Джексон увидел, мгновенно охладило его. Он глубоко вздохнул и отступил от Ридли:
— Мы определенно позже продолжим этот разговор.
Затем он повернулся к пожилой паре, идущей в их направлении.
— Мама! Папа! Сюда! — Он махнул рукой, чтобы привлечь их внимание.
Алана, которая стояла в стороне, наблюдая за ними, тяжело вздохнула и поспешила в противоположном направлении, практически сбегая от них, от чего ее короткое платье задралось.
— Ну, и что же ее так взволновало? Не то, чтобы я не была рада, что она, наконец, ушла... — произнесла Ридли.
Джексон рефлекторно притянул ее к себе. Нет, он совершенно не пытался обмануть своих родителей. У его матери были глаза, как у ястреба, и он не пытался обмануть ее еще с тех пор, как был подростком.
Вдруг Джексон осознал, что на самом деле хочет познакомить Ридли со своими родителями только потому, что она ему нравится.
— Она никогда не ладила с моей матерью. Она, наверное, боится встретиться с ней лицом к лицу. Моя мама иногда немного… пугает.
Прежде чем Ридли успела ответить, подошли его родители. Отец тотчас же притянул Джексона в крепкие объятья:
— А вот и мой мальчик!
Джексон рассмеялся и обнял его в ответ, радость отца была искренна, а потому заразительна. Марк Александр умел устраивать вечеринки на каждом собрании и относился ко всем, кого встречал, как к членам семьи.
Помимо волонтёрской работы, наставничества в их церкви и приёма большого количества летних работников, ему было важно и необходимо, чтобы у местных мальчишек могла быть оплачиваемая работа, и он всегда помогал другим при необходимости.
Когда Джексон был моложе, ему было трудно понять, почему его отец отдавал так много своего личного времени и энергии чужим людям. Иногда Джексон сомневался, в искренности людей, что пользовались гостеприимством его отца.
Теперь, когда он стал старше и, вероятно, мудрее, он видел действия своего отца такими, какими они были на самом деле, и какой результат они производили.
Добрыми.
Джексон обнял мать и нежно поцеловал ее в щеку, а затем замер на несколько мгновений, чтобы доставить ей радость материнской заботы о нем, с любовью наблюдая, как она придирчиво оглядывала его, нежно оглаживая его плечи. После нескольких восклицаний о том, какой он худой и как ему нужно лучше заботиться о себе, он, наконец, смог вставить слово.
— Мама, папа, я хочу познакомить вас с Ридли Уэллс. Ридли моя соседка и живет на соседней улице. Ридли, это мои родители, Марк и Джулия Александер.
Ридли взглянула на него и мягко улыбнулась с облегчением, когда он ничего не сказал об произошедшей с ней ситуации. Она ненавидела то чувство стыда, которое появлялось у нее, стоило ей только вспомнить об этом. Его родители точно не будут винить ее за сложившиеся обстоятельства, в виду которых она теперь проживает у Джексона. Во всяком случае его мать, вероятно, укутала бы ее и ворковала над ней точно так же, как делала это со своими собственными детьми.
— Здравствуй, Ридли! Я так рада, что ты решила присоединиться к нам сегодня. — Мать Джексона обняла ее, а с его отцом они обменялись рукопожатиями.
— Джексон настойчиво приглашал меня. Жаль, что у меня не было времени что-то приготовить.
Глаза его матери загорелись:
— Все в порядке, дорогая! Тебе нравится картофельный салат? Мой находится в конце стола в красно-белой миске.
— Я обязательно попробую. Мой картофельный салат никогда не был чем-то особенным, но я делаю очень хороший салат из морепродуктов. Это одно из любимых блюд моей сестры.
Джексон был поражён. В тот самый единственный раз, когда он познакомил Алану с родителями, они весь вечер вели неловкую беседу. У Ридли, казалось, не было никаких проблем в общении с ними. Когда он вернулся от своих размышлений к их разговору, отец уже пытался убедить Ридли приготовить ему салат из креветок.