45 СЕРДЦЕ
Кловер
— Боги, ты слышала, что случилось с Керриган? — спросил Хадриан, войдя в дом, который он делил со своим наставником, Фэллоном.
Кловер нахмурилась.
— Нет. Она еще даже не вернулась.
— Она вернулась сегодня, — сказал Хадриан.
Он похлопал по месту рядом с собой, и она прошла по комнате и села там. Фэллон ушел по делам, у них был весь день для себя. Ей нужно было работать в Отходах, но она убежала, получив послание от Хадриана.
Это была не любовь. Так она говорила себе, убегая от дел, чтобы оказаться в его руках. Это было развлечение, чтобы скоротать время. Дело было не в том, что он спас ей жизнь, и они прятались в канализации часами вдвоем.
Она не впервые переживала что — то такое. В отличие от Хадриана. Когда все рухнуло вокруг нее, когда она младше, она могла положиться только на себя. Теперь у нее был Хадриан. Это заполняло пустоту, о которой она не подозревала внутри себя.
Но это была не любовь.
На сто процентов не любовь.
Его губы скользнули по ее челюсти.
— Ты перестала слушать.
— Прост. Что ты говорил?
— Она упала в обморок на балу после ссоры с Марчем.
— Фу, Марч, — буркнула Кловер. — Как это воспринял Фордхэм?
— Я мало слышал. Только сплетни.
— Я переживаю за Рыжую, особенно, после ее ареста. Может, стоит проведать ее.
Он поцеловал ее ключицу.
— Или ты могла бы проверить ее после того, как уйдешь.
Она рассмеялась и оттолкнула его.
— Ты ненасытный.
Его синие волосы торчали, идеально спутанные. Больше карие глаза видели ее насквозь.
— Я не знал никого, как ты, Клов.
— Да, милый? — пошутила она. — Стоит чаще бывать в трущобах.
Она все еще заводилась, ссорясь с ним.
— Не говори так про себя, — он потянулся к ней.
— Эй, я знаю свою цену. Я стою десяти любых фейри, — пошутила она. — Но я знаю, что я не милая аристократка как…
Имя, которое она не произнесла, застыло между ними. Дарби. Она не была как Дарби. Дарби, которая отвергла ее. Которая собиралась теперь связать себя, идеально красивую, с каким — то мужчиной — фейри, который даже не оценит ее, которого она не будет любить. И все ради маленьких фейри, а не своего счастья.
Настроение Кловер испортилось от мысли.
Хадриан убрал ее каре за обычные человеческие уши.
— Мне нравишься ты такой, какая ты есть.
— Ясное дело, — она подмигнула.
Его палец опустился к цепочке, которая всегда была на ее шее, и он вытянул кулон из места, где он лежал на ее коже. Она схватила цепочку и убрала кулон.
— Прости, — быстро сказал он. — Ты никогда это не снимаешь. Мне было интересно, почему.
— Это было папино, — тихо сказала она. Кулон плотно прижался к ее коже. — Это было последним, что он мне дал. Сказал мне всегда это беречь. Что это… я изменю мир, — она рассмеялась. — Глупости. Что может сделать одна девушка?
— Потому ты в Правах для Всех?
— И смотри, куда это завело, — рявкнула несправедливо она.
Он поднял руки.
— Я просто думаю, что тебе стоит думать лучше о себе. Ты меняешь мир. По крайней мере, мой.
Он притянул ее к себе, и в этот раз она не сопротивлялась. Она не хотела бороться с ним. Мужчины были намного сложнее женщин. Она не предпочитала кого — то одного. Ее влекло к личности, а не полу. Все это не было важно для нее. Но Хадриан был одним из немногих мужчин, с кем было уютно так долго. И она хотела, чтобы это сработало… даже если они скрывали это ото всех.
— Эй, — прошептал он, поднимая ее подбородок, чтобы она посмотрела на него. Он был на голову выше нее, и это было необычно. Она была высокой для человека.
Его губы задели ее губы. Она застонала и прильнула к нему, забыв о мире. У них были еще часы для себя. Ей нужно было перестать спорить с ним и использовать время как лучше. Они не услышали тихую поступь сатиновых туфель по дереву, и как дверь гостиной открылась. Только вскрик, полный боли, долетел из открытой двери.
Кловер повернула голову и увидела потрясенную Дарби. Слезы тут же появилась в ее больших черных глазах.
— Дарбс, — сказал Хадриан, шагнув к ней.
Но Кловер не могла говорить. Она смотрела на Дарби, которая увидела то, что они так старались скрыть от мира. Они были вместе. И сердце Кловер все еще отчасти было в руках Дарби. Как бы она ни пыталась… она хотела их обоих.
Дарби покачала головой и выбежала из комнаты. Хадриан шагнул за ней, но Кловер остановила его и пошла сама. Она добралась до Дарби, когда та уже распахнула входную дверь.
Кловер закричала:
— Стой!
Дарби застыла на ступеньках. Она выглядела красивой, даже когда плакала.
— Что?
— Почему ты пришла сюда?
— Я не слышала ничего от тебя и Хадриана неделями. Я думала, что — то не так. Я не думала о таком.
— Почему? — Кловер давила на нее. Она знала, что должна была отступить, но не могла отпустить Дарби. — Ты сказала, что мы не можем этого делать. Ты сказала, что выйдешь за мужчину и родишь фейри. У тебя Сезон, Дарби. Ты не имеешь права расстраиваться из — за этого.
— Тогда почему ты не сказала мне?
— Ты хотела, чтобы я вывалила это все?
— Нет, — она вытирала слезы. — Конечно, нет. Но… я думала…
— Что? Ты хотела, чтобы я ждала, хотя ты живешь дальше?
Дарби было больно, ее губа дрожала.
— Это не отменяет моих чувств к тебе.
Гнев Кловер остыл. Она выдохнула.
— И моих.
Дарби посмотрела в ее глаза.
— Тогда… почему?
— Я всегда хотела тебя, Дарбс. Ты это знаешь. Но я хочу и Хадриана. Я хочу вас обоих.
— Это так не работает.
— Могло бы, — сказала Кловер. — Если бы ты не старалась быть той, кем не являешься.
Дарби отпрянула, как от пощечины.
— Если ты так это видишь, то я, пожалуй, сделала правильный выбор. Надеюсь, вы оба очень счастливы.
Она захлопнула дверь за собой. Хадриан через миг появился рядом с Кловер.
— Сколько ты слышал?
— Все, — он взял ее за руку.
— И ты все еще хочешь касаться меня?
— Я уже знал о твоих чувствах к ней.
Кловер посмотрела в его глаза.
— И что ты чувствуешь теперь?
— Я буду брать тебя, как только смогу, Клов, — пылко сказал он. — Если хочешь нас обоих, можешь брать нас обоих. Я хочу то, что сделает тебя счастливой.
— Вряд ли это произойдет, — она взглянула на дверь.
— Тогда ты будешь только моей.
Он накрыл ее рот своим. Он умел заставлять ее забыть обо всем. И она погрузилась в это разумом, телом и душой. Только бы забыть выражение лица Дарби.