Глава 11 Крестиком отмеченное место

Ксандер

― Что ты сейчас сказала? ― спросил я, уверенный, что ослышался.

Изогнув губы в зловещей ухмылке, Иден низко склонила голову, осыпав мою шею поцелуями, от которых я поежился.

― Ты слышал меня, Ксандер. Время вышло.

Я замер под ней, и мое сердце забилось с такой пугающей скоростью, что я мог слышать стук крови в ушах и чувствовать, как она бежит по моим венам.

«Какого хрена сейчас происходит?»

Мир вокруг меня вырвался из-под контроля, мой разум одновременно атаковали десятки вопросов, но самым срочным был почему? Но тогда…тогда до меня дошли последние слова Иден, и внезапно меня озарило…

― Тебя…послал Скарзи?

Иден кивнула, дьявольски блеснув голубыми глазами, ясность которых пленила меня, как и ранее в клубе. Вот только на этот раз в них не было света. Темные пустые омуты. Мрачные и смертоносные. Я наблюдал, как Иден, словно доктор Джекил и мистер Хайд, в мгновение ока превратилась из любовницы в убийцу ― самая пугающая и прямо-таки страшная метаморфоза из всех, что я повидал в своей жизни. Мы оба молчали, и я смотрел на нее, гадая, как такое возможно. Как я мог не знать? Как мог даже не подозревать? Могла ли такая красивая, обаятельная и остроумная женщина преклонить колени у дьявольского алтаря, когда напоминала ангела?

― Ха, значит, вот почему ты улыбнулась мне? ― спросил я, даже если не хотел озвучивать свой вопрос. ― Чтобы приманить меня своим очарованием?

― Бинго, ― откровенно ухмыльнулась Иден, обведя лезвием вокруг пальца. ― Однако признаюсь, что ты не самая простая цель.

― Почему? ― осмелился спросить я.

― Потому что с того момента, как я тебя увидела, моя обычная способность сосредотачиваться вылетела из окна. Что-то в тебе…отличалось, и чем бы оно ни было, весь вечер мешало мне следовать плану.

― И какой у тебя был план?

― Честно? Никакого. Думаю, можно сказать, что я действовала по наитию, ― пожала плечами Иден.

После ее признания у меня не нашлось слов. Я не мог поверить, что все происходило на самом деле. У меня уже было жуткое предчувствие, что молчание Скарзи означало, что он придумывал некий план, но в то же время надеялся, что, быть может, он на самом деле решил пощадить меня после всех этих его «вы мне нравитесь» и «у вас есть потенциал». Надо думать, ублюдку я ни капли не нравился, что, откровенно говоря, не удивило меня. Пока Скарзи говорил все эти слова, я помню, как подумал, что он лукавит. Как оказалось, я не ошибся.

В то время как мои мысли шли в мрачном направлении, включавшем маму, я понял, что взгляд Иден не дрогнул с тех пор, как она перекатила меня на спину и столкнула мой мир в некое адское измерение. Что творилось у нее в голове? Сколько людей она убила? Был ли я у нее первым? Как она умудрялась оставаться такой хладнокровной? Праздно я удивился тому, насколько спокойным оставался в крайне пугающей ситуации, но предположил, что просто пребывал в шоковом состоянии. Или же я подсознательно ожидал, что должно что-то произойти. Я прекрасно понимал, что ставки высоки, с того самого дня, как вышел из офиса Скарзи с последним чеком. Он предупредил меня. Выдвинул простые четкие условия, и я, в конце концов, их не выполнил. Тем не менее, я ничего не мог сделать иначе или изменить. Просто ситуация действительно вышла из-под контроля, и если бы не произошло какое-нибудь чудо, способное изменить мою жизнь, у меня бы не нашлось денег для выплаты даже со снятыми процентами. Видит Бог, я испробовал все, что было в моих силах, но не смог изменить факты и погасить долг.

Голос Иден, нежный, но соблазнительный, ее красивое лицо в нескольких сантиметрах от меня быстро переключили мое внимание на нее.

― Ты довольно красив, Кси. Какая жалость, что мне придется тебя убить, ― проворковала она, проведя кончиком острия по моей груди. ― Но здесь командует Скарзи, и как бы я не хотела освободить тебя, у меня достаточно грязных секретов, чтобы хватило на всю жизнь.

Все мои инстинкты требовали обороняться, и я мог бы, будучи крупнее и, несомненно, сильнее Иден, но вместе с лезвием она держала в руках всю власть. Любое резкое движение могло ее спровоцировать, но если она действительно чувствовала хотя бы каплю эмоций, которые я видел в ней весь вечер, тогда, возможно, эта спасительная малость могла помочь мне убедить ее.

― Ты не можешь меня убить. ― Я схватил ее за запястья не грубо, но с достаточной силой, чтобы удержать.

― О, ну я могу, ― вырвалось у Иден. ― И убью, потому что иначе под угрозой окажется моя жизнь, а мне очень нравится быть в мире живых.

― Кто ты? ― недоверчиво спросил я, задумчиво прищурившись.

― Я ― олицетворение смерти, Ксандер, и, возможно, твой худший кошмар. Пусть это будет тебе уроком, что нельзя говорить с незнакомыми людьми, хотя тебе уже можно не беспокоиться, потому что, знаешь ли…

― Нет. Я имел в виду, кто ты? Куда пропала добрая, игривая и сексуальная женщина, которую я встретил в ночном клубе несколько часов назад?

― Она прямо здесь, но это моя работа, способ добыть средства к существованию, и хоть я была искренна в каждом сказанном слове с самого знакомства, я не смогу соврать Скарзи. Он, и глазом не моргнув, убил бы нас обоих, если бы узнал, что по каким-то причинам я тебя отпустила.

― Но зачем посылать тебя? Почему он не смог просто придти и убить меня сам? ― развил я тему, надеясь отвлечь Иден вопросами.

― Потому что Винсент Скарзи больше не пачкает руки.

― И как…как ты попала под его крыло?

― Он дружит с моим отцом, ― отрезала она голосом, лишенным всяческих эмоций, и снова опустила острие ножа на мою грудь.

Она поднималась им все выше и выше, медленно и твердо в одном ритме с моим тяжелым дыханием. Я в панике наблюдал, подмечая, насколько сосредоточена была Иден на том, чтобы провести идеально прямую линию. Чем дальше она заходила, тем прерывистей я дышал, пока не стиснул зубы и не сощурился. Я продолжал надеяться, что мне просто снился своего рода кошмарный сон, от которого можно было вот-вот проснуться. Но спасения не было, и когда Иден твердо сжала пальцами мое горло, я знал, что время истекло. Сколько бы я ни пытался ее разговорить или отвлечь, это не помешало бы ей сделать то, зачем послал ее Скарзи. Иными словами, я был чертовым покойником.

Задрожав в захвате Иден, я сжал ее запястье.

― Иден, ты не можешь так со мной поступить, пожалуйста.

― Я должна, Кси. Мне очень жаль. Просто закрой глаза, задержи дыхание и сосчитай до десяти. Я все сделаю быстро, обещаю.

― Иден. Не делай этого.

― Раз… ― Она еще крепче прижала меня к постели.

― Иден.

― Два…

― Иден, послушай меня, пожалуйста.

― Три…

― Ты выше этого! ― испуганно выпалил я, но она покачала головой, уверенно продолжив.

― Четыре…

― Ты лучше, я знаю, что лучше.

― Пять…

― Иден, ― в отчаянии снова попробовал я.

― Шесть…

― Пожалуйста, ― взмолился я.

― Семь, ― ее голос дрогнул.

― Пожалуйста, не надо.

― Восемь…

― Ты не понимаешь, ― взмолился я дрожащим голосом, и на глаза навернулись непрошеные слезы, пока Иден удерживала мою челюсть, вдавив лезвие в горло.

― Девять…

― Подумай об этом, прошу тебя. ― Я сглотнул, чувствуя небольшую боль. ― Если убьешь меня, у моей мамы никого не останется. Ни души. Она итак через многое прошла. Моя смерть лишь сильнее раздавит ее, а у нее осталось совсем мало времени. Иден, я отдам тебе, что пожелаешь, все, что у меня есть. Это не так много, но…

― Но ты готов на все ради нее, ― тихо закончила она.

― На все, ― кивнул я.

Казалось, время остановилось, пока Иден оценивала меня, и у нее на лице застыло непонятное выражение. Хотел бы я сказать, что видел, как в ее голове проворачивались шестеренки, но нет. Оно было совершенно…пустым.

― Как ты можешь быть таким самоотверженным, даже когда на кону стоит твоя жизнь? ― наконец спросила Иден так тихо, что я едва ее услышал.

― Потому что без нее моя жизнь бессмысленна. Я просто хочу провести рядом с ней то недолгое время, которое у нее осталось…и затем ты можешь убить меня.

― Она больна? ― округлила глаза Иден и, внезапно передвинувшись на мне, свела брови.

― Рак, ― снова кивнул я, переводя взгляд с ее лица на оружие у нее в руке.

― Мне жаль… должно быть, это…

― Сложно, ― усмехнулся я. ― Так и есть. А еще несправедливо.

― По крайней мере, мама любит тебя, Ксандер. ― Иден посмотрела вдаль. ― Моя мать не хотела иметь со мной ничего общего и отдала меня отцу через считанные часы после родов. Полагаю, внебрачный ребенок плохо сказывался на ее распутном образе жизни.

Я не находил слов. Да и, черт возьми, что тут скажешь? Иден только что угрожала лишить меня жизни, и я все еще не мог посочувствовать ей. Мамино время быстро утекало, что угнетало меня так, как не пожелаешь и врагу, но я хотя бы знал ее, чувствовал ее любовь и разделил с ней значительную часть моей жизни. Иден же ничего этого не испытала, и я гадал, могло ли отсутствие материнской ласки стать одним из демонов прошлого, сделавшим ее такой.

― Мне жаль, ― все, что я мог сказать, однако был искренен, не в силах вообразить свое детство без мамы.

― Не стоит, ― покачала головой Иден, встретившись со мной взглядом. ― Я заслужила каждую толику страданий, выпавших на мою долю, и даже больше. Отказ моей матери был кармой, положившей начало тому отчаянию, которое позже в жизни я принесла другим людям.

Я открыл рот, собираясь возразить и сказать, что такого никто не заслуживает, но она прижала палец к моим губам, не дав словам вырваться на свободу.

― Это прошлое, и его не изменишь. Насколько я знаю, родившая меня женщина мертва. Но будущее… ― Иден швырнула лезвие на пол, ― …я изменить могу. Ты не имеешь права умирать, Ксандер. Ты ― хороший человек, а твои намерения еще лучше, и я обещаю тебе, что найду способ разобраться со Скарзи.

От изумления я округлил глаза. И вот я снова видел, как сработал переключатель, что оказалось не менее страшно, чем в первый раз. Страдала ли Иден биполярным расстройством? Шизофренией? Наверняка хоть чем-нибудь…