Я попросил сделать и это я получил.
В данном конкретном случае, его сознание, мягко говоря, глуповато.
Его подсознательные ресурсы, однако, проявили себя несомненно умно.
Итак, я спросил: «Я хочу узнать от вас, так как вы, несомненно, знаете гораздо больше о нем, нежели я, в каком изменении своего поведения он нуждается? „ Ответ, который я получил, звучал так: «он – гомосексуалист“.
«В каком же изменении он нуждается? „ « Он хочет изменить это, так как все это основано на ошибке“.
«Какой ошибке? « Объяснение, которое я получил от него подсознания, заключалось в следующем: самый первый раз, когда он попытался утвердить себя физически, противостоять насилию, он лежал в больнице для удаления гланд, ему было 5 лет. Кто положил ему на лицо эфирную маску, а он старался сорвать ее и продолжал бороться уже тогда, когда находился в состоянии анестезии. Анестезия связалась с чувством злости. После этого, каждый раз, когда он чувствовал злость или испуг, он пытался бороться, но его тело впадало в состояние оцепенения. В результате его сознание решило, что он гомосексуалист. Он жил как гомосексуалист в течении 25 лет.
Его подсознательные ресурсы говорили: «Мы не можем позволить сознанию узнать об этой ошибке, потому что это знание разрушит его.
И я согласился с этим. Ему совершенно не надо было знать, что все его отношения в течении 25 лет были основаны на ошибке. Самое важное для него сейчас – это изменение, т. к. он собирался жениться. Но он не мог жениться на женщине, т. к. знал, что он – гомосексуалист. Его подсознание никак не позволяло ему узнать, что он сделал эту ошибку, так как тогда оказалось бы, что вся его жизнь была основана на ошибке, а такое знание могло окончательно разрушить его. Оно хотело, чтобы у него остались иллюзии того, что он из этого вырос, перерос это – и возникло новое поведение.
Итак, я договорился с его подсознанием, что заставлю его развиваться как гетеросексуальную личность, и это произойдет под влиянием духовного переживания.
Подсознание согласилось со мной, что это в данный момент самый лучший путь. Он изменился, причем гипнотический сеанс был совершенно амнезирован. Он верил, что изменения – результат интенсивного переживания в состоянии приема наркотиков. Он курил марихуану и испытал космические переживания. Он предложил, что все это – результат действия травы, а не постгипнотического внушения. Это было достаточно для того, чтобы совершить изменения, которое он хотел совершить.
Существует много частей личности, которые делают то же самое.
Какая-то часть не хочет, чтобы сознание знало, что происходит, так как убеждена, что оно с этим не справится, и она может быть права или не права. Иногда мне приходилось работать с людьми, у которых была такая часть, которая показывала сознанию что-нибудь на короткий момент, чтобы проверить, может ли в действительности оно с этим справиться.
Обычно, такая часть приходила к выводу, что сознание может принять данную информацию. Иногда же я получал такой эмпатический ответ: «Нет, я ни за что этого не сделаю. Я не позволю сознанию узнать это. Я могу изменить любую поведенческую реакцию, но информировать сознание я не буду». И люди изменялись. В любом случае изменения обычно происходят на уровне подсознания. Только в современной Западноевропейской мысли идея изменения дается эксплицитно.
Если та часть личности Дика сказала бы, что не хочет информировать сознание о своих намерениях, то это нам совершенно не помешало бы продвигаться дальше. Тогда мы бы попросили часть Х прямо пойти к творческой части и получить от нее новый вариант поведения. В сущности, именно информирование сознания ибо все и делает психотерапию такой затяжной.
Я говорю серьезно. А сознание, насколько мне известно, совершенно не важно, если вы не хотите писать книги, в которых моделировалось бы ваше поведение. Если речь идет о коммуникации лицом к лицу, неважно, внутренней или внешней то в сознании вы не нуждаетесь. В данном случае мы существенно ограничили вмешательство сознания Дика приемом и описанием изменений в сигнальной системе, а также задаванием вопросов.
Весьма возможно – и не только возможно, но и полезно для него не знать, каковы же намерения его подсознательной части, каковы же новые выборы. Изменения при этом будут также глубоки и эффективны, как если бы он знал об этом. В сущности, в каком-то отношении изменения в этом случае даже более эффективны.
Мужчина: А что, если бы вы не получили ответа в самом начале? Ну, если вы вообще не получаете ответа, то ваш клиент, по всей вероятности, мертв. Но если он не получает ответа, который бы убедил его, я объединяюсь с его подсознанием и говорю: «Смотрите, эта часть вашей личности не хочет с нами в коммуникацию, я согласен с ней, так как я тоже не хотел бы с вами общаться. Вы еще не поняли, что эта часть сделала для вас что-то жизненно важное. Она делает вам услугу, служит вам, в то время как вы все время проводите в борьбе против ваших собственных внутренних процессов– она же делает для вас что-то полезной.
Я хочу поприветствовать и поблагодарить ее. А вы я думаю, должны ей извинения. Я в буквальном смысле прошу клиента обратиться внутрь себя и попросить у определенной части личности прощения за то, что он все время против нее боролся и затруднял достижение ее целей.
Если это не сработает, вы можете пригрозить клиенту. «Если вы не будете относиться лучше к частям своей личности, я помогу им разрушить вас. Я помогу им наградить вас ужасной головной болью или набрать 80 кг. веса. Действуя таким образом, я обычно получаю действительно хорошую подсознательную коммуникацию. Человек скажет „Ну, я не думаю, что вы действительно правы“, а его голова кивнет в знак согласия со мной.
Женщина: На третьем шаге вы спросили часть личности Дика, к чему она стремиться с помощью стереотипа Х. Обязательно ли делать это, если не важно, знаете ли вы об этом или нет? Нет, просто большинству людей это очень интересно. Если подсознание не хочет раскрывать свои намерения, то я говорю, что-то вроде: «Даже в том случае, если Х является стереотипом, который вы непременно хотите изменить, эта часть вашей личности имеет относительно вас позитивные намерения. Не могли бы вы в это поверить? Заставляя вас делать Х, она старается сделать для вас, как для целостной личности, что-то полезное. Если вы сможете принять это, то давайте оставим содержание не осознанным и скажем: «ОК. Я верю, что у вас – хорошие намерения.