- А почему они не забрали бумажник с деньгами? К тому же рука капитана оказалась под ним, так что если бы они видели часы, то переворачивали тело, а этого не было.
- И из этого ты сделал вывод, что именно Ремизов убил Годованюка?
- Не только. Просто я как-то видел их рядом. Они одного роста, одной комплекции, только Годованюк немного поуже в плечах, вот почему Ремизов не взял джинсовую куртку, она на него не налезла. Ну, а далее все просто: отсутствие отпечатков пальцев по всей комнате, свежевымытый пол с отсутствием следов человека, якобы только что пришедшего с улицы, закрыт только один из трех замков, как раз тот, который можно закрыть снаружи.
- Логично, - признался прокурор, машинально застегивая одну из пуговиц кителя. - И что из этого следует?
- А то, что мы ищем не того человека, - Шелехов поднялся со стула и возбужденно стал ходить по комнате. - Мы ищем бомжа в рваной фуфайке, скрывающегося по подвалам, а на самом деле имеем дело с хорошо одетым человеком.
И он ткнул пальцем в список вещей. Сундеев посмотрел на него с удивлением, в таком азарте он видел молодого следователя в первый раз.
- Ну что ж, надо ехать в управление, - вздохнул прокурор, поднимаясь с кресла и застегивая последнюю пуговицу кителя.
Почти в это же время в аэропорту областного центра ожидали прибытия самолета с юга. Нечая встречали двое, главный финансист Шишкин и Фугас. Оба заметно нервничали. То, что им надо сообщить хозяину, вряд ли его обрадует. Когда от толпы прибывших отделилась троица энских коммивояжеров и направилась к ним, оба встречающих как-то враз по-крестьянски сорвали с головы шапки.
- Как отдохнули, Геннадий Алексеевич, - подобострастно спросил главбух криминального синдиката, пожимая хозяину руку.
- Кабаки они и в Африке кабаки, - буркнул Нечай, с недоумением разглядывая странный состав "почетного караула". - А Рыдя чего не приехал?
- У него, как бы это сказать, большие неприятности, - начал было Шишкин, но
его прервал нервно оглянувшийся по сторонам Фугас.
- Давайте в машине об этом поговорим.
Нечай согласился но, пока ждали багаж и шли к машине, Геннадий чуть не сломал себе голову, размышляя о том, что могло случиться с его первым боевиком. Поток догадок метался от реальных, что Рыдю подстрелили, до фантастических и худших, что Рыдя решил в его отсутствие прибрать власть в городе. Нечай хорошо знал своего "адъютанта" и не мог представить себе Рыдю в такой роли, но чем черт не шутит? Правда оказалась настолько страшной и неожиданной, что Нечай несколько секунд сидел молча, потом тихо спросил.
- Кто?
- Не знаем. Весь город перевернули, и ничего, - ответил Фугас.
- А менты что говорят? - спросил Нечай.
- Говорят, маньяк, - ответил Шишкин.
- Дурачье! - Нечай так разозлился, что сорвал с себя дорогой импортный галстук и забросил его в угол машины, за сиденья. - Маньяк действует в одиночку, он не соображает, что делает, он кромсает в куски, а не вырезает из спины ремни! А вы представляете, чтобы с Серегой кто-нибудь справился в одиночку?
Оба его собеседника отрицательно покачали головами. Нечай вынул из кармана пачку сигарет, нервным движением достал одну, глубоко затянулся и спросил.
- Это все "приятные" новости?
- Нет, - сознался Фугас. - Вчера и сегодня ночью еще двоих наших зарезали. Рыдиных телохранителей, Валеру и Зубка.
- Так же, как Рыдю? - насторожился Нечай.
- Нет, но обоих в подъезде дома, и у обоих горло перерезано.
Нечай замолк и думал всю оставшуюся дорогу. Было похоже, что он наконец столкнулся с тем, чего боялся сильнее всего: с сильным, а главное, невидимым противником.
- Весело вы меня встречаете, нечего сказать, - только и сказал Геннадий, уже подъезжая к городу. И скомандовал. - Рули в контору, разбираться будем.
День прошел бурно. Он вызывал в контору своих братков, ответственных
за районы города, теребил их, расспрашивал о молодых парнях, идущих в рост на их территориях. После осенней войны с "Волчатами" Нечай особенно побаивался этой непредсказуемой молодежи. Он поставил на уши свою агентуру из старых уголовников, но те клялись и божились, что никто, из вернувшихся в последнее время, на такое не способен, так, мелкая сошка. Не принес результатов и опрос закупленных с потрохами ментов. Следствие топталось на месте, ни на шаг не придвинувшись к истине. Уже вечером, замотанный Фугас вдруг вспомнил.
- Да, совсем забыл! Вчера звонил этот, мэр, Спирин.
- Ну!? - поторопил туповатого подручного Нечай.
- Просил позвонить, как приедешь.
Геннадий был готов убить его.
- Ты что, не мог мне раньше сказать?! - сказал он после фейерверка цветистых ругательств. - Про это надо было сказать в первую очередь!
Он быстро набрал номер городской квартиры Спирина, тот ответил сразу.
- Да, Спирин слушает?
- Это я, - негромко сказал Геннадий, благо слышимость была хорошей. Извини, что поздно, но ты просил позвонить.
- Да-да! - Виктор покосился на примостившуюся в кресле Вику, она с интересом листала толстый каталог с цветными фотографиями фресок Ватикана. Книгу Спирин привез из единственной своей зарубежной поездки в Италию, с делегацией мэров области в родственную Перуджу.
- Помнишь, как-то в машине ты предложил мне одно кардинальное решение? Я тогда его отверг, а сейчас назрела необходимость.
Нечаев долго молчал. Виктор уже начал бояться, что тот не понял, о чем идет речь, но собеседник спросил после паузы.
- Ты про художника? Это срочно?
- Да, желательно сегодня.
- Хорошо, сделаем, - пообещал Нечай.
Спирин положил трубку, подошел к девушке. Та подняла на него восторженные глаза.
- Бесподобно! Неужели ты все это видел?
Виктор рассмеялся.
- Ну что ты! Нас таскали по разным муниципалитетам, какие-то больницы для бедных посещали, столовые для бездомных. А хочешь, увидим все это вместе?
- Как это? - удивилась Виктория.
-Я вот думаю, а почему бы нам после свадьбы не махнуть куда-нибудь в свадебное путешествие? Хоть в Италию, хоть на Канары, а? В отпуске я уже три года не был, почему бы не съездить в Рим, не посмотреть, как они празднуют католическое Рождество? На Папу посмотреть? Ты согласна?