Прикусив нижнюю губу, я кивнула, полностью доверяя ему.
Его бедра дернулись вперед, и я вскрикнула, мы оба застонали, когда он полностью проник внутрь. Я забыла, каково это, быть наполненной так чудесно, так полно. Время стерло некоторые детали, но не все. Я никогда не забывала, какие чувства он вызывал у меня, или связь, которую я чувствовала, когда мы были так близки.
Его взгляд смягчился, когда он начал двигаться, скользя туда-сюда, сохраняя зрительный контакт. Я поняла момент, когда он заметил мое откровение, потому что его тело замерло, и он опустил голову, заявляя права на мои губы.
— Ты чувствуешь это.
— Да.
— У нас всегда так, детка. Мы созданы, чтобы быть вместе. — Его слова были дерзкими, но также наполненными теплотой. Мой Джаспер. Грубый и чувствительный. Сильный и заботливый.
Наши тела помнили, как идеально мы подходим друг другу. Одна его рука уперлась в матрас, в то время как другая переплела наши пальцы и сжала. Его бедра погрузились в мои, двигаясь взад и вперед, по мере того как удовольствие нарастало. Он запечатлел поцелуй на моей руке, а затем отпустил мои пальцы, увеличивая темп. Дикая, необузданная потребность взяла верх, и мы оба потерялись друг в друге.
Мой любовник точно знал, как возбудить мое тело и довести меня до завершения. Мои ногти впились в его спину, и он зашипел, двигаясь сильнее и быстрее, когда пот выступил на наших телах.
— Черт, — прошептал он, — Ты мой рай. Мой идеальный кусочек рая.
— Ты тоже мой, — простонала я, находясь так близко к краю, что чуть не упала с него.
— Пойдем со мной.
Его пальцы кружили вокруг моего клитора и дразнили чувствительный пучок нервов, когда я вздрагивала, выпуская адский жар и сдерживаемое сексуальное отрицание. Мое тело затопило его член, и Джаспер зарычал, когда его бедра врезались в мои, загоняя меня глубоко внутрь и вдавливая в матрас. Я никогда не чувствовала ничего более эротичного и опьяняющего.
— Тауни — Крикнул он гортанным тоном, наполняя меня жесткими, последовательными толчками, прежде чем рухнул. Его тело накрыло мое, и я прижала его к себе, надеясь, что этот момент был только первым из многих.
— Я никогда не переставал любить тебя, детка.
Томный, страстный поцелуй прижался к моим губам.
— Нам нужно наверстать упущенное время. Сегодня начинается наша вечность.
Наше навсегда.
— Тогда заставь меня кончить снова, — ответила я, чувствуя, как колотится мое сердце. — Мне нужно больше.
Сексуальная ухмылка появилась на его лице, когда он снова начал двигать бедрами, все еще твердыми как гранит внутри меня.
— Черт возьми, да.
Когда я проснулась на следующий день, на подушке Джаспера лежала роза на длинном стебле. Он написал милую записку, в которой сообщил мне, что ушел в церковь с остальными членами клуба и что найдет меня позже. Рядом с его именем было нарисовано единственное черное сердце. Мое сердце затрепетало, и я закрыла глаза, вспоминая страстную ночь, которую мы разделили.
— Я тоже никогда не переставала любить тебя, — прошептала я, хотя была одна. Я скоро расскажу ему, хотя после прошлой ночи я была уверена, что он уже знал.
После быстрого душа мне удалось проскользнуть в комнату для гостей и переодеться, улыбаясь Зейну, который тихо похрапывал на кровати. Я прошла по коридору и обнаружила, что кухня полна женщин. Это было немного пугающе, но Найла вышла вперед и заключила меня в объятия. Когда она отстранилась, ее улыбка была заразительной.
— Это Тауни, старушка Рейта.
Каждая женщина широко улыбалась, и меня приветствовали с такой теплотой, что я была тронута. Женщина, с которой мне еще предстояло встретиться, продвинулась вперед вместе с Евой. Она прижала ее к груди и обняла меня сбоку.
— Я Наоми. Я так рада познакомиться с тобой, Тауни.
— Наоми! — Я заплакала, взволнованная тем, что мы наконец установили контакт. — Я никогда не думала, что у нас действительно будет шанс поговорить лично.
— Я знаю. Этот маленький человечек, такое благословение. Я так тронута, что Катя захотела, чтобы я ее вырастила.
— Она была сильной женщиной. Я так счастлива, что смогла исполнить ее желание.
Наоми покачала головой, слезы наполнили ее глаза.
— Черт. Я сейчас заплачу.
— Я уже, — всхлипнула Найла, вытирая круги под глазами.
Мы втроем рассмеялись, прежде чем наполнить наши тарелки и сесть вместе за один из столов в обеденном зале. Мое сердце наполнилось еще больше, когда я наблюдала, как эти женщины, многие из которых с татуировками и пирсингом, в скудной одежде, открылись и приняли меня в свой дом. Словами не передать, как много это значит. Я была так одинока последние семнадцать лет. Конечно, у меня были друзья, но это было по-другому.
Мотоклубы были совсем не такими, как я себе представляла. Дух товарищества и любовь, которые я чувствовала между участниками и их женщинами, были не тем, что вы могли бы создать. Он был построен на доверии и прочной дружбе.
— У меня документы об опеке, подписанные для тебя, Тауни. Не дай мне забыть передать их, как только я закончу кормить Еву.
— Конечно.
Мой телефон зазвонил, когда я заканчивала есть, и я извинилась, чтобы ответить на звонок.
— Хиллари! — Воскликнула я, проводя пальцем по экрану, чтобы ответить. — Мне так жаль, что я забыла связаться с тобой.
— Да, лучше бы так и было, — пошутила она, но что-то прозвучало не так.
— Эй, в чем дело?
— Тонна дерьма, милая.
Ого.
— У тебя проблемы?
— Да, и я не знаю, что с этим делать.
— Где ты? Тебе нужна помощь? Деньги?
— Я не знаю, — причитала она, и я была в шоке.
Хиллари никогда так не теряла самообладания.
— Я приду к тебе, — пообещала я.
— Нет необходимости. Я посмотрела адрес ребенка, которого ты привезла.
— Ты здесь? — Спросила я недоверчиво.
Это было немного шокирующе. Подобная информация была частной. У нее могут быть большие неприятности, если ее поймают. Что бы ни было не так, должно быть, это серьезно.
— Я выхожу наружу.
— Пожалуйста, — умоляла она, — прости меня за это.
— Конечно! Мы разберемся с этим, Хиллс.
— Хорошо. — Она повесила трубку, и я выбежала на улицу, беспокоясь за свою подругу. Ее машина подъехала к воротам, когда я приблизилась, поворачиваясь к молодому парню, наблюдающему за воротами.
— Все в порядке. Это моя подруга Хиллари.
Он кивнул, пропуская меня, когда Хиллари вышла, и мы обнялись.
— Мне нужно, чтобы ты пошла со мной. Прямо сейчас.
Как странно.
— Но Зейн…
— Беспокоиться не о чем. Мы должны поторопиться!
Доверяя своей подруге, я забралась в ее машину и закрыла дверь, прежде чем она присоединилась ко мне, и нажала на газ, удаляясь от Перекрестка, как будто адское пламя лизало шины.