Бромар оглянулся. Прервавшись, она отхлебнула из стоящей перед ней миски с супом и, подняв взгляд, подмигнула ему.
- Она добралась сюда незадолго до тебя, - сказал трактирщик. – Сказала, что прослышала о нашем несчастье и решила помочь.
Бромар посмотрел на женщину, которая боком сидела на стуле, закинув одну ногу на другую. Возле её локтя стояла тарелка с супом и кружка эля. Незнакомка отличалась крепким телосложением, а её грудная клетка и плечи выглядели столь же большими, как и у него. У неё был широкий и мужской подбородок, а коричневые волосы были связаны в хвост. Глаза её казались тёмными, словно древесина Черного Вяза.
Ворот её рубахи был развязан, открывая взору священный символ с изображением розы, вызывающе покоящийся в ложбинке между грудей.
Роза росла на поле, которое по краям было испачкано могильной грязью. Священный символ Релвина.
Бромар схватил кружку, которую незадолго до этого чистил трактирщик. Краем уха он услышал, как владелец таверны произнёс: «Я могу наполнить её для тебя, друг», однако его голос показался ему отделённым гулом. Он полностью утратил над собой контроль.
Сжимая ручку кружки, он направился к столу, за которым сидела женщина. От охвативших Бромара эмоций к щекам его прилила кровь, а глаза превратились в щелки. Взглянув ему в лицо, посетители таверны поспешно бросились отодвигать стулья и посуду в сторону, стремясь как можно быстрей убраться с его пути.
- Привет, друг, - произнесла женщина. Она так и не подняла взгляда от еды и поэтому не заметила приближающуюся опасность. - Можешь присоединиться к нам, если не возражаешь против общества служительницы Матери.
- Вовсе нет, - с этими словами Бромар с грохотом обрушил кружку на стол в волоске от локтя незнакомки. Доски надломились. Горожане с криками бросились от них подальше.
Схватив тарелку с горячим супом, женщина выплеснула её содержимое Бромару в лицо. Тот отшатнулся. Она вскочила на ноги и, выхватив из-за пояса кинжал, перепрыгнула через стол, чтобы укрыться за ним.
Рукавом Бромар вытер с лица обжигающую жидкость. Ухватившись за угол стола, он оторвал его от пола. Послышались удивленные восклицания и крики. Напрягшись, он поднял его над головой и отшвырнул в дальний конец зала. Рухнувший стол превратился в груду сломанных досок. Перепрыгнув через обломки, Бромар направился к женщине.
- Назад! – она взмахнула перед собой зажатым в трясущейся руке кинжалом. Бромару он показался не страшней простой палки.
- Воззови к Чонтии о помощи, ты, грязная воровка! – оскалившись, прорычал он. Ещё немного, и они окажутся возле камина, где ей будет некуда отступать.
Когда её колени коснулись окружавшей очаг каменной загородки, женщина вздрогнула.
- Прошу, стой! – взмолилась она.
Протянув руки, чтобы схватить её за шею, Бромар на миг заколебался.
Внезапно раздался звон стекла, и с его плеч посыпались осколки. В глазах у него потемнело от боли.
- Чертовски вовремя, - пробормотала женщина. Её лицо ожесточилось. Припав к полу, она обхватила его за икры и с кряхтением потянула вверх.
Комната перевернулась. Бромар ощутил, что падает. Его голова с силой ударилась о деревянный пол, а воздух вышибло из лёгких. Внезапно ясность мышления и контроль над телом снова вернулись к нему, равно как и осознание того, что, кроме них двоих, здесь было полно перепуганных селян.
Прижав его левую ногу к полу, женщина надавила на колено всем своим весом. Нога вспыхнула болью. Раскинув руки в стороны в знак того, что сдается, Бромар неподвижно замер.
Сзади раздался звук шагов, и в его поле зрения возникла голова хозяина таверны. Рядом с ним стоял его старший сын, сжимая в руке ручку разбитой стеклянной кружки. На лице его был написан страх.
Трактирщик вдавил лезвие топора в шею Бромара.
- Хватит, друг, - процедил он сквозь стиснутые зубы. – Либо ты сейчас же уберешься отсюда подобру-поздорову, либо я раскрою тебе череп, наплевав на последствия.
- Она обманщица! – прохрипел Бромар, закашлявшись, когда холодное тяжелое острие коснулось трахеи. – Она украла это… у него.
- Прошу, не причиняй ему вреда, - попросила женщина. – Только взгляни на него – он провел в пути много дней. Он просто не в себе.
- Он же пытался тебя убить! – воскликнул трактирщик.
- Пытался. Но он знает, что я здесь только для того, чтобы помочь деревне, не так ли, друг? – спросила женщина. Из-за лезвия топора, не дававшего ему двинуться с места, Бромар не мог видеть её лица, однако тон её голоса был мягким, словно она пыталась успокоить расхулиганившегося ребенка. Тем не менее, ногу его она так и не отпустила.
- Релвин поехал сюда, чтобы помочь вашей деревне, - произнёс Бромар, обращаясь к перепуганным горожанам. – Он должен был заняться вашим делом, а не эта незнакомка!
- Но ты сказал, что он умер, - произнёс трактирщик. – И нам ни к чему помощь безумца, который вламывается в таверну и угрожает моим посетителям.
- Будь с ним полегче, Амон. Судя по всему, смерть его друга стала для него сильным ударом, - произнесла женщина. Полные печали слова срывались с её языка, словно жемчужины. – Сегодня ночью я вознесу Чонтии молитву за упокой души Релвина.
- Вот сука! – схватив топор за рукоять, Бромар вслепую пнул её свободной ногой. Он с удовлетворением почувствовал, как она врезалась во что-то мягкое, и услышал полной боли вскрик. Женщина отшатнулась.
Вырвав свое оружие у него из рук, трактирщик с силой вдавил топорище в его щёку.
- Второй раз предупреждать не буду!
- Я был послан сюда из храма Чонтии во Вратах Балдура, чтобы оказать помощь вашей деревне! – воскликнул Бромар. – Клянусь Матерью! – он потянулся к горлу туники, чтобы достать свой священный символ.
Но его пальцы нащупали под тканью лишь покрытую волосками кожу. Символ исчез. В ошеломлении Бромар потянулся к своему кошельку. Его тоже не было.
- Она всё забрала, - он обмяк, признавая своё поражение. Отросшая за время пути щетина терлась о древесину топорища, а от тела его исходил запах пота. Как он выглядел в глазах этих людей, детей Чонтии? Грязный, изможденный и нищий чужак, который без каких-либо причин набросился на мирно сидящую в таверне женщину. Слава богине за то, что его наставник не дожил до того, чтобы это увидеть.
Откуда-то сзади послышалось хныканье младшего сына трактирщика. Грудь Бромара сдавил тугой узел сожаления.
- Позвольте мне встать, - попросил он. – Обещаю, больше я не доставлю вам никаких хлопот.
- Поздновато ты спохватился, - владелец таверны слегка отвел топор в сторону, давая ему возможность подняться на ноги. Бромара замутило, и он присел на стул.
Отойдя на безопасное расстояние, женщина остановилась. Остальные посетители таверны направились к дверям, бросая на него настороженные взгляды. Сыновья Амона принялись разбирать обломки досок и сметать осколки стекла в кучу.
- Когда придешь в себя, я велю мальчикам привести твоих лошадей, - произнёс трактирщик. – Проваливай на все четыре стороны.
Бромар покачал головой.
- Я прибыл сюда, чтобы помочь деревне.
- Думаю, ты сделал уже достаточно, - произнесла женщина успокаивающим материнским голосом.
Проигнорировав её, Бромар обратился к Амону.
- На ваш посёлок по ночам нападает человек в капюшоне. В посланном вами сообщении говорилось, что он очень силён.
Трактирщик медленно кивнул.
- Это происходило уже трижды. Он является сюда в те ночи, когда луна скрывается за облаками или уходит за горизонт, и нападает на всех, кто в этот момент находится на улице, неважно, кто это – ночные стражники или простые горожане. На его счету уже четверо. Мы пробовали издалека обстреливать его из луков, и по крайней мере одному из погибших удалось пронзить его мечом. Это его не остановило. Он всегда возвращается.
- Он не дышит, - произнёс тонкий голосок.
Повернувшись, Бромар взглянул на младшего сына трактирщика, который с неуверенным видом топтался возле камина.
- Что ты имеешь в виду?
- Я видел его, - произнёс мальчик. – Близко видел, когда он проходил мимо таверны. Я слышал шум его шагов, но не уловил звуков дыхания.
- Этой ночью он тоже вернётся, - произнёс Амон.
- В последний раз, - ответила женщина.
Бромар рассмеялся. Амон крутнул в руках топор.
- Ты покинешь это место до того, как это произойдёт.
- Что же она вам наобещала, – спросил Бромар, - в обмен на деньги, которые вы ей заплатите?
- Пожертвование для храма Чонтии – это всё, чего я прошу, - безмятежно произнесла женщина. – Я убью этого человека.
- Что бы ты ни делала, - произнёс Бромар, - этот символ не ответит на твои молитвы. Амон, - добавил он. – Я приношу свои глубочайшие извинения за то, что произошло. Если ты позволишь мне остаться, я сделаю всё возможное, чтобы возместить ущерб, который нанес вашему заведению. Мои деньги были украдены по дороге, - бросив быстрый взгляд на женщину, он поднял покрытые мозолями руки, - однако я могу работать.
- Что думаешь, Милра? – спросил трактирщик, обращаясь к женщине. – Ему можно доверять?
Стараясь не улыбнуться, она притворилась, что внимательно его рассматривает.
- Полагаю, теперь от него не будет проблем, - наконец произнесла Милра. – Он проделал долгий путь, и небольшой отдых под крышей пойдет ему на пользу. Пусть остаётся.
Амон кивнул.
- Ладно. Начинай наводить здесь порядок, а, когда закончишь, отправляйся на кухню. Помоги парням, однако им запрещено выходить наружу, - он повысил голос, чтобы донести своё предупреждение до сыновей.
- Благодарю, - произнес Бромар и направился к младшему мальчику, который собирал обломки досок. Когда он приблизился, ребенок вздрогнул. – Всё в порядке, - с этими словами он приступил к работе.
Закончив уборку, он взял метлу и подмел пол. На протяжении всего этого времени Амон не покидал общую комнату, не сводя с него глаз. Наконец, в последний раз протерев барную стойку, трактирщик направился наверх.