13
ТОБИ
— Что такое? — Спрашиваю я, остановившись возле дома Джоди и заглушив двигатель.
— Я… ммм… — Она озабоченно теребит молнию на своем пальто. — Мне действительно жаль, но не мог бы ты подождать здесь?
Мой подбородок опускается, но я быстро скрываю шок. Не знаю, почему я ожидал, что смогу последовать за ней, но я это сделал.
— Просто моя мама будет дома и…
— Все в порядке, я могу подождать, — мягко говорю я, протягивая руку и беря ее за щеку. — Все что тебе нужно.
Я касаюсь ее губ сладким поцелуем, прежде чем отпустить, зная, что она не поблагодарит меня за то, что я заставил ее задержаться дольше, чем она уже есть.
Ей уже пришлось отправить сообщение своей подруге, чтобы сказать ей, что мы встретимся с ними там.
— Я буду через десять минут, максимум.
— Я буду здесь, Демон, — уверяю я ее.
Мои глаза не отрываются от нее, когда она бежит к входной двери и практически пролетает сквозь нее.
Всего десять секунд спустя в окне вспыхивает свет, и я замечаю выглядывающую темную фигуру — полагаю, ее маму, пытающуюся разглядеть парня, который ее ждет.
Мое сердце подскакивает к горлу, когда я думаю о том факте, что сижу здесь в изготовленном на заказ BMW.
Я понятия не имею, что может знать мама Джоди о ситуации с Джонасом. До этого момента я предполагал, что она понятия не имеет, как и ее дочь. Но по мере того, как тикают секунды, когда она стоит там и смотрит прямо на меня или, по крайней мере, на машину, я понимаю, насколько наивным это могло быть.
Джокер должен был знать, кем был его отец, во что он был вовлечен. В конце концов, Джонас заставил его делать свою грязную работу по преследованию Стеллы. Или он просто был так очарован человеком, который помог его создать, что сделал бы для него все что угодно? Зная Джонаса и его комплекс превосходства, это, безусловно, возможно. Не то, чтобы это сейчас имело большое значение. Не похоже, что я смогу спросить Джокера, как все это произошло на самом деле.
Однако женщина в том доме… Интересно, какие тайны она хранит.
Знает ли она, что она и ее дети составляли лишь половину жизни Джонаса, или она действительно верила в ту чушь, которую он нес, потому что его никогда не было рядом?
Я крепче сжимаю руль, пока костяшки пальцев не побелеют.
Чего бы я только не отдал, чтобы ворваться туда прямо сейчас и потребовать некоторые ответы, раскрыть некоторые истины. Но как бы мне этого ни хотелось, это не поможет в моих поисках. Рассказать его скорбящей семье правду не причинит ему достаточной боли.
Мои глаза все еще прикованы к темной фигуре в окне, когда мой телефон прорезает тишину, и у меня перехватывает дыхание, прежде чем я тянусь к нему.
— Да, — рявкаю я, ответив на звонок Нико.
— Вытащи свой член из Джоди. Нас вызвали.
— Ты издеваешься надо мной?
— Неа, к сожалению, здесь ни хрена нет. Босс хочет, чтобы мы были в Ловелле. Судя по всему, начинается чертовщина.
— И это наша гребаная проблема, почему?
— Просто выполняю приказ, чувак. А теперь пошевеливайся, ладно?
— Блядь, — рявкаю я. — Я буду через пятнадцать минут. Подожди меня, ладно?
— Конечно. Будь джентльменом и убедись, что она кончит, прежде чем ты уйдешь.
— Ник, я не— Раздается гудок, говорящий мне, что он прервал звонок после этого маленького совета. — Черт возьми, это было бы неплохо, — бормочу я себе под нос.
Джоди открывает дверь меньше чем через две секунды. Ее цветочные духи ударяют мне в нос, и у меня слюнки текут. На ней сапоги до колен на каблуках, которые подчеркивают ее подтянутые ноги. Ее пальто скрывает то, что на ней надето, но я знаю, что оно короткое. Достаточно короткое, чтобы свести меня с ума от желания и усилить мое разочарование из-за того факта, что мне придется отказаться от нашей ночи.
— Мне очень жаль, но я не могу пойти на ужин, — признаюсь я, прежде чем слишком потеряюсь в ней и вместо этого откажусь выполнять приказы босса.
— Перспектива встречи с друзьями настолько пугает, да? — Дразнит она.
— Меня вызвали на работу, — честно говорю я.
— О-о… хорошо?
Я выезжаю на дорогу с намерением подвезти ее до ресторана, прежде чем отправиться домой, чтобы встретиться с Нико.
— Что? — Спрашиваю я, когда ее внимание заставляет мое лицо гореть.
— Ничего, — говорит она, и когда я оглядываюсь, то вижу, что она хмурится.
Я поднимаю бровь, побуждая ее сказать больше.
— Я просто предположила, что у тебя нет работы.
— Это правда? — Спрашиваю я, мое сердце бешено колотится от подтверждения, в котором я нуждался, что она понятия не имеет, кто я такой и с кем я связан.
— Ты ездишь на заказном BMW, который, вероятно, стоит миллиард фунтов стерлингов.
— Ты думала, что мой папочка платит за все, а?
Она съеживается рядом со мной. — Прости, это было действительно осуждающе с моей стороны.
— Ты не совсем неправа. Папа купил мне эту машину. Но не потому, что я его драгоценный маленький принц или что-то в этом роде, уверяю тебя. — По правде говоря, он заказал это для меня после того, как обнаружил, что я не подчиняюсь его приказам, позволив моей тете увидеться с мамой, и он запер меня в нашем подвале дольше, чем я хочу признавать.
По какой-то ебанутой причине он, казалось, думал, что покупка мне этой возмутительно дорогой машины смягчит удар его наказания. Гребаная пизда.
— Вы с отцом не ладите? — Спрашивает она.
— Это сложно, — ворчу я.
— Я думаю, что это довольно стандартно для семей, не так ли?
— Из моего опыта, да. Хотя моя история особенно запутанная.
— Ой? — Говорит она, явно надеясь, что я дам ей что-то еще.
— Я бы не хотел испортить тебе ночь правдой. Может быть, однажды я поделюсь.
— Я здесь, если ты хочешь поговорить об этом, — предлагает она, сжимая мое бедро для поддержки.
Я смотрю на нее и улыбаюсь беспокойству на ее лице.
Если бы она только знала правду. Если бы она только знала, что ее семья была еще более испорченной, чем я уверен, она могла себе представить.
— А как насчет твоего отца? — Спрашиваю я, более чем любопытствуя о нем, видя, что он, кажется, не существует.
Она делает долгий вдох. — Не имею представления. Моя мама и отчим расстались после рождения моего брата. Она некоторое время встречалась с другим, и от него она забеременела. Это закончилось, и мама с папой снова сошлись, разобрались со своим дерьмом, и он воспитал меня как свою.
— Это было великодушно с его стороны, — выдавливаю я сквозь стиснутые зубы.
— Он был хорошим парнем.
Как, черт возьми, мне удается сдерживать свою реакцию на это заявление, я не знаю.
Мои пальцы начинают сводить судорогой на руле, я так крепко держу его, и я не могу не надеяться, что то, за что нас отправляют в Ловелл, связано с каким-нибудь гребаным насилием. Мне бы действительно не помешало прямо сейчас выплеснуть часть своего гнева на лицо какой-нибудь сучки.
— Вот тут хорошо. Я могу пройти оставшуюся часть пути, — говорит она, совершенно не обращая внимания на ярость, бушующую во мне, как буря.
Нуждаясь вытащить ее из машины, пока я не показал свою руку слишком рано, я в последнюю минуту сворачиваю в узкое пространство и убираю пальцы с руля.
— Тоби? — Спрашивает Джоди, ясно видя сквозь надетую мной маску. — Все в порядке?
Глубоко вздохнув, я пытаюсь обуздать ярость, которая вот-вот выльется из моего лица.
— Ага, — говорю я, выдавливая из себя улыбку и поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее. — Меня просто раздражает, что я должен оставить тебя. Я надеялся провести ночь вместе.
— Что ты делаешь завтра вечером? — С надеждой спрашивает она.
Наклонившись над консолью, я обхватываю рукой ее шею сзади и притягиваю ближе.
— Я проведу с тобой всю ночь, — говорю я ей, касаясь губами ее губ, жаждая облегчения, которое она приносит мне от постоянной жгучей потребности мести, которая живет во мне. — Ты снова заканчиваешь в семь?
— Да, — подтверждает она, ее горячее дыхание касается моих губ, заставляя их покалывать от потребности заявить на нее права.
— Я заберу тебя. Собери сумку на ночь. Ты не пойдешь домой.
Мне не нужно смотреть, чтобы увидеть, что ее губы растянулись в улыбке.
— У меня выходной в пятницу.
— Тогда, может быть, у меня тоже будет выходной. Я уверен, что мы сможем найти занятие поинтереснее.
— Звучит как план, — соглашается она.
Я, наконец, сокращаю последний кусок пространства между нами, когда мой телефон начинает звонить через динамики, за три секунды до того, как он автоматически отвечает за меня, но я слишком погружен в наш поцелуй, чтобы говорить.
— Тобес, ты там?
— Угу, — бормочу я.
— Где ты, черт возьми? Мы ждем.
— Черт возьми, — стону я, отстраняясь от поцелуя Джоди.
— Я пойду, — быстро говорит она. — Увидимся завтра вечером, да?
— Не могу дождаться.
Не то чтобы я действительно ожидал, что он это сделает, но Тео не ждет, пока Джоди выйдет из машины, чтобы разобраться в ситуации.
— Ты грязный пес, Тобиас. У тебя есть девушка, о которой никто из нас не знает.
Смех Джоди разносится по воздуху, прежде чем она захлопывает дверь, оставляя меня с самодовольным голосом Тео.
— Она никто. Я уже возвращаюсь. Я буду через пять минут.
Я выворачиваю руль и выжимаю газ с того места, на которое заехал, заставляя какого-то водителя позади меня посигналить.
— Ты был в гребаной миле от меня, — рявкаю я, наконец, в состоянии изгнать часть гнева, который вызвал во мне разговор о Джонасе.
— Никто , с кем ты снова увидишься завтра вечером? И чье лицо ты нагло отсасывал, когда отвечал?
— Разве у тебя нет более насущной проблемы, которую нужно решить прямо сейчас? — Огрызаюсь я.
— Нет, просто жду тебя, чтобы мы могли пойти на вечеринку в стиле Ловелл.
— Подожди… Что?
— Босс отправляет нас на их гребаный склад.
— Какого хрена туда лезть?
— Чтобы помочь сохранить мир. Они ждут неприятностей.
— Отлично, — бормочу я, хотя не могу отрицать, что пламя, горящее в моем желудке, не становится все горячее и горячее с каждой минутой.
Быть в эпицентре войны Волков может быть именно тем, что мне нужно сегодня вечером.