Кенходэн усмехнулся, разливая чай в металлические чашки, и они присели на корточки, с благодарностью потягивая горячий горький чай горцев Ист-Уолл.
- Который сейчас час? - наконец спросил Кенходэн.
- Примерно смена утренней стражи, - ответил Базел. - Мы неплохо провели время - полагаю, мы прошли более десяти лиг. Что ни говори о Фрэйденхелме, он разбирается в лошадях, и не так уж сильно ошибался в отношении Глэмхэндро.
- Тогда могли бы мы разбить лагерь здесь?
- Нет. - Базел шумно отхлебнул и покачал головой. - Думаю, нам лучше еще немного отдохнуть, а потом двигаться дальше. Они будут преследовать нас, и хотя они не преодолеют большого расстояния, они также отстают не на много часов.
- Почему?
- Потому что друг Фрэйденхелм хотел послать их за нами, парень, чтобы спасти свою шкуру. Нет, не то, что он не сделал бы этого за плату, в любом случае. Он хотел подслушать нас, и его единственный шанс - и то не очень хороший - это рассказать им все, что он может.
- Я думал, ты сказал, что он больше не сможет причинить вреда!
- И я так и сделал, потому что хотел, чтобы он думал, что я так думаю. Я надеюсь сбить братьев-псов с пути истинного, а смертельно трудно сбить кого-то с пути истинного, если они знают, куда ты пошел.
- Тогда почему бы не пойти на юг, если он послал их на восток? Мы могли их запутать!
- Этого с нами не случилось бы. Если бы мы пошли через Саут-Уолл, как ты думаешь, сколько времени им потребовалось бы, чтобы понять именно это? Мы не стремимся быть самой трудной группой, чтобы люди не обратили на нас внимание, а у Черниона репутация лучшего наемного убийцы в Норфрессе - не из тех, кто убегает по наущению таких, как Фрэйденхелм! Нет, Чернион из тех, кто знает свое дело так же хорошо, как я свое. Он наверняка проверил все ворота, чтобы быть уверенным, потому что он тоже не из тех, кто оставляет что-либо на волю случая. Я сомневаюсь, что ему потребовалось так много времени, чтобы проверить, но я был бы удивлен, если бы он смог отправить гонцов ко всем воротам гораздо меньше, чем за час. Итак, мы хотим вырваться так далеко вперед, и может быть - хотя я бы на это не рассчитывал! - что он хочет поверить, что мы действительно направляемся в Морфинтан.
- Ну, мы туда и идем. - Кенходэн сделал обвиняющую паузу. - Не так ли?
- Парень, бог войны любит правду, но он также из тех, кто любит хитрый ум. На самом деле, если коротко, - зубы Базела сверкнули, - нет.
- Тогда куда, во имя Фробуса, мы направляемся? - Кенходэн вскочил на ноги, пораженный взрывающимся в нем гневом. - У тебя с этим волшебником, похоже, есть средство общения, недоступное простым смертным! Должен ли я советоваться с птицами, чтобы предсказать наше будущее - когда я смогу найти каких-нибудь птиц в этом проклятом Чемалкой климате? Мы всю ночь скакали изо всех сил, а ты даже не счел нужным сказать мне, куда мы на самом деле направляемся?!
Он не мог видеть себя, но его товарищи могли, и он больше не выглядел как обеспокоенный молодой человек без собственного прошлого, потому что та внутренняя властность, которую он уже обнаружил в себе, поднялась на поверхность. Его зеленые глаза были жесткими, челюсть напряженной, а выражение лица было как у человека, привыкшего командовать, а не подчиняться. Волшебник и градани переглянулись, а затем Базел пожал плечами.
- Мне жаль, парень, - спокойно сказал он. - В мои намерения не входило вводить тебя в заблуждение, но ты имеешь на это право - мы с Венситом слишком хорошо знаем друг друга. Мы не так уж часто обсуждаем наши планы, потому что у нас есть привычка, что каждый знает мысли другого до того, как он их обдумает. Возможно, потому, что мы чувствуем себя с тобой слишком комфортно, чтобы помнить, что ты новичок.
- Ну, я новичок, - наполовину огрызнулся Кенходэн и почувствовал, как на его лице появилось смущение от собственной реакции. Он сердито ткнул носком сапога в размокший дерн и сердито посмотрел на них. - Я могу согласиться с тем, что ты не можешь обсуждать мое прошлое, но ты, черт возьми, вполне можешь обсуждать будущее! И ты можешь начать с того, почему мы отмораживаем свои задницы под дождем у черта на куличках, как деревенские недоумки, ожидающие, когда наемные убийцы воткнут ножи нам в спины!
- Ну вот, наконец-то разумный довод.
Смешок Базела разрядил напряжение - и гнев Кенходэна. Он внезапно смутился от своих слов и снова опустился на стул, потянувшись за своей чашкой.
- Прости, - пробормотал он. - Наверное, я слишком чувствителен, но я чувствую себя таким чертовски беспомощным. Таким... таким неосведомленным. И мне так много нужно знать!
- Венсит, - сказал Базел более серьезно, - парень прав в этом. И теперь, когда я вообще думаю об этом, я удивлен, что он был терпелив с нами так долго.
- Ты прав, - согласился Венсит, затем повернулся к Кенходэну. - У тебя есть основания чувствовать себя использованным - не в последнюю очередь потому, что ты понимаешь, что я знаю о тебе больше, чем могу тебе сказать, - и ты, безусловно, имеешь право знать все, что мы можем тебе сказать. Пожалуйста, поверь, что мы оставили тебя в неведении по недомыслию и поспешности, а не намеренно.
Кенходэн кивнул, довольный их реакцией, но смущенный своей собственной. Он знал, что отчасти это было разочарование, смешанное с усталостью и немалым страхом, но он также знал, что за этим было нечто большее. В этом гневе было больше, чем след ярости, которую он испытывал на "Повелительнице волн", и это беспокоило его. Это был не тот вид убийственной ярости... но и не совсем отличался от нее, и эта мысль испарила последние угольки его гнева, вместо этого оставив его потрясенным и холодным. Получил ли он свою долю Ража градани? И если да, то что это говорит о нем?
Он глубоко вздохнул и стиснул зубы. То, кем он был, имело меньшее значение, чем то, кем он был сейчас. Это было необходимо. Он не мог отменить свое прошлое, даже если бы знал, что это было, но то, что вызвало его ярость, было внутри него. Он не мог изменить того, кем он был, по крайней мере, он мог контролировать то, кем он мог бы стать, и он будет контролировать это. Он должен.
- Прости, - повторил он более естественно, - но я действительно хочу знать, что мы делаем, так что скажи мне, пожалуйста. По крайней мере, - его губы изогнулись в кривой улыбке, - пока мое мышление не сравняется с твоим.
- Так-то лучше! - Базел крепко сжал его предплечья. - Да, и этот старый заклинатель тоже хочет говорить за меня. Дело не в том, что мы тебя недооцениваем, но иногда мы забываем, понимаешь? Прости нас.
- Не заставляй меня чувствовать себя виноватым, ты, болван! Ты начнешь все сначала!
- Скажи ему, Базел! - рассмеялся Венсит. - Поскольку ты ценишь наши жизни, скажи ему!
Кенходэн удивил самого себя ответным взрывом смеха, и смешки его товарищей стерли последнее напряжение, как будто Венсит использовал заклинание.
- Да, тогда я так и сделаю, - согласился Базел и опустился на колени, когда луна мигнула сквозь случайную дыру в облаках. Он разровнял участок земли и положил на него камешек.
- Этот камешек стал Коруном, Кенходэн. Эта линия - Южная дорога, - он сделал пометку кончиком пальца, - а это Восточная дорога. - Он ткнул большим пальцем в сторону скрытой туманом главной дороги. - Эта линия - главная дорога к Морфинтану, - продолжил он, рисуя еще одну линию с севера на юг, чтобы обозначить восточный конец Восточной дороги. - Если бы мы направлялись прямо к главной дороге Морфинтана, мы бы свернули вот сюда, - он ткнул указательным пальцем, - в Лосун, а там прямо на юг, мы могли бы повернуть на Синдор. Но это означало бы пройти более длинный путь. Это займет у нас много лиг пути - нет, я бы не был так уж недоволен этим, если бы это случилось после того, как мы избавились от братьев-псов. Только я думаю, что это вряд ли произойдет.
- Но это не так уж плохо, потому что мы хотим знать, что этого не произойдет, так что...
Он сделал еще несколько линий.
- Эта стала Уайт-Уотер, а эта другая линия - Сноуборн - река от Ист-Уолл, которая впадает в Уайтуотер примерно в пяти лигах от этого самого места ... здесь. Восточная дорога начинается после пересечения Сноуборна по мосту Илохам, затем проходит еще семьдесят лиг до главной дороги на Морфинтан.
- Хорошо, - сказал Кенходэн, когда Базел остановился и поднял глаза. - Я вижу, где мы находимся, но не понимаю, почему мы здесь.
- Что касается этого, - сказал Базел, садясь на корточки, - ответ находится на мосту короля-императора Илохама. Прямо на его западном конце есть тропа, которая ответвляется, следуя за Сноуборном лигу или две, прежде чем повернуть обратно на юго-запад через лес Хев, чтобы присоединиться к Южной дороге в сотне лиг к югу от Коруна.
- И мы пойдем по этой тропе, не так ли?
- Да, и произойдет одна из двух вещей. Если братья-псы поймают след, или если они хотят его разгадать, то, скорее всего, они последуют за нами. Если они не стремятся узнать или угадать, я думаю, они продолжат путь на восток за призраками и ветром. В любом случае, мы выйдем к лучшему.
- Я могу видеть, где мы выйдем вперед, если они потеряют нас, но не окажемся ли мы все в том же положении, если они последуют за нами по следу?
- Нет. Во-первых, я нисколько не сомневаюсь, что наши лошади - даже вьючные животные - лучше, чем у них. Может, Фрэйденхелм вор и предатель, но он мастерски разбирается в лошадях, и эти лучшие, что мы у него взяли. Маловероятно, что братья-псы смогут сравниться с нами, и на пересеченной местности они не найдут новых лошадей, когда их собственные кони выйдут из строя. Однако, придерживаясь дорог, они будут нанимать или покупать свежих на каждой почтовой станции. Это то, чего мы не можем сделать, если только мы не хотим отказаться от лошадей, которые у нас есть - кроме скакуна, конечно, - а этого я бы не стал делать, когда все скорпионы Шарны кусают меня за зад. Но на пересеченной местности мы покажем им наши пятки, если только не случится, что у них будет много запасных коней.