Изменить стиль страницы

— Я знаю, — ответил он, глядя на нее потемневшими глазами. — Но я думал, ты никогда в этом не признаешься. Скажи мне это тысячу раз, но мне все равно будет мало.

— Проверим?

— Сейчас не самый подходящий момент.

— Ага, ты предпочитаешь доказательства другого рода?

— Возможно. — Он наклонился и прикусил другой изумруд, но тут же выплюнул его. — Безобразно твердый. Пожалуй, не стоило этого делать.

Пилар одарила Рефухио страстным взглядом. Она подняла несколько изумрудов, на которые налипли песчинки, тщательно протерла их краешком простыни. Затем потянулась к столику, стоящему возле кровати, и задула горевшую на нем свечу.

Потом, в темноте, откинувшись на подушки, она нежно проворковала:

— Ну почему же не стоило?

АВТОРСКИЙ КОММЕНТАРИЙ

За свою жизнь мне ни разу не удалось побывать в Гаване, должна в этом признаться. Как раз туда я охотно поехала бы (кое-куда меня не затащишь под страхом смертной казни), но политика есть политика, и у меня не хватило мужества забраться так далеко во время своих исследований. Но я, конечно же, съездила в Испанию,

Сан-Антонио, Новый Орлеан, прежде чем сесть и написать «Испанскую серенаду». По правде говоря, замысел книги возник благодаря тем незабываемым впечатлениям, которые остались у меня после туристической поездки по Испании в 1985 году. Этого романа не было бы, если бы я не удовлетворяла свое любопытство, заглядывая в каждый патио, каждый собор и деревенскую гостиницу в Испании или в каждую миссию, музей и маленький ресторанчик в Сан-Антонио. Пользуясь тем случаем, хочу выразить горячую благодарность моей ближайшей подруге Сью Андерсон, которая заставила меня забыть о моем слепом преклонении перед французской историей и культурой и обратила мое внимание на яркое, славное прошлое старушки Испании и, больше того, составила мне компанию, когда я решила с этим прошлым познакомиться.

Насколько я знаю, на свете никогда не существовало благородного разбойника, известного в Испании под именем Льва Андалузских холмов, не существовало и женщины по имени Венера де ла Торре. Все прочие персонажи книги тоже вымышлены, за исключением короля Карлоса III Испанского, губернатора Миро, казначея Нуньеса из Нового Орлеана и губернатора Пачеко из Сан-Антонио.

Великий пожар 1788 года, почти стерший с лица земли Новый Орлеан, описан очень близко к истине. Все началось с того, что занялся кружевной покров на алтаре в маленькой домашней часовне, принадлежавшей семье казначея Нуньеса. Сильный южный ветер способствовал распространению огня по всему городу. Затем взорвались пороховые склады. Пожар мог бы нанести гораздо меньший ущерб, если бы по случаю религиозного праздника, Страстной пятницы, не молчали церковные колокола, хотя они должны были бы бить тревогу. Все прочие события, описанные в книге, — плод моего воображения.

Чтобы описать места действия моего романа, я пользовалась огромным количеством специальной литературы. Это «Испания, корень и цветок» Джона А. Кроу, которая очень помогла мне воссоздать местный колорит и дать небольшой обзор истории Испании, а также позволила получить представление в целом о характере этой страны и ее жителей. Созданию образов и передаче атмосферы эпохи в большой степени способствовали «Легенды Альгамбры» Вашингтона Ирвинга. Сведения о Гаване я почерпнула в энциклопедии Британника, географического атласа, а также из старых путеводителей по Кубе. Кроме того, этим летом, по счастливому совпадению, которые часто имеют огромное значение для нас, писателей, журнал «Национальная география» опубликовал специальную статью о Гаване старых времен, снабженную иллюстрациями, на которых были изображены старинные постройки, и картой города, каким он был на заре своей жизни. Новая информация дала мне те необходимые впечатления, которые не могли дать сухие научные описания.

В большей части моих романов действие происходит в Новом Орлеане, так что иногда я чувствую себя так, будто у меня есть своя маленькая Луизиана, прямо в моем кабинете-библиотеке, за которой я наблюдаю с приставной лесенки возле книжного шкафа. Я достаю книги одну за другой и снова ставлю их обратно, почитывая что-то в одной, что-то в другой, и дело будто бы движется, но так сумбурно и непродуманно, что я никогда не в состоянии перечислить все книги, которыми пользовалась при создании того или иного романа. Пожалуй, главными пособиями для меня все же являются удивительно толковые «Луизиана, история в рассказах» Эдвина Эдамса Дэвидса и «Новый Орлеан, иллюстрированная история» Леонарда Хьюбера.

Список литературы, который использовался при написании страниц, посвященных Сан-Антонио, включает «Северные рубежи Новой Испании. Очерки об испанских владениях на западе Америки, 1540—1821 гг.» Дэвида Дж. Уэбера; «Королевские подарки. Испанские земельные наделы в верховьях Рио-Гранде» Виктора Уэстфалла; «Период завоеваний» Эдварда X. Спайсера; «Одинокая звезда. История Техаса» Т. Р. Ференбаха; «Город и время. Иллюстрированные описания Сан-Антонио в разные эпохи» Дэвида Мак-Лимара; «Река Сан-Антонио» Мэри Энн Нунан-Герра и «Индейские войны» Роберта М. Атли и Уилкомба Е. Уошберна. Я также очень признательна исследовательнице из Хьюстона Линде Хардкэстл, которая помогла мне узнать имя и судьбу губернатора Новой Испании летом 1788 года и прояснила для меня некоторые другие вопросы.

Наконец, я особо хочу поблагодарить Линии Мерфи из Эдмонда, Оклахома, которая больше известна как создательница книг-вестернов Джорджина Джентри, сообщившую мне испанское название полевых цветов, которые в Техасе именуют «голубая шляпка», и потратившую массу времени на интересную и содержательную телефонную беседу об обычаях индейских степных племен. Но самое большое мое спасибо ей за то, что она поддержала старые добрые традиции сотрудничества между писателями.

Дженнифер Блейк Август, 1989 г.