Он что-то бормочет и закрывает глаза. Похоже, адреналин не помогает.
Я снова даю ему пощечину.
— Я спрашиваю, кто такой Арбен?
— Водитель.
Один из тех, кого я подстрелил. Черт.
— Что они хотели, чтобы ты сделал?
— Убить человека с повязкой на глазу. — Он смотрит на меня и вздрагивает. — Это была просто работа.
— А что насчет женщины?
— Парень сказал, что она не важна.
Не важна. Я делаю глубокий вдох, пытаясь удержать себя от того, чтобы убить его прямо сейчас.
— Что-нибудь еще?
— Н-н-нет.
— Ты знаешь, как выглядел человек, который встречался с Арбеном?
— Нет. — Его голос едва слышен.
Черт. Я встаю и достаю пистолет из кобуры под пиджаком.
— Не важно, — говорю я и стреляю ему в голову.
Повернувшись к Денису, я пригвоздил его взглядом.
— Смотри, чтобы в следующий раз ты не опоздал, Денис.
Он отступает на шаг.
— Конечно, босс.
— Хорошо. Приберись здесь.
![img_2.png](https://litlife.club/storage/377/403/_ba/img_2.png)
Уже почти полночь, и я начинаю беспокоиться. Где Михаил?
Дождавшись, когда Лена уснет, я пошла на кухню, чтобы навести порядок, а потом быстро приняла душ, ожидая, что он вернется к тому времени, когда закончу. Что-то случилось?
Я беру одну из его футболок, которую украла, и надеваю ее. Я заканчиваю заплетать волосы, когда чувствую грубые ладони, накрывающие мои руки. Я отпускаю пряди, и мои волосы рассыпаются, когда смотрю на отражение Михаила в зеркале. Он стоит позади меня и снова делит мои волосы на три части, а затем начинает заплетать косу. Его движения могут быть немного неуклюжими, но похоже, что он знает, что делает.
— Моя сестра всегда просила меня заплетать ей волосы, когда нашей мамы не было рядом, — говорит он, не глядя мне в глаза, и в этой фразе столько боли, что она пронзает меня до самого сердца.
— Оксана была глухой от рождения. Она была старше меня на четыре года, поэтому я выучил язык жестов раньше, чем научился читать.
Он говорит в прошедшем времени, и по тону его голоса...можно понять, что с его сестрой случилось что-то плохое. Михаил поднимает голову, и наши взгляды встречаются в зеркале. У него такой затравленный взгляд, и я точно знаю, что произошедшее гораздо хуже, чем я могу себе представить.
Я беру из шкафа резинку для волос, протягиваю ее Михаилу и жду, пока он закрепит косу.
— Боюсь, не самая лучшая моя работа. — Он вздыхает. — Возможно, ты захочешь переплестись.
— Она идеальна, — жестом говорю я, глядя в зеркало.
Михаил кладет руки мне на бедра, поворачивает меня к себе и проводит пальцем по моему лицу.
— Прости.
Я вздыхаю, тяну его за руку, пока он не сгибается, и целую его в губы.
— Я прощен?
«Еще нет. Для этого тебе придется еще потрудиться.»
Он приподнимает левую бровь, и слегка улыбается.
— Что ты имеешь в виду? Какую-то ручную работу?
«Да.» Я улыбаюсь и начинаю расстегивать пуговицы на его рубашке.
Я чувствую его руки на моем животе, Михаил поднимает их и задирает мою футболку.
— Тогда мне лучше начать.
Он стягивает с меня футболку через голову, снимает трусики и поворачивает меня лицом к зеркалу. Я смотрю на наши отражения - я полностью обнаженная, а он стоит позади меня в черной рубашке и брюках. Михаил целует меня в шею, одновременно медленно спуская руки с моей талии, по бедрам и ниже.
— Я хочу, чтобы ты увидела, — он скользит правой рукой еще ниже, между моих ног, — как ты прекрасна, когда кончаешь.
Он проводит пальцами по моей киске, одновременно покусывая мое плечо, заставляя меня вздрагивать от совместных ощущений. Один палец вводит в меня, и я хватаюсь за его предплечье, прижимаясь к его руке. Видеть себя в таком виде, когда он так интимно прикасается ко мне, будучи полностью одетым, — за гранью дозволенного.
Он обводит пальцем клитор, а затем нажимает на точку над ним. С моих губ срывается тихий стон, и я закрываю глаза, наслаждаясь ощущениями.
— Смотри в зеркало, Бьянка. Или я остановлюсь.
Я мгновенно открываю глаза.
— Хорошая девочка.
Я не могу оторвать взгляд от сцены в зеркале. Михаил прижимается ко мне, его руки между моих ног, а губами прочерчивают линию поцелуев на моем плече. Он ввел еще один палец, а другой рукой он начинает дразнить клитор, меняя темп с медленного на быстрый, затем снова на медленный, вызывая у меня сильную дрожь.
— Кончи для меня, мой ягненок, — шепчет он мне на ухо и загибает пальцы внутри меня, надавливая на клитор, и я взрываюсь.
Дрожь, настолько сильна, что я не могу удержать себя в вертикальном положении, поэтому я хватаюсь обеими руками за его предплечье и смотрю на отражение Михаила. Спокойный. Ни один волос не выбился из прически. Смотрит прямо мне в глаза. Злой, коварный человек. Молчаливые типы всегда самые опасные.