Глава 4.
Не Мой Осел!
Прочитав сообщения в ванной, я пытаюсь прокрасться обратно в спальню, планируя спрятаться там до тех пор, пока не придет время идти к Вив на ужин. К сожалению, как только я возвращаюсь в свою комнату, Кентон стучит в дверь.
Я думаю о том, чтобы не отвечать, но не хочу быть вредной после того, как он так очевидно заботился обо мне прошлой ночью. Как только приглашаю его войти, он распахивает дверь, держа в одной руке чашку кофе, а в другой — рогалик. Я не знаю, как реагировать на этот милый жест. С первого дня нашего знакомства, все было как на американских горках, а я не из тех, кто любит парки развлечений.
— Я хочу, чтобы ты попробовала что-нибудь съесть, — говорит он, обходя кровать.
— Спасибо, и спасибо, что позаботился обо мне прошлой ночью, — говорю я, забирая кофе из его рук, и он кладет рогалик на тумбочку.
— Как твоя голова?
— Лучше. Спасибо за Тайленол.
— Не за что.
Легкая улыбка, которой он меня одаривает, привлекает взгляд к его губам. Я смотрю на его лицо, на щетину на подбородке, на то, как его волосы касаются воротника рубашки.
— Тебе нужно побриться, — выпаливаю я и отворачиваюсь, но взгляд возвращается к нему, когда его смех достигает моих ушей.
— Ты так думаешь? — спрашивает он, потирая рукой подбородок. Я хочу наклониться вперед и прикоснуться к его лицу, чтобы увидеть, как он ощущается на моей коже. — Тебе может понравиться, — бормочет он, опустив глаза на мои бедра.
Я не знаю, думает ли он о том же, о чем и я, но при мысли о грубой щетине на его подбородке, плавно скользящей по внутренней стороне моих бедер, у меня трясутся руки.
— Ешь. Мы выходим через пару часов. Мне нужно позаботиться еще об одной вещи, надо зайти ко мне в кабинет, — говорит он, и голос звучит глубже, чем раньше.
Я киваю, не в силах вымолвить ни слова. У меня такое чувство, что любые слова, которые сейчас могут сорваться с моих губ, все равно будут бессвязными.
Он снова смотрит на меня, потом встает и качает головой. Я наблюдаю, как он идет к двери спальни, останавливается на пороге, чтобы посмотреть на меня через плечо, прежде чем дважды постучать по косяку, и затем выходит из комнаты. Я глубоко вздыхаю, гадая, что же мне теперь делать. Меня тянет к нему. Он пугает меня до чертиков. Со мной никогда не было такого, и я не знаю, что делать с тем хаосом, в котором прибывают мои эмоции.
***
— Ты в порядке? — спрашивает Кентон, и я перевожу взгляд с дома перед нами на него и киваю, перед тем как открыть дверь его машины. — Подожди, пока я не открою, — говорит он, вытаскивая свое крупное тело из-за водительского сиденья.
Я смотрю, как он подходит к пассажирской двери. Мне нравится наблюдать, как он двигается. Он напоминает мне льва или медведя, его движения плавны, даже учитывая его большую массу.
Он открывает мою дверь, и я выхожу, провожу потными ладонями по шортам. Как только я закрываю дверцу машины, он кладет руку мне на поясницу и ведет на крыльцо. Он не стучит и не звонит, а просто открывает сетчатую дверь и ведет нас в дом.
У входной двери я торможу. Я не сказала Вив, что Кентон привезет меня, и не хочу, чтобы она считала меня невежливой, пусть даже они и семья.
— Что случилось? — спрашивает он, брови сходятся вместе.
— Мне не по себе. Надо было позвонить Вив и рассказать ей, что происходит. Мне не нравится, что мы ее не предупредили, — говорю я, теребя край свитера.
— Я позвонил ей сегодня утром и сказал, что приеду, — уверяет он меня.
— А-а.
— Все хорошо. Идем, — он берет меня за руку и тянет за собой.
Выйдя из холла, мы входим в большую гостиную, где более дюжины людей оборачиваются, чтобы посмотреть на нас.
— Дерьмо, — шепчу я и смотрю на Кентона, который начинает смеяться.
— Отэм, ты здесь! И посмотрите! Ты притащила своего осла, — говорит Вив, подходя к нам.
Я чувствую, как мои глаза расширяются при слове «осел», и начинаю трясти головой.
— О, дорогая, поверь мне. Я знаю, что он – осел, — она похлопывает Кентона по щеке, улыбаясь ему.
— Спасибо, тетя Вив, — он смеется, целуя ее в щеку.
Когда женщина подходит ко мне, ее руки касаются моего лица, а глаза смотрят на меня, и она улыбается, качая головой. Мне хочется прикусить губу. Я знаю, о чем она думает, и она очень ошибается.
— Мама здесь? — спрашивает ее Кентон, и я смотрю на него, внезапно мне становится плохо.
— Да. Она на улице с твоим дядей.
— Я схожу за мамой, детка. Сейчас вернусь, — говорит он мне и направляется к выходу.
— Нет! То есть... не делай этого. Я... мне нужно вернуться домой, — быстро говорю я, пытаясь спланировать побег. — Хорошо вам провести время, ребята, а я приеду как-нибудь в другой раз.
— Ой, какая ерунда, — говорит Вив, размахивая рукой.
Я ни в коем случае не хочу знакомиться с мамой Кентона, и никто не может сказать ничего такого, что убедило бы меня в обратном, думаю я, чувствуя, как нарастает паника.
— Милая, я так рада, что ты здесь, — говорит женщина, входя в комнату.
Я внимательно ее разглядываю. Ее темные волосы короче, чем у Кентона, она миниатюрная — где-то сто пятьдесят пять сантиметров, как мне кажется. На ней длинное струящееся платье и синий джинсовый жилет с широким поясом, обернутым вокруг талии. Я закрываю глаза и склоняю голову. Теперь у меня нет ни единого шанса выбраться отсюда, не выставив себя дурой.
— Я думал, тетя Вив рассказала тебе, что происходит, — говорит Кентон, обнимая маму и поднимая ее над полом.
— Она так и сделала. Ну, вроде того. Сказала, что ты приведешь кого-то на ужин, и я сказала ей, что если это Кэсси, то меня это не радует, — говорит она, и Кентон усмехается, ставя ее на ноги.
— Я не с ним, — выпаливаю я как идиотка, и женщина смотрит на меня. — Я имею в виду... мы ехали вместе, но не приехали вместе, — Я опускаю подбородок и медленно качаю головой. — Я хочу сказать, что мы не вместе. Вив пригласила меня на ужин несколько недель назад, и с тех пор я прихожу каждое воскресенье, — Заткнись! Заткнись, тупица, говорю я себе, но, к сожалению, не прислушиваюсь к собственным предостережениям. — Мы с Кентоном просто живем вместе. И все.
Вив сжимает мою руку, и мама Кентона выглядит так, будто ее глаза вот-вот выскочат из орбит. Когда я смотрю на Кентона, у него мягкий взгляд, он улыбается и качает головой.
— Мама, это Отэм. Отэм, это моя мама, Нэнси.
— Привет. Приятно познакомиться, — говорю я, протягивая руку. Нет, все ни капельки не неловко.
— И мне тоже, милая, — Она притягивает меня к себе, чтобы обнять, потом смотрит на Вив и улыбается. Вив улыбается в ответ, и я прямо вижу, как крутятся колесики в ее голове.
— Я возьму пиво и выйду на улицу с дядей Мэзом.
— Конечно, дорогой. Иди, — говорит мама Кентона.
Я хочу остановить его и заставить взять меня с собой. Он смотрит на меня, его глаза загорается, и что-то в этом взгляде побуждает меня немного отступить.
— Я буду снаружи, детка, — сообщает он сладко, делая шаг ко мне, и прежде, чем я успеваю сделать шаг назад или увернуться, его рука скользит вокруг моей талии, а губы опускаются на мои, целуя, и этот поцелуй выбивает весь кислород из моих легких. Когда его рот покидает мой, мои пальцы тянутся к губам. — Ладно, дамы. Позаботьтесь о моей девочке, — говорит он, отводя от меня взгляд. Его руки слегка сжимают мою талию, а затем он поворачивается и идет на кухню до того, как я успеваю выяснить, что, черт возьми, это было.
— Мир тесен, да? — подкалывает меня Вив, смотрит на Нэнси, потом снова на меня. — Я и не знала, что твой осел - мой племянник.
— Он не мой. То есть... простите. Ваш сын не осел и вообще, — говорю я, глядя на Нэнси, чувствуя, как учащается мой пульс, и жалея, что не могу телепортироваться из комнаты.
— Дорогая, я знаю своего сына, и мне прекрасно известно, что он может быть грубоватым, поэтому, пожалуйста, не расстраивайся, что называла его ослом, — она улыбается с огоньком в глазах. — Итак, как давно вы встречаетесь?
— О нет, это не так, — я отчаянно мотаю головой, переводя взгляд с одной на другую.
— Неужели? — она склоняет голову набок, изучая меня.
— Нет, мы не вместе, — настаиваю я и бросаю взгляд на Вив, которая широко улыбается.
— Это интересно. Тебе это не кажется интересным, Нэнси?
— Очень, — говорит Нэнси с улыбкой.
Я смотрю на двух женщин и могу сказать, что они что-то замышляют. Не знаю, чего мне ожидать от них и Кентона.
— Итак, Вив сказала, что ты была танцовщицей. Это правда? — спрашивает Нэнси через некоторое время, когда мы сидим за обеденным столом.
Я давлюсь чаем. Кентон похлопывает меня по спине, и я вытираю глаза салфеткой, пытаясь найти выход из этой ситуации.
— Была, да ещё и в Вегасе, — подтверждает Вив. — Может, она научит нас каким-нибудь движениям?
— О Боже, — выдыхаю я в салфетку, чувствуя, как пылает лицо.
— Тебе нечего стыдиться, дитя мое. Черт возьми, если бы я выглядела, как ты, я бы никогда не носила одежду, — говорит Нэнси, и я слышу несколько смешков.
— Этого на самом деле не происходит, — повторяю я про себя, глядя на Кентона, все тело которого сотрясается от силы его безмолвного смеха. — Это не смешно, — шиплю я.
— Это чертовски забавно, — он притягивает меня к себе сзади за шею, прижимаясь губами к моему лбу.
— Прекрати, — тихо говорю я ему, толкая в грудь, не желая устраивать сцену перед его семьей.
Он снова улыбается и качает головой. Я отстраняюсь и обвожу взглядом всех, кто наблюдает за нами. Взгляд останавливаются на отце Кентона, и когда он смягчается и улыбается, моя тревога немного ослабевает.
Я уже выяснила, что, не только Вив милая, но и мама Кентона очень забавная, а его папа похож на гигантского плюшевого мишку, который часто качает головой, когда его жена говорит что-нибудь слегка сумасшедшее, он всё время притягивает свою дочь, Тони, к себе и целует ее волосы, и похлопывает сына по спине, когда одобряет что-то, что он говорит. Я улыбаюсь ему в ответ и опускаю глаза в тарелку.
Остаток ужина проходит как в тумане, и не успеваю я оглянуться, как уже прощаюсь со всеми и сажусь в машину Кентона.