Глава 4
Ханна
День двадцатый
Ханна Шеридан чувствовала себя другим человеком.
За последние три недели она так сильно изменилась, что едва узнавала себя. Ее кожа казалась тесной и слишком облегающей. Как будто ее кости имели неправильную форму.
А может быть, они были правильной формы, и ей просто нужно вжиться в свою новую сущность, приспособиться, как она училась приспосабливаться ко всему остальному.
Она стояла перед зеркалом в ванной комнате наверху дома, в котором родила девять дней назад. Фонарик давал достаточно света, чтобы видеть. В доме установлена септическая система, поэтому ведро, наполненное водой, стоявшее рядом с ванной, позволяло спускать воду в туалете.
Ее маленькая дочь спала внизу. Лиам тоже находился там — ворчливый, замкнутый солдат, который не раз спасал ей жизнь. А еще он стал человеком, о котором она заботилась. Он стал для нее очень важным.
Она потрогала свой дряблый живот. Он уже почти сдулся, но все еще казался мягким. Наконец-то тело снова стало ее собственным.
Ее сознание изменилось. Кошмары становились реже. Ужасные воспоминания о ее плене исчезали перед чередой более ярких и счастливых воспоминаний.
Ханна становилась смелее, меньше боялась. Она больше не трусила.
Она избавлялась от старой Ханны, чтобы освободить место для чего-то нового.
Она перекинула косу через плечо и сняла завязки. Распутав пряди, распустила длинные волосы до поясницы. Они были густыми, волнистыми и шоколадно-коричневыми, но с секущимися концами.
Вчера вечером она помыла их. У них еще оставалась вода в водонагревателе. Лиам использовал подающий шланг стиральной машины для подключения к вентилю водонагревателя и слил воду в несколько кастрюль, пару пустых кувшинов и их бутылки с водой.
Он также собрал воду из задней части бачков унитазов в трех ванных комнатах. Поскольку она была чистой и не подвергалась химической обработке, ее можно пить. В пустом доме она замерзла, и Лиам выбивал лед кусками.
Он согрел воду и наполнил ей раковину.
Так приятно ощущать себя чистой. Ее зудевшая жирная кожа головы сейчас была свежевымыта и приятно пощипывала.
Предыдущие жильцы оставили свой шампунь и кондиционер. Спрей для волос и гель для волос тоже. Она взяла спрей для волос, встряхнула баллончик и поставила его на место.
Ханна представила, что некоторым людям сейчас отчаянно не хватает их обычных туалетных принадлежностей — косметики, краски для волос и любимых средств для укладки.
Она обходилась без них пять лет. Теперь эти вещи ей стали не нужны.
Может быть, позже. Может быть, когда она вернется домой.
Ханна взяла большие ножницы, которые нашла в шкафчике под раковиной. Прошло пять лет с тех пор, как она стригла волосы. Пайк не разрешал ей пользоваться такой опасной вещью, как ножницы.
Медленно, методично она отрезала первые пряди. Ханна отстригала не только волосы. Для нее это были годы кошмаров, годы насилия, годы деградации, боли и ужаса.
Все те времена, когда он хватал ее за волосы и тащил на пол, исчезли. Все разы, когда он зверски дергал ее за голову — ушли.
Она отрезала волосы, локон за локоном. Пряди вихрем падали в раковину. Ее волосы заполнили чашу, пока она не стала похожа на гнездо маленького животного.
Ханна продолжала стричь, пока волосы не стали довольно ровными. Ее новые, более короткие локоны рассыпались по плечам. Голове стало легче. Все стало легче.
Скоро она будет дома. Дома, в кругу семьи. С Майло.
Она не представляла, к чему вернется. Каким будет Ноа. Как они смогут воскресить свой распадающийся брак.
Что бы ни ждало ее в будущем, она будет готова к этому.
Новая Ханна Шеридан посмотрела в зеркало и улыбнулась.