ГЛАВА 33

КОУЛ

Я принимаю душ в раздевалке, мою волосы, когда слышу Дика.

— Коул?

— Что?

— Вытаскивай свою задницу из душа. Нам пора.

Я не тороплюсь.

— Куда мы идем?

— Остин звонила мне раз двадцать…

— Что? — спрашиваю я, крутясь на месте, вода заставляет шампунь стекать в мне в глаза.

— Я проверил твой телефон, и она звонила тебе пятнадцать раз. Что-то не так, чувак.

Я выключаю воду, срываю полотенце со стены и быстро вытираюсь, иду к шкафчикам. Отпихиваю парней со своего пути.

— Она также прислала сообщение.

Остин: Пусть все встретят меня в клубе. Сейчас же!

— Шейн! Беннетт! — Дик зовет. — Поехали!

— Почему ее телефон сразу переходит на голосовую почту? — огрызаюсь я, пытаясь дозвониться до нее в двадцатый раз, пока Дик летит по шоссе.

— Мы почти приехали, — говорит он.

Он останавливается у здания клуба, и я выхожу из его внедорожника еще до того, как он успевает остановить его.

Я врываюсь в дверь и застаю ее вышагивающей взад-вперед с опущенной головой.

— Что, блядь, происходит? — требую я. — Я тебе звонил.

Она останавливается.

— Я тоже тебе звонила.

Входят Дик и остальные ребята, и она нервно проводит рукой по волосам. Я осматриваю ее на наличие крови или синяков. Я ничего не вижу, но могу сказать, что она потрясена.

— Что случилось, Остин? — спрашиваю я.

— Я вернулась домой после того, как отвезла Лилли к твоему отцу, и услышала, как мой отец разговаривает на кухне, — я нахмурился. — Я подумала, что это странно, потому что он должен был быть в отъезде. Я собиралась просто проигнорировать его, когда услышала другой голос. И он показался мне знакомым, — ее взгляд устремляется на Шейна, и он садится на диван. — Но другой человек начал говорить об электронной почте.

— Почему именно об электронных письмах? — спрашивает Беннетт.

— Он клялся, что удалил их. Он сказал, что найти их можно будет, только если кто-то посмотрит на жестком диске. Что они должны знать, что ищут.

— Кто был этот парень? — спрашивает Беннет.

Ее глаза встречаются с моими, и она нервно сглатывает.

— Это был Джерольд.

ОСТИН

Шейн вскакивает на ноги.

— Ты уверена?

Я киваю.

— Абсолютно. Он сказал моему отцу, что у него украли ноутбук. И он разозлился. Сказал, что просто так ноутбук не украдешь.

— Он тебя видел? — требует Коул.

Я качаю головой.

— Ты уверена, Остин? — огрызается он.

— Да. Я сбежала обратно по лестнице и пришла прямо сюда.

— Черт! — рычит он, в расстройстве проводя рукой по волосам.

— Ты проверил жесткий диск? — спрашивает Дик у Беннета.

— Да. Но я не увидел ничего необычного.

— Тогда ты явно что-то упустил, — огрызается Коул.

— Я посмотрю еще раз, но даже сейчас я все еще не знаю, что именно я ищу.

— Какого хрена Джерольд вообще разговаривает с Брюсом? Пусть, не говоря уже об электронной почте? — задается вслух вопросом Дик. Ни у кого нет для него ответа.

Коул смотрит на меня.

— Ты останешься здесь.

— Я не могу…

— Это не обсуждается, Остин! — кричит он.

— Коул…

— Нет! — прерывает он меня.

Я смотрю на него.

— Ты даже не знаешь, что я хотела сказать.

— Я знаю, что ты собиралась спорить, и этого достаточно.

Я кладу руки на бедра.

Он переключает свое внимание на Беннетта.

— Я хочу, чтобы завтра этот ноутбук был здесь. И я хочу разобраться в нем вместе с тобой.

Беннетт кивает.

— Конечно.

— Все свободны, — приказывает он.

Я разворачиваюсь и иду вверх по лестнице, стараясь топать особенно сильно, чтобы дать ему понять. Он знает, что я злюсь на него. Поднявшись на чердак, я задираю рубашку и спускаю шорты с ног. Я откидываю одеяло и забираюсь в кровать. Я слышу, как открывается и закрывается дверь, как все уходят. Затем свет гаснет один за другим.

Я закрываю глаза и слышу, как он поднимается по лестнице, громче, чем я.

Он раздевается и заползает ко мне. Я едва могу разглядеть его очертания сквозь свет, проникающий в маленькое окно. Он лежит на спине, подложив правую руку под голову, и смотрит в потолок.

Я переворачиваюсь, подставляя ему свою спину.

— Остин…

— Я действительно устала от того, что ты командуешь мной, Коул, — прорычала я.

Он тяжело вздыхает. Мгновением позже его рука хватает меня за плечо.

— Ты не понимаешь, на что он способен. Джерольд очень опасный человек, и я не хочу, чтобы он приближался к тебе.

Он целует мое голое плечо.

_________________________________

Я выхожу со второго урока и бросаюсь к Дику.

— Где Коул? — спрашиваю я.

Он просто смотрит на меня. Два дня назад я осталась на ночь с Коулом в клубе, но вчера я осталась у Бекки. Насколько нам известно, мой отец все еще в городе, и Джерольд может заехать в любое время. Вчера вечером после тренировки Коул прислал мне сообщение, что проведет вечер с ребятами, просматривая электронную почту. Сегодня он не пришел. И это не похоже на него — пропускать занятия.

— Дик… — предупреждающе рычит Бекки.

Его челюсть напрягается.

— В клубе.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но он хватает меня за руку, останавливая.

— Не уходи.

Я вырываю руку и выбегаю на улицу. Я прищуриваюсь, сегодня выглянуло солнце, и бегу к своей машине.

Я звоню ему со вчерашнего вечера, и, хотя он не спешит перезванивать, он обычно хотя бы читает мои сообщения. Я отправила ему десять. Ни одно не было прочитано. Что-то не так. И то, что Дик не хочет, чтобы я ехала, подтверждает это.

Я вхожу в помещение клуба и останавливаюсь. Боксерский мешок, который висит на стропиле, лежит на земле, разорванный. Стол опрокинут. Бумаги разбросаны по полу. Диван прислонен к дальней стене. Несколько стульев опрокинуты на бок.

Я поднимаюсь по лестнице по двое и останавливаюсь наверху. На полу и кровати валяются бутылки из-под спиртного и банки из-под пива. Он лежит на ней, одетый в ту же одежду, что и вчера. Потерявший сознание лежит на животе, его руки подняты над головой. Подушки покрывают пол вместе с простыней и одеялом.

— Коул? — спрашиваю я, кладя руку на его руку. Он не шевелится.

— Коул? — говорю я чуть громче.

Он рычит.

— Коул! — огрызаюсь я, толкая его руку.

Он переворачивается на спину и открывает глаза. Они налиты кровью и смотрят на меня. Я напрягаюсь. Я никогда не видела, чтобы они выглядели такими холодными. Такими пустыми.

— Ты в порядке? — мягко спрашиваю я.

Он моргает пару раз, как будто видит двух меня. Затем он медленно садится.

— Уходи, — грубо приказывает он.

— Коул, что происходит?

— Уходи, Остин, — огрызается он.

— Нет, Коул! Какого хрена ты здесь делаешь? Да еще и пьяный?

Он хватает меня за руку и тянет на кровать. Он зарывается головой в мою шею.

— Коул…

Я пытаюсь отпихнуть его, но его руки хватают меня за запястья, и он сжимает их без особых усилий. Я начинаю задыхаться.

— Блядь, милая, — он прижимается к моим бедрам.

— Ты пахнешь так чертовски хорошо. Ты пришла, чтобы подбодрить меня? — шепчет он.

— Что случилось? — спрашиваю я, игнорируя его.

— Ты пришла, чтобы я тебя сломал? — его нос прослеживает линию моей челюсти.

— Потому что это то, что мне нужно, Остин. Мне нужно сломать. Уничтожить. Боже, я хочу обхватить рукой твое нежное горло и сжимать, пока я трахаю тебя.

Его тело прижимает меня к кровати, и я чувствую, насколько он тверд.

Я делаю успокаивающий вдох, пытаясь замедлить колотящееся сердце.

Он нежно целует меня в шею, до самого уха, и моя кожа покрывается мурашками.

— Я хочу видеть, как слезы текут по твоему великолепному лицу, а твой рот открыт в беззвучном крике. Умоляя меня остановиться. Умоляя меня о воздухе. Поэтому я спрошу тебя снова. Ты пришла, чтобы подбодрить меня?

Он отстраняется и смотрит на меня сверху вниз, и я сглатываю от взгляда пустоты в его глазах. Я понятия не имею, что произошло и почему ему нужно сломать меня еще раз, но я хочу дать ему это. Я ненавижу то, как сильно я хочу дать ему то, что он хочет. Но я не могу отрицать, что это звучит именно так, как мне нужно.

— Да, Коул, — мягко говорю я. — Я пришла, чтобы подбодрить тебя. А теперь рискну сделать все, что в моих силах.