Глава 6

Линкольн

Отправив короткое сообщение своему помощнику в Нью-Йорк, попросив его отменить все, что было в моем расписании, я снимаю шорты по дороге в спальню. Мой член готов и сочится, подпрыгивая на животе, когда я иду. Мне так не терпится заявить права на Нову, что я не думаю, что продержусь в ней и десяти секунд, прежде чем заполню это маленькое лоно. Я уже чувствую, как ее бедра обнимают мои бедра, уже чувствую вкус ее криков на своем языке.

Я еще даже не поцеловал ее в губы. Что, черт возьми, со мной не так?

Я так долго соблюдал целибат, что забыл порядок вещей. К близости. Господи, я никогда не знал ничего с самого начала, не так ли? Нет. И я чертовски рад этому. Я никогда не прикоснусь к другой женщине, пока жив. Даже не могу себе этого представить. Есть она, и только она. Навсегда.

— Нова, — прохрипел я, заворачивая за угол в спальню.

Готовый наброситься.

Ее нет в постели, и это пробуждает во мне какой-то охотничий инстинкт. Она хочет, чтобы я выследил ее и затащил в постель? Я более чем счастлив услужить. Заметив открытую дверь ванной, я направляюсь в том направлении, но что-то на кровати привлекает мое внимание, прежде чем я ухожу далеко.

Сотовый телефон.

Я даже не знал, что у Новы он есть. Моя девочка с дикого острова, похоже, больше интересуется лазанием по деревьям, чем общением в социальных сетях. Я знаю, что не должен смотреть на содержимое ее телефона, но внутри меня есть потребность знать каждую деталь ее жизни. Я хочу просмотреть каждую фотографию в ее галерее, запомнить каждый контакт и запрограммировать свой номер как все пять ее любимых. Я единственный, которому ей нужно звонить с этого момента, потому что я позабочусь о каждом маленьком желании, которое придет ей в голову.

Не в силах удержаться, я беру телефон и обнаруживаю, что экран горит серией текстовых сообщений. Два разных номера — Ракель и Констанс. Это ее сестры?

Просматривая сообщения, у меня в животе появляется пустота. Правильно ли я все понял?

Не возвращайся, пока не залетишь.

Помни маму и папу. Помни, что ты сделала. Ты у нас в долгу.

Нам нужны эти деньги. Ты получишь их для нас.

Вернешься сюда ни с чем, и мы позаботимся о том, чтобы на этот раз ты действительно упала с горы.

Какого хрена?

Сестры Новы заставляют ее забеременеть от меня, чтобы она могла шантажировать меня? Чтобы она могла вытянуть из меня деньги?

Мой рот открывается. Боже, помоги мне, я никогда не ненавидел женщину, но я ненавижу сестер Новы за то, через что они заставили ее пройти. Через что они все еще заставляют ее проходить. Мой бедный ангел, наверное, мучится из-за этого. Почему она просто не сказала мне? Я бы положил конец ее беспокойству.

Впервые я замечаю, что балконная дверь открыта, и тревога охватывает меня изнутри.

— Нова!

Я выхожу на балкон, сотовый телефон разбит вдребезги в моем кулаке.

Она бросила меня. Она ушла. Ушла.

Почему это происходит? Я только нашел ее.

Успокойся. Рассуждай здраво. Разве не полчаса назад она улыбалась мне с любовью в глазах? Я не буду подвергать сомнению эту любовь. Я никогда в жизни не чувствовал ничего настолько глубокого и подлинного. Так куда же она могла пойти?

Ответ сильно поражает меня. Возможно, я знал эту девушку совсем недолго, но я знаю ее сердце. Я знаю ее, и она ушла домой. Ей остается делать то, что она считает правильным, но, судя по угрожающему тону текстовых сообщений, я не знаю, осознает ли она опасность, в которой находится.

Страх обволакивает мои легкие, превращая дыхание в лед. Я преодолеваю свой почти паралич и, спотыкаясь, возвращаюсь в спальню, роюсь в своем багаже, надеваю первую попавшуюся пару брюк и футболку и выбегаю из дома на полной скорости. С телефоном в руке я набираю номер своего делового партнера, проклиная его за то, что он не ответил до четвертого звонка.

— Линкольн! Как проходят каникулы? Что еще более важно, как поживает маленькая блондинка...

— Где ты ее нашел?

От его испуганного смеха у меня мурашки бегут по коже, и я клянусь выкупить его место из компании при первой же возможности, чтобы мне больше никогда не пришлось иметь с ним дело.

— Она настолько хороша, да?

— Послушай меня, паразит. Скажи, где ты ее нашел. Название ресторана. Она ушла, и я должен найти ее сейчас.

На заднем плане скрипит стул.

— Не могу вспомнить название. Какое-то бистро. Хотя найти его будет нетрудно, это единственное место на чертовом острове.

Я вешаю трубку, мое сердце подскакивает к горлу, и я начинаю бежать.

Нова

Еще только позднее утро, когда я вхожу в ресторан.

Как только я переступаю порог, Ракель сжимает в кулаке прядь моих волос, используя ее, чтобы поднять меня на цыпочки.

— Почему ты не ответила ни на одно из наших смс?

Боль пронзает кожу головы, и я прикусываю нижнюю губу, чтобы не закричать.

— Я забыла посмотреть. Я была занята.

Констанс шипит мне в лицо, ее дыхание пропитано алкоголем.

— Лучше бы ты была занята тем, что забеременела, или да поможет мне Бог.

Я поднимаю подбородок.

— Нет. И я не буду этого делать.

Ракель бьет меня по губам, усиливая мои мозговые волны и на мгновение я теряюсь в пространстве.

— Я знала, что ты так сделаешь. Маленькая мисс Благородность. Маленькая мисс, чистая сердцем, — выплевывает она. — Ты думаешь, что намного лучше всех нас, не так ли?

— Нет, — хриплю я, поднимаясь на цыпочки, чтобы облегчить жжение в голове. — Пожалуйста. Он хороший человек. Он не заслуживает того, чтобы им пользовались.

Констанс наступает мне на ногу, и я втягиваю воздух, боль пронзает мою ногу.

— Если ты этого не сделаешь, ты бесполезна для нас. Ты понимаешь?

— Она права. С таким же успехом я могла бы отправить тебя в клинику. — Глаза Ракель стали жестче, чем я когда-либо видела, и понимаю, что недооценила их ненависть ко мне. Может быть, ее ненависть. Почему я покинула безопасный дом Линкольна? Он никогда бы не позволил, чтобы со мной что-то случилось.

— Мы можем сделать так, чтобы это выглядело как несчастный случай, — бормочет Констанс, ее зрачки сужаются.

— Пожалуйста, не надо, — шепчу я. — Я прошу прощения за все, что я сделала, чтобы заставить вас ненавидеть меня. Но умоляю, пожалуйста. Не забирайте Линкольна у меня. Я люблю его.

— Никто не заберет тебя у меня, Нова, — раздается резкий рык Линкольна прямо из-за двери. — Никогда.

Мои сестры отпрыгивают от меня, как будто их обожгло. Я не думаю, я просто делаю то, что велит мне мое сердце. Я бегу и бросаюсь в ожидающие объятия Линкольна, мир, благодарность и любовь наполняют меня, как лучи света.

Ракель нервно смеется.

— Я не уверена, что ты слышал, но это всего лишь сестринская ссора.

— Да, — добавляет Констанс, слышно, как она сглатывает. — Они есть в каждой семье.

Он крепко целует меня в висок, его руки заняты поглаживанием моей спины.

— Не уверен. — Я слышу, как его сердце грохочет у моего уха, его большое тело вибрирует от гнева. — Вы правы, что лжете, Ракель и Констанс. Человек с таким банковским счетом, как у меня, способен на многое. Никогда неразумно делать из него врага. — Я оглядываюсь через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как краска отхлынула от их лиц.

— Т-ты убьешь нас? — Ракель заикается.

Улыбка Линкольна холодна как лед.

— Если бы я это сделал, я бы не стал излагать свои планы в смс, — растягивает он. — Такого рода вещи можно было бы так легко передать полиции. И деньги могли бы убедить их назначить суровое наказание. — Он поднимает меня с пола, крепко прижимая к своему телу, и я, следуя инстинкту, обхватываю его талию ногами. — Все, что угодно, лишь бы моя будущая жена была в безопасности.

— Будущая жена? — бормочет Констанс.

— Да. — Губы Линкольна скользят по моим волосам, его мстительные глаза устремлены на моих сестер. — Ваш план состоял в том, чтобы послать Нову ко мне…чтобы она залетела. Я предполагаю, что вы солгали моим коллегам о том, что она принимает таблетки?

Проходит мгновение тишины.

— Да. — бормочет Констанс.

— Прости, Линкольн, — неровно шепчу я ему в шею.

— Шшш, маленькая фея, — говорит он мне на ухо. — Тебе не за что извиняться. — Рука, поглаживающая мою спину, опускается ниже, его теплая ладонь скользит вверх под мое платье, чтобы погладить мой зад. Он с любовью разминает его прямо там, перед моими сестрами, его эрекция набухает напротив моего лона, заставляя задыхающийся стон сорваться с моих губ. — Вы действительно думали, что отдадите мне этого ангела, и я не захочу оставить ее у себя?

Я цепляюсь за его плечи, возбуждение бурлит в моей крови, когда Линкольн расстегивает молнию на штанах. Что он собирается делать? Предвкушение насыщает мои складки влагой. Да, я знаю, что обе мои сестры стоят в нескольких футах от меня и все видят, но, уткнувшись лицом в шею Линкольна, я почти полностью осознаю его присутствие. Его дорогой аромат смешивался с утренним раем. Впадины его мускулистой груди, мастерство и уверенность его рук, когда он оттягивает мои трусики в сторону.

Толстая головка его члена просовывается в меня, и он хрюкает, входя в меня на пару дюймов. Когда я балансирую на кончике его пульсирующей эрекции, он подхватывает мои колени и медленно опускает меня, мои нетерпеливые извивания и хныканья только делают его тверже, решительнее.

Когда он полностью входит, я удивляюсь, что испытываю лишь слабый намек на боль. Я такая влажная, и он прямо внутри меня, любовь, ощущения и удовольствие вытесняют все остальное.

— Как ты, моя девочка? — он дышит мне в висок, его средний палец засовывается в мой задний вход и покачивается. — Ты так чертовски совершенна, как себя чувствуешь?

— Хорошо, папочка. — Я трусь грудью о его грудь и напрягаю внутренние стенки, заставляя его рычать. — Я чувствую себя твоей. Вот что я чувствую.

— Они хотели, чтобы ты забеременела, малышка, — стонет он мне на ухо, проклиная меня за то, что я была слишком тугой, двигая бедрами чувственно разрушительным образом, вызывая дрожь в моих ногах. — Мы же не хотим разочаровывать, не так ли? Поработай этой спелой, молодой киской вверх и вниз. Дай им то, что они хотят.