— Сколько у нас осталось бензина?
— В баке почти пусто. Полагаю, всего на пятнадцать или двадцать миль. Нам нужно заправиться. Придется обогнуть Гранд-Рапидс и Каламазу и оставаться на объездных дорогах. По моим расчетам, мы все еще в ста тридцати милях от Фолл-Крика. С объездами — больше.
При упоминании о доме у Ханны екнуло сердце. Она не выросла в Фолл-Крике, но маленький городок, расположенный в уголке юго-западного Мичигана, стал ее домом с тех пор, как восемь лет назад она вышла замуж за Ноа Шеридана и начала новую жизнь в качестве жены и матери.
Воспоминания о ссорах, слезах и хлопающих дверях эхом отдавались в ее голове. Все складывалось не лучшим образом. Но это не означало, что Ханна все еще не любила Ноа. Она едва помнила причины их ссор.
Рушащийся брак нисколько не уменьшал ее всепоглощающей любви к сыну Майло. Она вспомнила, как в последний раз видела его в трехлетнем возрасте — большие темные глаза, черные волосы, завивающиеся вокруг ушей, пухлые щечки, которые она любила потискать, его чистый запах детской присыпки.
Ее внутренний компас всегда указывал домой, к ним.
Всегда.
Она сунула руку в карман куртки и нащупала компактный «Ругер Американ» 45 калибра. Успокаивающая, придающая уверенность тяжесть. Рюкзак она потеряла в библиотеке, но оружие у нее все еще при себе.
В первый раз она потерпела неудачу. Но Ханна твердо решила не повторять свою ошибку. Лиам согласился научить ее стрелять. В следующий раз она не будет колебаться.
Пайк все еще где-то там. Все еще охотится на них. Преследует, как смертельно опасный хищник. Настойчивый, упорный, неустрашимый.
Призрак ранил его. Но Пайк не из тех, кто легко сдается. Он вообще не собирался сдаваться.
Ханна Шеридан тоже не сдастся.
— Мы спасем Призрака. И потом домой. Я готова отправится домой.