Глава 1
За неделю до Праздника, ежегодного фестиваля света и жизни в нашем городе-улье, я впервые попыталась вскарабкаться на утес и ударилась головой о небо.
В тот день все двадцать два семнадцатилетних жителя моего коридора отправились на пляж подросткового уровня. Ветровые и волновые машины были настроены на плавание, а не на серфинг, но лишь мы с Форжем оказались достаточно сильными пловцами, чтобы рискнуть забраться на глубину. Большинство остальных ребят бултыхались на мелководье, а моя лучшая подруга Шанна предпочла лениво растянуться на песке и нежиться в тепле больших ламп с солнечным эффектом, ослепительно ярко светивших с раскрашенного в синий цвет неба.
Наконец, мы с Форжем устали от плавания и направились к Шанне. Форж бросился на песок рядом с ней, с жаром обнял и поцеловал, но подруга протестующе взвизгнула и оттолкнула его.
— Ты ужасно мокрый и холодный.
Форж рассмеялся, вновь поцеловал ее, и она ответила покорным вздохом.
Я села с другой стороны от Шанны, насухо вытерла волосы и натянула старую тунику и леггинсы прямо на мокрый купальник. Для обеда было еще рано, но купание всегда вызывало у меня голод, поэтому я полезла в сумку за бутербродами. И с радостью принялась их жевать, лениво наблюдая за чайками, летавшими взад-вперед у своих гнезд, прикрепленных к похожим на скалы стенам и поддерживающим колоннам. Вдруг Форж повернулся ко мне.
— Эмбер, думаю, тебе стоит попробовать залезть на утес.
Я подавилась сэндвичем. Шанна похлопала меня по спине, передала бутылку воды и бросила на своего парня испепеляющий взгляд.
— Что за нелепица. В шесть лет Эмбер упала с дерева в своем местном парке, сломала ногу и с тех пор боится высоты.
На самом деле, я упала с дерева и сломала ногу в семь, но сейчас слишком хотела напиться, чтобы поправлять Шанну.
— Я знаю, что Эмбер боится высоты, — отозвался Форж. — Именно поэтому я и предложил ей попытаться залезть на скалу. Я думал, это поможет ей преодолеть страх.
К этому времени ко мне вернулся дар речи. Меня подмывало послать Форжа в утиль, но он был моим другом, поэтому я ответила вежливо:
— Я не в восторге от этой идеи.
— Я не собирался предлагать тебе утес для продвинутых, где тренируюсь сам, — проговорил Форж. — Думал, ты можешь попробовать свои силы на простейшем склоне класса «С».
— Мне все равно не нравится эта идея.
— Склоны класса «С» очень просты, — подбодрил меня улыбкой Форж. — Ты наденешь страховку и обвязку и не сможешь упасть.
Я в сомнении пожевала нижнюю губу и повернулась к утесам. Девушка, выглядевшая не старше четырнадцати лет, завершала восхождение.
— Ты могла бы немного подняться, — убедительно прибавил Форж. — Если почувствуешь страх, сейчас же спустишься.
Девушка подтянулась на карниз наверху утеса и радостно помахала инструктору. Я увидела, как высоко она находится, представила себя на том же уступе и вздрогнула.
Затем повернулась к Форжу и открыла рот, желая сказать, что я совершенно не собираюсь заниматься скалолазанием.
— Лишь чуть-чуть.
— Замечательно. — засиял Форж.
Я не могла понять, что сейчас произошло. Я намеревалась четко отказать Форжу, а вместо этого согласилась попытаться залезть на скалу. Что мне теперь делать? Если сразу сказать, что передумала, то буду выглядеть глупо. Возможно, страховка и обвязка действительно изменят ситуацию. Возможно, так часть моего разума, которая боится высоты, поймет, что я не способна упасть, и совершенно не испугается. Вдруг есть шанс, что подъем излечит меня от страха.
Через пять минут инструктор по скалолазанию упаковывала меня в обвязку и пристегивала страховочный тросс.
— Если где-то застрянешь, крикни мне и я тебя спущу. Хорошо, Эмбер?
Я слишком нервничала для разговоров, поэтому фыркнула в ответ и двинулась к утесу. Я дюжины раз наблюдала, как Форж делает более сложные восхождения для продвинутых. Этот подъем должен быть абсолютно простым.
К моему удивлению, он и был абсолютно простым. Я легко лезла вверх с помощью кучи, вбитых в стену крюков и почти наслаждалась собой, пока не услышала подбадривающие крики Форжа. Я допустила роковую ошибку, взглянула вниз и увидела его рядом с Шанной. Две фигуры — одна темноволосая и мускулистая, другая светлая и худощавая — казалось, находились поразительно далеко внизу.
Я поспешно обратила взгляд вверх, фокусируясь на фактурной бетонитовой поверхности утеса и виде собственных рук, крепко вцепившихся в альпинистские крюки. Я сказала себе, что веду себя смешно. На каждом уровне улья существует лишь один пляж, поскольку их делают весьма просторными. Они покрывают обширную территорию, и их потолки гораздо выше, чем в торговых районах и даже в парках, но я все равно не могу находиться дальше трехкратного расстояния от земли до потолка.
— С тобой все в порядке, Эмбер? — позвала инструктор по скалолазанию.
Со мной было далеко не все в порядке. Голова разрывалась от мыслей о высоте потолка в парке и воспоминаний о дне, когда я сломала руку. Я залезла на дерево в парке своего района, потому что хотела написать свое имя на потолке, но ветка надломилась под моим весом. Последовало мгновение чистого ужаса, пока я летела вниз, а затем острая боль от удара о землю и поврежденной руки.
Падение с этого утеса станет гораздо хуже. Я попыталась напомнить себе, что на мне обвязка, пристегнутая к страховочному тросу, но это ничего не изменило. Подо мной находился пугающий провал, крюки под руками, казалось, становились все меньше, а удерживающий меня трос напоминал слабую хлопковую нить.
Снизу послышался насмешливый вопль:
— Эмбер застряла на скале. Трусиха!
Это был голос Риса. Что он там делает? Я думала, придурок благополучно ест глазами девчонок-пловчих в обтягивающих костюмах.
На хулигана рявкнул женский голос:
— Заткнись, Рис!
— Да, затихни, — поддержал мужской.
Эти голоса принадлежали Марго и Аттикусу. Должно быть, вся группа нашего коридора пришла посмотреть, как я совершаю восхождение. Если не доберусь до вершины, то буду глупо выглядеть перед ними, а Рис станет изводить меня этим весь оставшийся год на подростковом уровне.
Надо завершить подъем. Я глубоко вздохнула, оторвала правую руку от крюка и передвинула на следующий. Я все еще с ужасом осознавала, как высоко нахожусь над землей, поэтому закрыла глаза, прежде чем пытаться переставлять ноги.
Смешно, но я чувствовала себя гораздо лучше, продолжая путь с закрытыми глазами. Теперь пугающий провал подо мной пропал, и остались просто успокаивающая темнота, крики чаек, вкус соли в бризе и теплое ощущение крюков под руками и ногами.
Я наверняка приближалась к вершине утеса. А потому продвинулась чуть дальше вверх, ожидая в любой момент ощутить ладонями его край, но вместо этого ударилась головой о жесткое расписное небо.
Я заорала от боли, и меня накрыло дурнотой. Я полностью потеряла самообладание и в панике мертвой хваткой вцепилась в опоры для рук.
— Эмбер, край утеса на расстоянии вытянутой руки справа от тебя, — крикнул снизу Форж.
Я испытывала слишком сильный шок, чтобы ответить. В голове стучала боль, а по лицу что-то текло. Я хотела утереть ладонью влагу с лица, но не решилась отпустить крюки, за которые держалась.
Струйка достигла моего рта, я ощутила вкус крови и поняла, что поранилась головой об один из светильников на потолке. Я не думала, что на краю неба есть крупные лампы с солнечным эффектом, так что, возможно, задела один из множества более мелких приборов, изображавших по ночам звезды.
Я все еще оставалась с закрытыми глазами и не двигалась, но испытывала странное чувство вращения. Форж вновь кричал мне, но его голос казался далеким и неважным. Сейчас для меня имели значение лишь опоры для рук и ног, удерживавшие меня от падения вниз.
— Трусиха! — опять завопил Рис.
— Заткнись! — заорали вместе Форж и инструктор по скалолазанию. Женский голос инструктора продолжил соло:
— Эмбер, я вижу, ты ударилась головой. Отпусти опоры, и я спущу тебя вниз на страховочном тросе.
Похоже, мой мозг не работал как нужно, поэтому мне потребовалось время, чтобы понять смысл ее слов, но затем я ощутила инстинтктивный ужас при мысли оторвать руки от крюков. Я смутно слышала, как Форж разговаривал с инструктором.
— У Эмбер наверху настоящие проблемы.
— Я пойду за ней, — отозвалась инструктор.
— Лучше пойти мне. Она меня знает. — Голос Форжа внезапно зазвучал громче. — Держись, Эмбер! Мне нужно лишь мгновение, чтобы разобраться с обвязкой и страховкой, а затем я поднимусь и помогу тебе.
Форж шел мне на помощь. Я прилипла к скале, как отчаявшийся человек-паук. Прошла секунда — или век, прежде чем я услышала рядом голос Форжа.
— Эмбер, ты медленно слезешь со склона, а я буду направлять твои руки и ноги. Понимаешь?
Он мгновение помолчал, дожидаясь моего ответа. Я сумела испуганно что-то вякнуть.
— Сперва я передвину твою правую ногу. Попытайся расслабиться и довериться мне, Эмбер.
Я почувствовала, как рука Форжа обхватила мою ногу. Я изо всех сил старалась выполнять его приказы и не сопротивляться, когда друг переставил мою ногу с одного крюка на другой, пониже. Затем он проделал то же с правой рукой и уговорил меня переместить левую ногу, а следом и руку.
Послышался новый вопль Риса.
— С такой скоростью малютка будет спускаться неделю. Вам надо просто снять с нее обвязку и столкнуть со скалы. Так она спустится гораздо быстрее и… Ой, больно!
— Кто ударил Риса? — крикнул Форж.
Ему ответил голос Шанны:
— Аттикус, Марго и я.
— Хорошая работа, — похвалил Форж. — Если Рис скажет еще хоть слово, стукните его снова.
— Если Рис скажет еще слово, я вызову службу здоровья и безопасности, чтобы его арестовать. — В голосе инструктора по скалолазанию звучало бешенство.