Глава 14
РОК
Она приняла все, что я мог дать. Невыносимо видеть ее невинный ротик с моим членом, заполняющим его. Я кончил через несколько минут, но все еще жадно жажду ее, словно между нами еще ничего не произошло.
Я опускаюсь на колени, в деталях разглядывая ее обнаженное тело. Я хочу все, начиная от ее груди, вниз по животу к ее лону. Я провожу по ней руками, восхищаясь мягкостью ее кожи, тем, как контрастируют ее соски, такие твердые, такие дерзкие, показывая ее возбуждение намного лучше,чем слова.
Раздвигаю ей ноги, провожу пальцами по лону. Не дразню ее. Я слишком нетерпелив. Широко развожу ее складки пальцами, пробегая языком по ним.
Она сладкая на вкус, ее влага покрывает мой язык, когда погружаюсь в нее, слыша ее вздохи надо мной. Я ощущаю, как пульсируют мышцы вокруг моего языка, руками играю с ее мягкими складками.
София медленно двигает мою руку, показывая мне, где именно к ней прикасаться. Она кружит по твердому бугорку моими пальцами, пока я не ловлю ритм.
Это движение заставляет ее стонать, стоны становятся громче, когда я опускаюсь на колени к ее заднице, обводя ее дырочку, прежде чем вернуться к ее розовой киске. Одного взгляда на нее достаточно, чтобы у меня вновь встал, так скоро после первого оргазма.
Хочу продолжать лизать ее, но мой член твердеет, я становлюсь нетерпеливым. Я быстрее двигаю рукой в том месте, которое она мне показала, и вознагражден тем, как ее тело извивается подо мной. Через минуту она ругается и проклинает, и мне нравится, как звучат плохие слова из ее уст, они так неуместны. Я знал, что она хотела меня, и был прав.
Внезапно она приподнимает бедра, и ее лоно судорожно сжимается вокруг моего языка, ее ноги дрожат, и она издает долгий стон удовольствия.
– Я кончаю! – кричит она, и я продолжаю лизать, пока она не кончит и не опустится обратно на кровать. Когда София приходит в себя, я опускаюсь на нее.
– Будь нежен, – просит она, когда я беру член в руку.
Поначалу я нежен. Направляю член в нее, наслаждаясь тем, как ее лоно сжимает головку члена, влага помогает скользить глубже, мышцы постепенно растягиваются, чтобы впустить меня.
Она слегка морщится, когда вхожу в нее, но затем ногами обхватывает мою спину и прижимает меня к себе. Мы лежим так, целуясь, я погружен в нее, безмерно наслаждаясь этим чувством.
Затем начинаю двигаться. Мне удается не торопиться пару минут, но я должен ускориться, должен толкаться сильнее.
Я начинаю входить в нее, туда и обратно. Я не могу проникнуть достаточно глубоко, и это меня расстраивает. Остался лишь дюйм.
Я переворачиваю ее, поднимая на четвереньки. Она безудержно толкается бедрами ко мне, ее лоно блестит от желания. Я вновь погружаюсь в нее, на этот раз вхожу до конца, хотя она взвизгнула, когда преодолеваю последний дюйм.
Я даю ей лишь мгновение, чтобы привыкнуть к этому ощущению, прежде чем отстраняюсь, а затем начинаю врезаться в нее. Она борется за дыхание, как и я.
Я пока не хочу кончать. Хочу, чтобы это продолжалось. Я выхожу и снова ставлю ее на колени, проникаю ей в рот, похоть пронзает меня при виде того, как она пробует свою собственную влагу.
Мы ложимся на кровать, ее рот на моем члене, мой на ее лоне. Каждый раз, когда она заглатывает член, я погружаюсь в нее языком, вновь пробуя эту чудесную сладость. Я слишком близок к тому, чтобы кончить, и чтобы это продолжалось дольше, притягиваю ее к себе, спускаю ее ниже, чтобы смотреть на нее снизу вверх. Она играет со своей грудью, насаживаясь на мою длину. Мотает головой из стороны в сторону, ее глаза закрыты, и она прижимается ко мне.
Я беру ее за руки, удерживая ее в равновесии, чтобы она могла прыгать на мне, двигаясь быстрее, снова и снова опускаясь.
На этот раз я вижу ее оргазм, она выгибает спину, когда поддается ему. Она прижимается ко мне, и чувствую, как ее лоно сжимается вокруг моего члена.
Мне не терпится достичь своей собственной кульминации, и я должен сделать это сейчас. Я толкаю Софию на спину, врезаясь в нее. Она кричит, когда толкаюсь снова и снова, глядя на ее лоно и на мой член, исчезающий в ней. Знаю, что близок, и когда она мягким голосом просит кончить в нее, я перехожу грань.
Я не могу сделать то, о чем она просит. Не буду рисковать, чтоб она забеременела здесь.
Я выхожу в последний момент, извергая сперму ей на живот, мои яйца болят от напряжения. София смотрит мне в глаза, на ее лице шок, когда изливаю последнее семя.
Я опускаюсь на нее, пытаясь отдышаться. Затем отодвигаюсь от нее.
И тут слышу аплодисменты с другой стороны решетки.
– Как романтично, – раздается голос.
Я оглядываюсь и вижу его, насмешливо глядящего на нас.
– Теперь моя очередь, – добавляет он, потирая руки.
Я отодвигаю Софию за спину, поднимаясь на ноги. Я умру прежде, чем он прикоснется к ней. Если он войдет в камеру, разорву его на куски. Теперь она моя, я буду охранять ее изо всех сил.
– Ты не прикоснешься к ней, – отвечаю я, в моем голосе нет угрозы, только обещание.
– Что на тебя нашло? – спрашивает он. – Один ее запах, и твое поведение пошло под откос. Отдай ее мне. Теперь моя очередь.
– Никогда.
– Сделаешь это и поплатишься.
Я думаю о маме. Не могу позволить ему забрать Софию. Я отрицательно качаю головой.
– Очень хорошо, – огрызается он и уходит, дверь за ним захлопывается.
– Что он имел в виду? – спрашивает София, становясь рядом со мной и положив руку мне на плечо.
– Я не знаю, – отвечаю. – Но знаю одно.
– Что?
– Нам нужно выбираться отсюда.