Она раскрыла его.
Это было буррито.
Она перевернула дрона ногой, его мотор по-прежнему крутился своим пластиковым основанием. Сбоку была яркая жёлтая надпись:
ТАКОЛЁТ!
ВКУСНАЯ МЕКСИКАНСКАЯ ЕДА
ДОСТАВИМ, ГДЕ БЫ ВЫ НИ СТОЯЛИ
Под ней был номер телефона и ссылка на страницу заказа. Сам дрон был покрашен в красный, зелёный и белый, под цвета мексиканского флага. К его вершине была приклеена шляпка сомбреро.
Она услышала голоса в коридоре.
Зои обернулась, но никого не увидела. Отголоски слов было слышно в той же стороне, где был тот самый свет в конце коридора. Зои осторожно двинулась параллельно стене, которая сильно закруглялась, пока она шла дальше. Она шёпотом позвала Машину зловония, понимая, что это было бесполезно. Вскоре она нашла источник света, выбивающегося из дверного проёма на полу под ней. В нем можно было увидеть вершину лестницы, которую кто-то приготовил, чтобы спускаться в квартиры, не падая и не ломая себе шею. На краю сидел Машина зловония, заглядывая вниз.
Что-то схватило кота. Он резко растворился в проёме.
Зои подбежала к нему, оглядываясь в последний раз, чтобы знать, что никто за ней не шёл. Она добралась до открытого проёма, подползла к нему и увидела освещённую комнату, полную грубых теней и строительных материалов. Она закричала коту, что, опять же, было глупо. Потому что даже если б он ответил, он всё равно не залез бы по лестнице (даже если бы все коты умели забираться по лестницам, она была уверена, что её кот не смог бы). Она спустилась и поняла, что находится в разбитой столовой. На полу были разбитые окна, а вокруг ничего, кроме нетронутых слоёв пыли и вялых сорняков. Вся мебель была перенесена к стене.
Над ней, справа от двери, через которую она только что прошла, стоял буфет с баром. Двое громадных латиносов использовали бар в качестве скамейки, их пыльные рабочие ботинки свисали на черную мраморную стойку. Зои обернулась и увидела позади себя ещё четырёх мужчин. У одного в руках был молот, у второго кирка, у третьего топор. Четвёртый, коренастый мужчина с татуированными на предплечьях испанскими словами, удерживал в одной руке Машину зловония и паяльник — в другой. Они все застыли в молчаливом ожидании, освещённые только тусклой рабочей лампой, из-за которой помещение напоминало средневековую пыточную камеру.
Мужчина, удерживающий её кота, сказал:
— Потерялась, Чика?
Она сильно, сильно устала. Посмотрела на лестницу, будто смогла бы успеть по ней забраться до того, как её схватят. И будто она смогла бы жить без Машины зловония.
Она измученно выдохнула и сказала:
— За мной гонятся. Мне нужно место, чтобы спрятаться. Это место ваше, парни... Я поняла. Здание большое, я найду другую комнату. Но этот кот мой. Я бы хотела его назад, пожалуйста.
Коренастый сказал:
— Мы не можем тебе этого позволить.
Другой мужчина сказал что-то на испанском. Ему ответили тем же.
— Просто верните кота. Пожалуйста, — сказала Зои.
— И куда ты потом пойдёшь?
— Куда-нибудь ещё. Пожалуйста...
Её телефон зазвонил. Решив, почему-то, что это может её спасти, она его достала. Голограмма Уилла Блэкуотера ожила, взлетев над телефоном в мрачном свете комнаты. Все вокруг отреагировали и начали переговариваться на испанском. Коренастый с котом Зои выдавил жёсткий смешок.
Зои сбросила звонок.
Коренастый оглядел её с головы до пят.
— Ты не местная, да?
— Да.
— И тебе негде остаться? Ни друзей, ни семьи? Поэтому ты забрела в горизонтальное здание? — Зои не ответила. Вместо этого, она вытерла слёзы и подумала, как сильно ей хочется где-нибудь прилечь. Она так устала.
Он сказал:
— Заключим сделку. Я отвезу тебя, куда захочешь. Может, даже поделюсь едой. Но тебе сначала придётся кое-что для нас сделать.
Двое других мужчин стали говорит с ним на испанском, настаивая и перебивая друг друга. Коренастый дернул рукой с паяльником и сказал:
— Callate.
Он обернулся к Зои и сказал:
— И ты сделаешь это всем нам.