— Тебе понравилось?
— Это потрясающе. Я никогда... не слышала...
Она вытерла со щек слезы.
Он сел рядом с ней на кровать и взял ее за руку. Было странно осознать, что они оба были обнажены, но это казалось естественным рядом с ней. Момент стал слишком напряженным, слишком сложным, к чему они не были готовы.
— Ляг на спину, Ай. Мы отстаем от графика.
Она улыбнулась, но последнее слово все равно осталось за ней.
— Спасибо. За песню.
Она быстро чмокнула его и легла по центру кровати.
Мужчина последовал за ней, добавляя свою порцию поцелуев прежде, чем отправиться южнее. Он не торопился, наслаждаясь видом ее обнаженного тела. Вершинами ее грудей, долиной между ними. Она рассмеялась, когда он озвучил свое повествование, сопровождая его поцелуями, посасываниями и ласками.
Когда он, наконец, достиг своего места назначения, он поднял голову и подмигнул ей.
— Время отметиться в отеле, — после своих слов он нырнул своим языком в ее киску.
Ее тихий смех быстро превратился в тихие охи, которые призывали его не останавливаться.
Он трахал ее своим языком, поглаживая ее клитор. После толкнулся в нее двумя пальцами, пока посасывал ее маленькую горошинку.
Она погрузила свои руки в его волосы и пару раз хихикнула, когда его отросшая щетина защекотала ее. Айлис была уже на грани оргазма, когда он отстранился.
Девушка сощурилась.
— Ты обещал, что подаришь мой второй оргазм именно так.
— Я также обещал, что он будет в гостиной. Никогда не мог придерживаться расписания.
Она закатила глаза на бессмысленность его замечания. Он был известен своей способностью опаздывать, и они оба это знали.
— Знаю.
— Но в спонтанности я ас.
Говоря это, он скользнул по ее телу вверх, пока они не оказались нос к носу, ее грудь прижималась к его, а его каменный член расположился в развилке ее бедер.
Они еще раз поцеловались после, чего он отодвинулся, чтобы взглянуть на нее.
— Ты уверена, что все будет в порядке, если...
— Кончи в меня, — пробормотала она.
Он прижал головку своего члена к ее входу, а потом скользнул в чистейший рай. Как только он оказался полностью внутри нее, остановился, чтобы сделать такой необходимый глоток воздуха.
— Я знаю, что у нас уже была близость, но...
— Ощущения другие. Еще ближе, лучше.
Он кивнул, не в состоянии выразить все чувства, что обрушились на него. Их было слишком много, и они все перемешались. Любовь, чувство обладания, страсть. Желание быть вместе навсегда, мечты о свадьбе.
Айлис должно быть ощутила его смятение. Она сумела отвлечь его своей задорной улыбкой и шуткой.
— Ты все обещаешь мне всякие извращения, но все, что я получаю, это романтика. Не то, чтобы я жалуюсь, просто...
Он поцеловал ее прежде, чем она закончила.
— Другими словами, приступить к делу?
— Просто раз начал, то не останавливайся, умник. Я не становлюсь моложе.
Он продолжал посмеиваться, отстраняясь и погружаясь в нее снова. Затем из-за ее провокации он поднял ее руки ей за голову и прижал их к матрасу, беря ее жестче. Глубже. Быстрее.
Айлис опять оказалась близка к оргазму, когда он снова отстранился.
Она вспылила.
— Какого!..
Он перевернул ее на живот, ставя на колени и вонзаясь в нее сзади.
Девушка определенно точно одобрила новую позицию, раз схватилась руками за изголовье кровати, упираясь так, чтобы добавить большей силы в его жесткие толчки. К черту романтику. Он трахал ее словно одержимый, крепко ухватившись за ее бедра, чтобы сильнее притягивать ее к себе.
И в третий раз он заставил ее зависнуть на краю обрыва, поспешно отступая.
— Клянусь Богом... — начала она, когда он снова ее перевернул.
Мужчина сел, вытянув ноги, переместив ее так, чтобы она оказалась с ним лицо к лицу.
— Разведи ноги и опустись на меня. Обхвати ногами меня за талию. Хочу видеть твое лицо, когда ты кончишь.
Она последовала его указаниям, медленно опускаясь на его член, открывая новую грань пытки в этой игре. Как только его член погрузился в нее до основания, он ухватился за ее задницу и удержал ее на месте.
Они оказались лицом к лицу, бедра к бедрам, грудь к груди, как единое целое. Было физически невозможно стать еще ближе, у них все-таки не одно тело на двоих. И тем не менее, он хотел большего.
— Скажи, что ты принадлежишь мне, — потребовал он.
— Хантер.
— Я знаю, о чем ты думаешь, во что ты веришь. И, возможно, ты еще не готова, хоть и знаешь, что это не так. Но сегодня я позволю тебе претвориться, поэтому скажи это, даже считая это ложью. Я хочу, чтобы ты попрактиковалась, хочу, чтобы ты сама их услышала, чтобы ты увидела, я прав.
— Пожалуйста, не надо...
— Скажи, что ты принадлежишь мне, Айлис. Скажи сейчас.
— Ты принадлежишь мне.
Он улыбнулся. Это не то, что он имел в виду, и она это прекрасно знала, и все же эти слова зучали чертовски здорово.
— Ты права. Я твой.
— А я твоя.
Последнее, она произнесла шепотом, и он внезапно пожалел, что не знает, она призналась в этом потому, что поверила или просто притворилась, как он и просил.
— Навсегда, — добавил он.
Неважно соврала она или нет, ее чувства все равно были искренними.
Он приподнял ее так, что лишь только головка его члена осталась внутри нее, а потом отпустил ее, и она резко опустилась вниз. Они оба застонали от интенсивности ощущений. Он повторял это действие раз за разом, пока они не стали задыхаться. Он опрокинул ее на спину, и в этот раз он убедится, чтобы она надолго запомнила этот момент. Запомнила навсегда.
Мужчина хотел, чтобы она чувствовала его «отпечаток» внутри себя до конца своей жизни. Их жизни.
Она до крови исцарапала его спину, совершенно не сдерживаясь, прося больше.
— Сильнее! — кричала она. — Боже, Хантер! Быстрее!
Они никогда не брал женщину так жестко, но Айлис не позволяла ему остановиться или сдержаться. Она хотела все, на что он был способен, и она это получит.
Девушка кончила лишь за пару секунд до него, ее внутренние мышцы сжимали его член, не оставляя ему никакого выбора, кроме как последовать за ней.
Они оба несколько минут не двигались после произошедшего. Но после того как здравый смысл и рассудок вернулись к нему, он испугался, что мог причинить ей боль.
— Айлис, — пробормотал он, заставляя себя взглянуть на нее.
— Я хочу все повторить, — ее взгляд был абсолютно чистым и сфокусированным.
Он улыбнулся.
— Дай мне год или два, чтобы прийти в себя после этого раза?
Она покачала головой.
— Час. Максимум. Может быть полчаса. И в следующий раз я хочу более извращенных вещей.
Хантер рассмеялся, оглядываясь в спальне.
— Отлично. Уверен, что смогу найти достаточно веревок и ремней, чтобы распять тебя на кровати, — пообещал он, тем не менее понимая, что все связанное с ней будет более романтичным, чем извращенным.
Она возбужденно вздохнула.
— Я передумала. Пятнадцать минут. Ни секундой больше.
Он перекатился к ней, притягивая ее в свои объятия, у нее закрылись глаза, а дыхание стало глубже, что свидетельствовало о полном расслаблении или изнеможении.
— Пятнадцать минут, мышка, — пробормотал он, веря, что заснет еще быстрее.
Лежа рядом с ней, он мысленно проиграл песню, которую написал для нее, «All I Can See», позволяя себе погрузится в глубокий сон.