Он аккуратно дополз до уровня пентхауса и уставился на разбитое стекло. Нашивер всё ещё стоял в проёме и смотрел на нас, но не решался взлететь. Его левое крыло обвисло — всё ещё онемевшее от чар Зоры.
Комната позади Нашивера казалось тихой. Удалось ли Зоре и остальным сбежать?
Какое-то движение, и рядом с Нашивером появился Ксавьер. Он уставился на нас, слегка скривив губы.
Мышцы Зуиласа напряглись, и я вцепилась в него, ожидая, что будет дальше. Если Ксавьер позовёт Зуиласа в инферно, я разобьюсь насмерть. Рискнёт ли Ксавьер так поступить? Решится ли проверить, есть ли в нашем контракте пункт об изгнании?
Прошло несколько долгих секунд, и Зуилас потянулся к следующему стальному пруту. Он продолжил подниматься вверх, оставив Нашивера и Ксавьера наблюдать за нами.
Зуилас продолжал ползти на крышу. Там должен быть доступ в здание. Конечно, внутри нас будут ждать наши враги, но это лучше, чем наше нынешнее положение.
Впереди маячил верхний выступ здания. Мой демон поднялся ещё на несколько перекладин и оказался вровень с краем крыши.
Сердце бешено заколотилось, не желая верить в то, что я увидела.
Этот край не был крышей. Пик небоскрёба загибался внутрь, сужаясь до маленького участка, борта которого были крытыми и скользкими. По ним невозможно пройти.
Зуилас притормозил, схватившись за башню крана, затем продолжил подъём до вершины крана, где длинная стрела парила над крышей. Мы можем пересечь этот опасный участок и выйти на крышу.
Я никогда в жизни не видела ничего более опасного.
Ещё один пролёт, за ним следующий. Над головой возвышалась кабина оператора. Зуилас пролез мимо неё и забрался на кливер. Над нами возвышался верх крана. Подвесные тросы тянулись до конца длинной стрелы, которая была впереди нас, и к более короткой стреле позади нас.
Я осторожна сползла со спины Зуиласа и встала на стальную конструкцию. Кран качался на ветру. Крепко прижимая меня к себе одной рукой, второй он схватился за вершину крана. Возможно он считал, что это самый безопасный способ взобраться на кливер. Возможно нам даже придётся переползти его.
Подтянув меня так, что мои ноги оторвались от опоры, Зуилас развернулся к длинному кливеру, а затем отшатнулся назад. Порыв ветра отбросил нас в сторону, из-за чего демон частично отпрыгнул назад, вытянув руку для равновесия.
Взмахнув крыльями, из кабины оператора выскочил Нашивер. Он приземлился на опору, схватившись за стальную вершину одной рукой. Злобно ухмыляясь, демон запрыгнул на противоположный кливер.
Зуилас пополз назад, быстро переступая через стальные прутья, и тут на нас обрушился шторм. Прижав крылья к спине, Нашивер двигался на нас — его глаза светились, а хвост метался из стороны в сторону.
— ЖалкийVh’alyir, — перекрикивая ветер, закричал Нашивер. — Ты трусливый ребёнок, как и все остальные демоны твоего Дома.
Зуилас отступал назад, таща меня за собой. Всё, что я могла сделать, это цепляться за него, стараясь не смотреть вниз.
— Ты хоть раз заканчивал битву? — продолжал Нашивер, — Или всё, что ты можешь, это в страхе отступать?
Зуилас остановился. Я взглянула вниз — и поняла почему. Мы были на самом конце стрелы, а позади нас зияла пустота.
На лице Нашивера застыл холод:
— Я думал, что ты будешь там, когда Ксавьер насладится своей победой. Но ты слишком слаб и действуешь слишком поспешно.
Зуилас сжал руку, прижимая меня к себе. Мы оказались в ловушке. Всего один неверный шаг, и мы погибнем. У нас не было выбора: нам оставалось либо сдаться, либо… умереть.
В пяти шагах от нас Нашивер расправил руки, ветер трепал его хвост:
— И как же ты сбежишь от меня на этот раз, Vh’alyir?
— Vh’renith vē thāit.
— Смерть для дураков, — рассмеялся крылатый демон.
Над нами завывал ветер, как будто злился, что мы всё ещё ему сопротивляемся. Зуилас поднял руку, расправил пальцы и направил открытую ладонь в сторону Нашивера.
— Я лучше умру, — прорычал он, — чем сдамся, как это сделал ты.
На его руке вспыхнула малиновая магия и поползла по венам. Она змейкой обволокла его плечи, поднялась к шее и поползла по лицу. Сияние его глаз стало ярче, а магия слегка потускнела, едва просвечиваясь сквозь кожу.
Над его пальцами сформировался круг заклинаний, заполненный рунами. Глаза Нашивера расширились. Когда заклинание Зуиласа засверкало ещё ярче, крылатый демон отступил назад.
Из сверкающего круга вырвалось заклинание: три луча малиновой силы переплелись и выстрелили в сторону Нашивера.
Демон распахнул крылья.
Его одновременно ударил ветер и чары. Он отскочил назад, отброшенный бушующими порывами ветра, и заклинание Зуиласа ударило вершину — там, где стрела крана соприкасалась с его центральной башней. Металл завизжал, а кливер под нами яростно закачался.
И в этот момент ветер наконец смог нас победить.
Мы с Зуиласом отлетели в сторону — и начали падать. На этот раз в пределах досягаемости не было ни небоскрёба, ни башенного крана. Ничего, кроме открытого пространства.
Шесть секунд.
Мы ныряли в пустоту, кружась на сильном ветру. Меня схватил штормовой ветер, вырывая из хватки Зуиласа. Он сумел схватить меня за предплечье — его когти прорвали куртку и впились в кожу.
Пять.
Перед глазами горел малиновый свет. По рукам Зуиласа к его плечам змейкой струилась магия, становясь всё сильнее. Его глаза отображали всю его демоническую сущность. Он даже не мигал, и из-за черноты я не могла рассмотреть зрачки.
Четыре.
Его рот зашевелился. Ветер унёс его слова, но я могла сказать, что это был не английский. Мы пронеслись мимо тёмной стены небоскрёба.
Три.
Из него вырвался красный свет, ослепляя меня. Порыв воздуха. В животе что-то вздрогнуло, а затем поднялось.
Мимо нас промелькнул небоскрёб и исчез. Огни. Мы пронеслись мимо городских огней. Мы не падали. Мы… мы…
Зуилас схватил меня за руку, таща меня за собой пока мы взлетали…парили на рубиновых крыльях, выстреливающих из-за его спины. Полупрозрачные, как и его фантомные когти. Пропитанные силой и пульсирующей магией, они были такими же большими, как у Нашивера, но гораздо, гораздо красивее.
Под нами мелькали центральные улицы. По мере полёта мы начали терять скорость и высоту. Он наклонил свои призрачно-красные крылья, и мы пронеслись между двумя многоэтажными зданиями. Перед нами замаячила широкая полоса темноты — Фолс Крик. Бухта, врезающаяся в центр Ванкувера.
По мере того, как снижалась наша скорость, мы всё быстрее и быстрее падали. Зуилас не стал махать крыльями, а наклонил их, и мы повернули направо. Земля резко взметнулась вверх, и он взмахнул крыльями.
Мы резко остановились в воздухе и пролетели вниз несколько метров. Мои ноги ударились о мягкую землю, и я приземлилась на задницу, зарываясь руками в холодный песок.
Рядом со мной приземлился Зуилас и опустился на четвереньки. Светящиеся крылья изгибались на его спине, когда он глотал ртом воздух. Всё его тело дрожало. Пульсирующие вены магии вспыхнули ярче, и крылья потеряли свою прочность.
С лёгким шипением они растворились в мерцающих полосках, которые отделились от его спины. Магическая сила сначала угасла, а затем и вовсе исчезла. Наступила тьма — сияния многоэтажек едва хватило, чтобы осветить его силуэт.
Он упал на песок.
— Зуилас!
Я бросилась к нему, схватила за руки и перевернула на спину. От тяжёлого дыхания его грудь вздымалась и опадала, его конечности дрожали.
— Зуилас, что случилось? Я пошарила по карманам, нашла телефон и включила фонарик. Яркий свет осветил его лицо и он прищурился, отворачивая лицо, но не раньше, чем я успела увидеть его угольно-чёрные глаза.
Ну конечно же они были чёрными. А иначе я бы увидела их свечение.
Я направила свет на его тело, ища раны, но обнаружила всего лишь порез на его бедре. Затем снова посветила на его лицо:
— Зуилас, пожалуйста. Скажи мне, что не так?
Он что-то прорычал между тяжёлыми вздохами. Спустя мгновение он прохрипел:
— Vīsh.
— А?
— Vīsh, чтобы летать, — сморщился он. — Всё печёт.
— Я могу что-то сделать?
— Тепло.
Я принялась дико озираться, освещая фонариком длинную полосу песка. С одной стороны плескалась вода, с другой — деревья, трава и пешеходная дорожка со скамейками. По моим предположениям, мы приземлились на Сансет-Бич, в шести кварталах от пентхауса.
Здесь нет ничего, чем бы я могла его согреть.
Засунув телефон в песок так, чтобы он освещал нас, я улеглась рядом с ним, прижалась к нему, и закинула руку ему на грудь. Я много не могу сделать, но по крайней мере я могу заблокировать ледяной морской бриз, дующий с воды.
Я уткнулась лицом в изгиб его шеи, считая время между его вдохами. Меня охватил облегчение, когда его быстрое дыхание замедлилось.
— Поверить не могу, что мы выжили, — промямлила я.
— Я не знал, удастся ли нам, — прохрипел он.
— Эта магия, которую ты использовал, чтобы создать крылья… Я не знала, что демоны могут такое.
— Они не могут.
Я моргнула, желая увидеть его лицо. Мы лежали в тишине, пока он делал вдох-выдох, успокаивая дыхание.
Наконец он заговорил так тихо, что я бы не услышала его, если бы не была так близко.
— Это не обычное vīsh. Это особенное, секретное vīsh, о котором не знает ни один другой Dīnen.
Его руки вокруг меня напряглись, но тут же расслабились.
— Это магия payashē.