Чамо, похоже, все еще искала Ханса. Ее Джума не трогали Фреми и остальных.
- Ролония. Успокойся и выслушай.
Фреми спряталась среди развалин и заговорила с Ролонией, хотя все еще не взяла себя в руки. Она не могла не думать об Адлете и словах Кьема-лебедя. Если умрет Тгуней, погибнет и Фреми, а потом и Адлет. Она объяснила все потрясенной Ролонии.
- Не пойму причину. Если умрет Фреми, то и Ад-кун... Что сделал Тгуней?
- Ролония-сан, мы знаем не все. Но сейчас важнее исцелить красное пятно на груди Фреми, - сказала Нашетания. Фреми чувствовала угрызения совести при виде растерянной Ролонии.
Все было из-за нее. Фреми не понимала, почему она все еще жива. Ведь пока она была жива, ее использовал Тгуней.
- Прости, Ролония. Это я виновата...
Вдруг Ролония с силой ударила себя по лицу. И потрясение сменилось решимостью в ее глазах.
- Фреми-сан, не нужно извиняться. Ад-кун ведь еще жив.
Фреми сняла перчатку и проверила метку. Все шесть лепестков оставались на месте.
- Хоть Ад-куна и схватили, нельзя останавливаться. Нужно следовать ей. Я хочу найти Тгунея... Фреми-сан, не переживай, - Ролония издала смешок. - Потому что Ад-кун - сильнейший в мире.
Фреми поражала ее сила. Она боялась, но внутри оставалась сильной.
«Мы с ней такие разные».
- ...Ролония, и почему я Герой?
- Фреми-сан, покажи свою грудь. Уверена, я найду способ исцелить тебя...
- Пожалуйста, Ролония-сан. А я посторожу, - Нашетания отошла. Ролония прижала ладонь к груди Фреми.
- Фреми-сан... Я и не думала никогда, как тебе тяжело.
Фреми молчала.
- Но пока с нами Фреми-сан, все в порядке. Иначе у Ад-куна разобьется сердце, и он не сможет сражаться. Так что Фреми-сан очень нужна Героям.
- Понимаю. Я не проиграю.
Фреми отчаянно пыталась улыбнуться. Она улыбалась невольно. Она помнила, что про улыбки говорил Адлет.
- Стратегия еще не раскрыта, так что шанс убить Тгунея остается, - отметила Ролония.
* * *
Перед глазами было лицо Фреми. Грудь сжималась от мыслей о Фреми. Адлет изо всех сил старался прогнать эти мысли. Адлет боролся.
Снаружи казалось, что он безмолвно стоит. Но внутри шла тяжелая борьба.
Он хотел счастья для Фреми. Душа хотела кричать, Адлет едва держался. Как он мог забыть? Фреми пыталась убить Тгунея, даже если пришлось бы жертвовать собой.
Кьема кричали ей сдаться, зародили сомнения. Но если он хотел сделать Фреми счастливой, он должен был убить Тгунея. Так решила Фреми.
Адлет крепче сжал меч. Рядом было несколько Кьема. А Тгуней стоял близко и не двигался.
- Значит, моя смерть принесет Фреми счастье? - Тгуней словно читал его мысли. - А я скажу кое-что хорошее. Собака Фреми и ее мать неплохо себя чувствуют.
От этих слов меч Адлета замер. А Тгуней снова проклял себя Книгой правды:
- Мама Фреми любила ее искренне. Она все еще ждет возвращения Фреми.
Адлет вспомнил разговор с Фреми в барьере Тумана Иллюзий. О маме, о семье, о тяжком предательстве. Тогда Адлет понял, что Фреми хотела бы вернуться в семью.
- Не только мать, но и многие Кьема ждут возвращения Фреми. Это тоже правда, просто, как я говорил, на использование Книги правды существует предел. Я его исчерпал.
Действие Книги закончилось. Адлет не знал, было ли последнее правдой. Но мама Фреми точно ее любила. Сердцу Адлета было больно.
* * *
В этот раз Тгуней соврал. Книгу правды еще можно было использовать. И Тгуней удивился, когда Адлет сказал:
- Прокляни себя Книгой правды и скажи, что хочешь счастья для Фреми.
Но Тгуней не мог этого сделать. Он хотел увидеть, как она страдает от любви. Но еще рано было раскрывать Адлету правду.
* * *
- Ты хочешь своими руками сломать счастье Фреми? - от слов Тгунея Адлет снова замер. - Расскажи мне о стратегии. Если она будет осуществляться, Фреми умрет. Фреми не будет мешкать и решит убить меня даже ценой своей жизни. Но если ты предашь Героев, Фреми точно будет счастлива.
Фреми будет счастлива. Адлет представил будущее. Все Кьема извинятся перед ней. Сначала Фреми будет злиться, но потом расслабиться. И она воссоединится с мамой и собакой. Будет спокойно жить в мире, где не будет людей, где ее будут считать героем.
Адлет не мог представить всего. Но он уже сдался. Кьема-леопард. Слово, казалось, сорвалось с губ.
- ...Гха! - Адлет попытался ударить его по лицу. - Мне плевать на счастье Фреми. Фреми мне не друг... теперь она мой злейший враг!
Ненавидь ее. Так он говорил себе. Только так он мог прогнать свои чувства к Фреми.
Она Кьема. Хоть она и наполовину человек, но половина в ней от этих демонов. Этого хватало, чтобы ненавидеть. Не было смысла защищать дочь Кьема.
«Думай об этом. Ищи причину ненавидеть Фреми».
Адлет закрыл глаза и думал о прошлом. О разрушенной деревне, о жителях, ставших солдатами-трупами. И о Раине, умершем на его глазах.
- ...Ты разрушил мою деревню, сделал меня седьмым.
- Да, чтобы управлять тобой, чтобы ты ненавидел Кьема.
«Разве? Это чтобы я защищал Фреми. Без нее моя деревня уцелела бы. А из-за нее теперь разрушена», - Адлет старался разжечь ненависть. Он старался вернуть желание отомстить.
- Раина... - сказал Адлет. Тгуней смотрел на него.
- Раина?.. О, твой лучший друг. Бедняжка, ведь он стал солдатом-трупом, - сказал Тгуней. Он не знал, что вчера они видели Раину.
Адлет мысленно просил:
«Раина, сестра, дайте сил. Дайте ненависти, чтобы убить Фреми. Дайте сил уничтожить фальшивую любовь».
И ненависть появлялась в Адлете. Эта сила помогала поднять меч. Желание Адлета убить Тгунея росло.
- Но Фреми ничего не знала.
И эти слова рассеяли ненависть.
* * *
Одиннадцатый рядом с Тгунеем тревожился. Когда Адлет расскажет о стратегии Тгунею? Сколько еще времени они так потратят?
Одиннадцатый не сомневался в его силах, но тревожился. Могло многое произойти. Фреми могла решить довести стратегию до конца. Сюда могла попасть Чамо. Что угодно.
Нужно было быстро получить у Адлета информацию и уходить. Тгунея могли обнаружить.
Одиннадцатый вспомнил слова Кьема с тремя крыльями. Тгуней мог сбиться, и его нужно было направить. Тгуней был важнее всего.
Но злить Тгунея было опасно. Одиннадцатый собрался с силами и обратился к нему, используя шифр.
- Тгуней-сама, хватит играть... Получите информацию у Адлета и уходите. Оставьте Героев Тринадцатому, прошу.
Тгуней посмотрел на Одиннадцатого и тихо ответил:
- Как только убьем Героев, совершишь самоубийство. У тебя хорошая способность, но ты надоел.
Одиннадцатый промолчал. Он не понимал, что не так. Но приказ Тгунея не оспаривали.
- Я не позволю тебе воскреснуть. Уничтожишь ядро. Ты меня разозлил.
Одиннадцатый думал. Нужно было служить другому? Что-то шло не так. Но приказы Тгунея были важны. Нужно было слушаться.
* * *
Тгуней уже не думал о разговоре с Одиннадцатым. Он сосредоточился на лице Адлета.
Адлет забавлял Тгунея. Он боролся с любовью и не хотел разрушать мир. Но еще немного, и он сломается. Тгуней выжидал. И Адлет ради любви бросит мир. Тгуней уже видел этот миг.
* * *
Ролония осторожно ощупывала грудь Фреми. Она уколола Фреми иглой и поймала каплю крови. Она попробовала кровь, пытаясь понять, что это за болезнь.
А Фреми пока что размышляла. Тгуней не мог незамеченным сделать с ней что-то. Она вскоре сдалась. Вариантов было очень много.
- Что-то поняла?
- ...Не знаю, как я раньше не поняла. Это пятно... это не болезнь, это сила Кьема, паразита. Хотя похоже на болезнь... точнее сказать не могу.
Ролония осматривала тело Фреми, хмурясь. Фреми думала. Могла ли она как-то помочь Ролонии? Фреми вспомнила семью. Маму, белую ящерицу, красного муравья, птицу. Может, они что-то знали бы об этом пятне.
Вместо этого Фреми лежала в тени и не знала, что с ней. Были ли подсказки от них? Фреми пыталась вспомнить.
А Ролония положила ладонь на сердце Фреми. И от этого Фреми что-то вспомнила. Когда Фреми была маленькой, ее мама гладила ее грудь усиком. Словно гладила сердце. И хотя была растеряна, она касалась ее без страха. Фреми решила использовать это воспоминание.
- Сердце... - выдохнула Фреми. - Ролония, осмотри тщательно сердце.
Ролония кивнула. Она осторожно вонзила иглу в сердце Фреми, повторила действия с кровью, как и в первый раз. Фреми задержала дыхание и ждала ответ Ролонии.
- ...Вот оно, - выдохнула Ролония. - В сердце есть что-то опухшее. Маленькое, заметить сложно. Но его щупальца растянуты и ранят сердце и легкие. А яд щупалец может уничтожить ядро.
- Можешь избавиться от него?
- Странное место для размещения... Но если убрать эту припухлость, можно тебя спасти.
Фреми взволновалась:
- Ролония, ты можешь избавиться от этого?
Ролония молчала. Фреми повторила.
- Нет, я слышала. Я попробую.
Ролония сосредоточилась. Свет из ее ладони ударил грудь Фреми. И много крови тут же полилось из ее рта.
- А-а-а-а-а! - завопила в панике Ролония. Она придерживала челюсть Фреми и пробовала другую технику.
Фреми встала, истекая кровью. Снова не удалось. Но ей нужно было найти способ, чтобы спасти Адлета.
* * *
Адлет стоял на коленях перед Тгунеем. Он хотел счастья для Фреми. Он не мог заставить себя ненавидеть ее. Он боялся, что выдаст слова о Кьема-леопарде, о пожаре.
- ...Я сильнейший в мире, - сказал Адлет. У него оставались лишь эти слова. Сильнейший человек в мире не мог проиграть. Он мог вынести все сложности. И хотя потеря Фреми была ужасной, сильнейший в мире мог это вынести. Он мог сокрушить фальшивую любовь.
«Нужно верить. Я - сильнейший в мире. Я не пешка Тгунея. Не его игрушка».
* * *
Фреми кашляла. Казалось, она потеряет сознание от боли. Но Фреми попросила Ролонию попробовать снова. В этот момент вернулась Нашетания.
- Уходим... Близко Кьема.
Ролония помогала Фреми идти, они покинули укрытие в развалинах. Нашетания оценила ситуацию по их виду. И Нашетания сказала, пока отбивалась от Кьема, преследующего их: