Глава 14
Нью-Йорк, шесть лет назад
Белые стены были увешаны плакатами и фотографиями, отражавшими, кем была Тея до того, как началось это безумие. Тея знала, что Аманда терпеть не может рок-группы, но позволяла ей их слушать. Ещё висели вырезки Калеба Фоллоуилла[2] и Райана Гослинга[3] из журналов. И плакат мультфильма «Вверх», на котором Тея за первые десять минут выплакала все слёзы. К ним крепились снимки одноклассников с двенадцати до пятнадцати лет.
Тея часто гадала, что Эшфорт рассказал о ней в школе и её друзьям. Как объяснился с её психотерапевтом. Как-то она набралась смелости спросить у Девона, и тот рассказал, как папа сообщил всем, что Тея вернулась в Англию к семье матери. И никто не засомневался. Никто не спросил ничего у Эшфорта. От этого она смеялась две секунды, а потом смех превратился в истерические всхлипы. Никому не было дела до того, где она. Никто не придёт за ней.
Даже при наличии шкафа книг и DVD-дисков, а ещё старого телевизора и проигрывателя в углу, Тея редко покидала большую кровать. Все предметы в комнате были пропитаны веществом, которое обжигало при прикосновении, и от постоянного пребывания вблизи него Тея ощущала себя слабой, как при простуде. Так ей казалось, что ощущают себя при простуде.
Услышав щелчок замка, Тея повернула голову и наблюдала, как открывается тяжёлая бронированная дверь. Вошёл Девон, а за ним — страж-оборотень, который встал у закрытой двери. Когда приходил кто-то из Эшфортов, оборотень или вампир всегда защищали их.
В прошлом месяце Эшфорт забрал столько крови у Теи, что она не могла даже открыть глаза от слабости. Один страж — человек — попытался воспользоваться этим. Он к ней в кровать ночью. Тея не знала, где нашла силы отбиваться, но в страхе и гневе пробила дыру в его груди. Он — первый, кого она убила. Эшфорт убрал всё, словно проблемы не было. А затем по-отечески ей улыбнулся и похвалил за силу. Аманда и Девон были в ужасе, и он пообещал всем, что такое не повторится. Но всё продолжалось, пока Эшфорт держал её тут. Пленницей. Научным экспериментом. Жертвой пыток.
Четыре ужасных года.
Она отвернула голову от Девона, не могла смотреть на него. Прошлой ночью Тея сбежала. Снова. На это ушло много сил, которых её лишала комната, но она хотела убраться подальше. К сожалению, последние два раза она даже из дома выйти не успела, кто-то стрелял ей в спину дротиком с чёрным веществом, которым Эшфорт ослаблял её вне комнаты.
— Папа злится, Тея. — Она услышала, как Девон придвинул стул к кровати. Да, это она поняла, когда он ударил её. Тея сбежала, но вампир догнал её на теннисном корте и ввёл препарат. Последнее, что она помнила перед тем, как отключилась — гневное лицо Эшфорта и его удар по животу. — Я переживаю. Ещё ни разу не видел его таким злым.
Она фыркнула и посмотрела на красивое лицо приёмного брата.
— Если переживаешь, давно бы вытащил меня отсюда.
От сожаления его лицо помрачнело.
— У него слишком много людей. Он слишком силён.
Да, Джаспер Эшфорт благодаря деньгам окружил себя сверхстражами на острове. Он купил маленький остров на реке Лоуренс, в стороне от озера Онтарио, пару лет назад. Остров располагался далеко от других на реке, так что был уединённым. Эшфорт перестроил дом для своих целей, и, насколько Тея знала, на сушу никто, кроме семьи не высаживался. Никто из его богатых знакомых бизнесменов или друзей не знал, что он уже четыре года держал пленницу в подвале дома на острове.
— Я спасла тебя, — прошептала она.
Девон, глаза которого сверкали, кивнул.
— Знаю, и ты не представляешь, как сильно я хочу отплатить за это. Но мне не хватает сил бороться с ним. Прости.
Тея вспомнила первые дни после крушения самолёта. После того, как пережила ужасное падение с неба, крики ужаса, которые ещё звенели в ушах, страх в глазах родителей, когда они посмотрели на неё в последний раз… И саму катастрофу. Тея помнила шум, боль и жжение во всём теле, отвратительные запахи, но не могла вспомнить, как выбралась из обломков. В один миг самолёт рухнул, потом была тьма, и дальше Тея оказалась на земле в окружении металла. Врач сказал, что ей повезло, и Тея согласилась. Не всё нужно помнить.
Эшфорты переживали, что она не говорила, иначе не повели бы её к врачу, но и там она не сразу заговорила. Только неделю спустя, когда Девон — мальчишка на год старше — нашёл её одну в саду и стал рассказывать о видеоигре, в которую играл. Тея стала его слушать и впервые ощутила каплю нормальности. Когда он потом спросил, хочет ли она мороженое, она открыла рот и сказала «Да». Девон взял её за руку и повёл в дом.
Годы с двенадцати до пятнадцати были не простыми. Но она верила, что её защищали. Эшфорт отгонял прессу. Все хотели знать о ребёнке, который чудом пережил авиакатастрофу. Позже Тея узнала, что правительство приходило посмотреть на девочку, которая почти не пострадала после крушения, и Эшфорт использовал все связи, чтобы прогнать их. А ещё были верующие, которые хотели побыть рядом с ней, потому что верили, что её коснулся Бог. Эшфорт и их отшил. И Тея была благодарна, ведь в тайне боялась открытия того, что она иная. Родители старались защитить её тайну.
Дети в её новой частной школе сначала сторонились, но Девон был там популярен и пробил для неё дорогу. Она завела друзей, хорошо училась, и каждая неделя у психотерапевта показывала, что она нормально справлялась с травмой от потери родителей. Вот только Тея была недостаточно осторожной насчёт своей силы и способностей исцеления, насчёт всех странностей, на которые способна и которые родители научили скрывать. Если бы не эти проблемы, Тея была бы счастлива, насколько могла без родителей. Порой она чуть не попадалась Эшфортам. Порезы тут же заживали. Сломанная нога от падения на лыжах чудом стала целой, когда её подняли на вершину холма. Она думала, что скрыла это.
Два года спустя, на её четырнадцатый день рождения, Эшфорт попытался усадить её на частный самолёт, чтобы полететь на отдых семьёй в Италию. Тея потеряла контроль на глазах семьи, которая сидела в лимузине и ждала, пока Тея выйдет к самолёту. Тея помнила, как во время борьбы затрещал воздух, и Эшфорты в ужасе уставились на неё, спрашивая, что с её глазами, а потом…
Она помнила взрыв стекла. И по сей день не знала, как сделала это… как разнесла на осколки лобовое стекло самолёта… но так и случилось. Тея была рада, что пилот и его помощник не пострадали. Но в тот миг всё изменилось. Эшфорт понял, что значило её выживание при падении самолёта, заживший перелом ноги, и, как наивная дурочка, какой Тея тогда и была, она рассказала семье Эшфорта об имеющихся у неё способностях. О том, как родители защищали её и помогли их скрыть.
«— И они не знали, кто ты? — раздражённо спросил Эшфорт. — Ты удивительная. Тея, они не захотели узнать, почему?
— Я — их дочь. Они были людьми. Как я могу быть кем-то ещё?»
Эшфорт был потрясён. Даже в четырнадцать лет она знала, что для него важнее власть. Он упивался властью и был одержим силой, необходимой для этого.
Первый год после того, как семья узнала, был не так и плох. Аманда переживала и настаивала, чтобы Тея прятала способности, ругала Девона, когда он уговаривал Тею на гонки, в которых не мог победить. А он просто хотел увидеть, как быстро Тея бегает. Девон вёл себя как обычный пятнадцатилетний пацан, узнавший, что с ним жила сестра, похожая на супергероя. Он думал, что это круто.
Тея знала, что Эшфорт стал проверять её. Он приходил с находками, открывал для неё мир сверхъестественного. Оборотни, вампиры и ведьмы существовали. Но Тея была не такой, как они. И он искал дальше.
Спустя месяцы Девон заболел. Лейкемия.
«— Мой сын умирает, Тея, — Эшфорт ворвался в её спальню ночью, словно маньяк, и рухнул на край кровати. — Ты должна помочь.
— Как? — прошептала она, боясь, что потеряет ещё одного дорогого человека.
— Твоя кровь. Я пробовал кровь вампира, кровь оборотня. Они быстро исцеляются, но их кровь не помогает людям с лейкемией. — Он давал Девону кровь других существ? Тея была в шоке. — Не смотри на меня так. Я должен был попробовать. И ты должна дать свою кровь.
В груди свернулся ком — странное предчувствие — но она кивнула, соглашаясь».
Это сработало. Девона спасли. Но жизнь Теи изменилась, что стало заметно уже на следующий день, когда появилось жжение на шее — которое она ощущала и в день смерти родителей — сердце заколотилось, и всё существо пронизывал страх. Тем утром Эшфорт пришёл на кухню. Сначала просто хотел больше крови — у него нашлись люди, которым он мог доверить анализ. Но Тея вскоре стала понимать, что он узнал о ней больше, чем рассказывал.
«— Я хочу проверить пределы твоих способностей».
Он заставлял её учиться сражаться с оборотнями и вампирами. Сверхъестественные мужчины и женщины, которых он тогда держал в поместье. Хотя говорил, что они — её тренера и телохранителями, Тея знала, что они её тюремная стража. Как Эшфорт и надеялся, она вскоре превзошла их на уроках, и сражения стали не учёбой, а проверкой её скорости и силы против самых сильных сверхсуществ, которых он мог найти. Эшфорт не пускал её больше в школу и не привозил на остров учителя, так что её учила Аманда. Тея подслушала спор между Эшфортом и Амандой насчёт его обращения с ней, но он пообещал жене, что не навредит Тее.
Тея знала, что это ложь. Жжение на шее говорило об этом. Её подозрения оправдались, когда Эшфорт позволил вампиру сломать ей шею. Доказательства стали железными, когда волк вонзил нож ей в живот. И превратились в жуткие пытки, когда в неё стреляли, пока она бежала по полосе с препятствиями.
Тея продумывала побег, воровала деньги в доме, где могла, прятала их под матрасом, но не знала, что Эшфорт узнал о ней кое-что важное. В один из дней он убил всё оставшееся тепло к нему, когда пришёл с клинком из металла цвета ртути. Тея приготовилась, но ничто не могло подготовить её к агонии, пронзившей живот, когда Эшфорт вонзил нож, просто наблюдая за реакцией, как за научным экспериментом. Тея, потрясённая, лежала на полу, она ещё не испытывала такой боли. Даже ожоги от крушения самолёта так не болели. Эта рана заживала намного дольше. Аманда зашла в комнату, не зная, что происходило. Тея все ещё помнила её крики ужаса, когда она подумала, что Эшфорт убил Тею.