– Это твой калеченный дружок?
– Гарик, перестань! – Лиля покраснела.
– Кто на тебя такую рыжую да конопатую, кроме хромого позарится? – с издевкой спросил парень.
– Слышь, приятель, топал бы ты? – поморщился Артур.
– Не волнуйся, старичок! Никто твою принцессу не уведет. Тебе, небось, и такое за счастье. Впрочем, бабы тебе, наверное, не нужны. Прощавайте, влюбленные!
Парни расхохотались и ушли. Артур хоть и терпеть не мог драться, сейчас очень сожалел о том, что не может догнать своего обидчика. Лиля сидела и кусала губы.
– Это твой бывший приятель? – спросил Артур.
– Да, – чуть слышно ответила Лиля.
– Тебе повезло, что он от тебя сбежал, – он взял Лилю за руку. – А мне повезло, что у меня есть ты.
– Рыжая и конопатая?
– Золотая. Ничего он в женщинах не понимает.
– Артур, только не убеждай меня…
– В том, что ты блондинка, убеждать я тебя не стану. А во всем остальном, поверь мне, я толк знаю лучше него.
Ещё через несколько дней Артур от Лили узнал, что Гарик приходил к ней мириться. Он уговаривал оставить Артура и вернуться к нему. Лиля отказалась.
– Что, хромой лучше? – попробовал мрачно пошутить Артур.
– Я вот подумала, что ты к женщинам ходить не будешь. Это раз, – Лиля с серьезным видом загнула палец. – Два, тебя не пошлют в командировку. Три, не будешь ходить пить пиво и вообще целая куча преимуществ. Моя ревность может спокойно спать.
– А если меня починят, ревнивица моя ненаглядная? – Артур оттаял.
– Я закажу для тебя кандалы и гирю, – Лиля взъерошила его волосы.
– Суровый ошейник заказать не забудь.
– Никогда, – Лиля провела рукой по его шее и задержала пальцы на ямке между ключицами. – Я не смогу тогда поцеловать тебя сюда.
– Что, нравится?
– Конечно. Особенно, как ты после этого меня обнимать начинаешь, и совсем ничего не хочешь, – Лиля рассмеялась.
До очередной операции оставалась всего неделя. Через три дня нужно было ложиться в институт.
В тот день стояла прекрасная погода. Артур и Лиля пошли в сквер. Когда они возвращались домой, увидели Гарика и ещё троих парней. Они стояли и внимательно наблюдали за Лилей и Артуром. Матери дома не было. Артур включил музыку. Лиля сидела у него на руках.
– Скоро ты снова будешь дежурить со мной, – сказала она, целуя Артура в лоб.
– Конечно. Вдруг тебя решит кто-нибудь увести.
– Не издевайся.
– А я не издеваюсь. Твой бывший приятель очень бурно стал проявлять к тебе интерес. Хочешь, я тебе маленький секрет открою? – Артур улыбнулся.
– Относительно чего?
– Относительно того, как к себе кого-нибудь привязать.
– На всякий случай, давай. Может я когда-нибудь решу завести себе любовника.
– Так, похоже, гирю и кандалы придется заказывать и для тебя. Ну, ладно уж, пообещал, придется говорить. Всё очень просто – того, кто тебе отказал, будешь домогаться всеми возможными способами. И, чем меньше ты оказываешь кому-то внимания, тем больше окажут его тебе.
– Пробовал? – Лиля приподняла его голову за подбородок.
– А на второй секрет мы не договаривались.
– Так что, перестать обращать на тебя внимание? – Лиля лукаво улыбнулась.
– Не получиться.
– Это почему же?
– Я просто сделаю вот так, – ладонь Артура легла на затылок Лили. – И отвернуться не сможешь. Разве ты забыла?
– Не забыла, – Лиля коснулась кончиками пальцев его губ. – И отворачиваться не стану.
Она склонилась к Артуру и коснулась губами его губ. Он тоже ответил чуть ощутимым касанием. Им обоим нравилась эта игра – сначала легкое касание, потом сильнее и сильнее. Постепенно поцелуи становились долгими, от них кружилась голова, кровь стучала в висках…
Как открылась дверь и кто-то тихо вошел, они не слышали. Лиля вскрикнула, когда сзади за волосы её схватила сильная рука и рванула назад. Сладкий туман вмиг исчез. Перед ними стояли Гарик и его друзья.
– Как ты сюда попал?! – спросил Артур.
– Через дверь. Вы так смачно лизались, что уже ничего не слышали и не видели, – ответил Гарик. – Хочешь сказать, что девку у меня увел? Мало у тебя ноги покалечены?
– Пошел бы ты, – предложил Артур.
– Точно! Вместе с ней! И не пугай меня, что ты встанешь, и мне будет плохо. Я испугаться боюсь! Писаюсь я от страха.
– Зато я – нет. Оставь Лилю в покое!
– Ой, держите меня! – Гарик расхохотался.
– Гарик, уходи! – Лиля сделала шаг вперед.
– Слушай, а твой красавчик может ещё что-нибудь, кроме как поцеловаться?
– Уходи!
– Мы вот за тем и пришли, чтобы помочь ему. А то тебя давно не драли.
То, что началось дальше, вряд ли приснилось бы в кошмаре. Завязавшаяся борьба, была короткой, но жестокой. Артура выключили ударом ноги в лицо. По всей видимости, без сознания он пробыл недолго. Когда пришел в себя, он лежал на полу, руки были заломлены за спину и чем-то связаны, голова болела не меньше, чем тогда, когда он пришел в себя в госпитале, во рту было полно крови, носом он дышать не мог. Артур шевельнулся и попробовал приподнять голову.
– Он в себя пришел, – услышал он над собой хриплый голос. – Ну, что, Гарыныч, начнем?
– Начнем, – ответил голос Гарика. – Держи его хорошо и рот ему полотенцем завяжи, а то орать начнет. Музыку погромче, сейчас танцы устроим. А ты, старичок, кино смотри.
Сверху на спину Артуру уселся один из парней и приподнял его голову за волосы. Артур увидел, что Лиле заклеили пластырем рот, и платье на ней было разорвано. В следующий момент рот Артуру завязали полотенцем. Тот, кто сидел у него на спине, держал его за волосы с большим знанием дела – Артур не мог даже моргнуть. Попытка вырваться была безрезультатной. В последующие два часа Артур предпочел бы потерять сознание, сойти с ума, умереть, что угодно, только бы не видеть того, что делали с Лилей. Потом его ударили головой об пол, и он снова потерял сознание…
В институте травматологии он оказался раньше положенного срока. Операцию перенесли на две недели, потому что у Артура было сотрясение мозга, сломаны два ребра, переносица и вывихнута челюсть. Впрочем, вывихнутая челюсть оказалась полной ерундой. Четыре дня перед глазами всё плавало, его мутило, он то приходил на некоторое время в себя, то снова проваливался в какое-то полузабытье и даже говорить толком не мог. Когда голова стала более ясной, Артур обратил внимание на странные настороженно-сочувствующие взгляды окружающих. У матери были заплаканные глаза. Медсестры перешептывались, и он знал, что говорят они о нем и Лиле. Он всё помнил.
– Ма, сколько я здесь уже? – спросил он у матери вечером в тот день.
– Четыре дня.
– Что с Лилей?
– Артур, я всё скажу тебе потом. Тебе сейчас нельзя нервничать, – мать отвернулась и вытерла глаза.
– Что с ней? – настойчиво повторил Артур. – Она в больнице?
– Она умерла, – мать заплакала.
– Умерла?! – Артуру показалось, что он кричит, но на самом деле с губ сорвался хриплый шепот.
– Я вернулась домой с работы, дверь была открыта… ты лежал на полу, связанный, избитый и без сознания… всё кругом было кровью забрызгано… в прихожей осталась Лилина сумочка… утром её нашла мать в ванне с перерезанными венами и записка для тебя была… она у следователя…
– Господи! – Артур закрыл глаза. – За что?!
Снова, как в госпитале, ему показалось, что жизнь кончилась. Он лежал, глядя остановившимися глазами перед собой, и вспоминал Лилю. Не мог он представить себе её мертвой…
Через неделю пришел следователь. Если бы Артур мог в то время удивляться, он бы удивился, потому что увидел Дмитрия Павловича. Он придвинул стул и сел рядом с кроватью.
– Привет, старому знакомому, – доставая из папки лист бумаги, сказал он. – Не думал, что мы с тобой встретимся таким образом.
– Здравствуйте, – вяло поздоровался Артур.
– Ты как, в состоянии разговаривать?
– Да, нормально всё. Если хотите, я сесть могу.
– Лежи. Теперь мы с тобой будем общаться официально. Я дело веду по поводу нападения на тебя.