Глава 8
— Крид—
После обеда они провели в дороге еще два часа, но к вечеру небо быстро начало темнеть. Крид знал, что нужно найти место для ночлега, где можно согреться либо теплом тел (предпочтительней всего), либо огня, либо и тем, и другим. Они неуклонно продвигались вперед по проселочным дорогам, устланным упавшими листьями. Природа была красива, словно с миром ничего не случилось. Вот только все-таки случилось. Охрененеть как случилось.
Крид был рад вести мотоцикл и молчать, даже если чувствовал себя обязанным обсудить произошедшее утром и все исправить. Хотя… что тут исправлять? Они переспали. Ему хотелось повторить. Потом снова. Внести секс в распорядок дня. Нужно ли говорить об этом? Или с кем-то вроде Нины разговоры лишь усугубляли ситуацию? Крид знал, что не следовало много об этом думать.
По пути он осматривал фермы, ища убежище на ночь, пока не увидел впереди движение. Два человека возле машины, уже заметившие приближавшийся мотоцикл. Замедлившись, Крид почувствовал, как Нина позади него напряглась. Он знал, что она приготовилась и держала руку на прикладе револьвера.
Возле машины стояла пара пожилых людей лет шестидесяти. Женщина выглядела уставшей и испуганной, мужчина целился из винтовки. Подъехав ближе, Крид поднял руку, давая понять, что пришел с миром, хотя, как и Нина, готовился в случае необходимости моментально выхватить оружие. Здравый смысл подсказывал ехать дальше, но почему-то Крида тянуло поговорить с этими людьми. Интуиция подсказывала. А ей он доверял.
Крид остановил мотоцикл на подъездной дорожке перед домом, окруженным кукурузными полями, простиравшимися до самого горизонта.
«Разгар сезона», — подумалось Криду при виде моря перезревшего зерна.
— Не приближайтесь, — вскинул винтовку седобородый мужчина, напоминавший отощавшую версию Санты.
Крид слез с мотоцикла и поднял обе руки.
— Осторожнее, — прошептала Нина.
Он ее проигнорировал и шагнул к паре.
— Я сказал тебе не приближаться, — мужчина говорил громко, прерывисто. Женщина коснулась его плеча и что-то прошептала. Она была такой же худой и с седыми волосами, собранными в шишку.
— Мы не опасны, — сказал Крид. — Просто проезжали мимо.
— Вот и проезжали бы дальше, — прошипел мужчина, кивком велев жене загружать в автомобиль сумки, стоявшие у ее ног.
Пожилая дама носила потертые грязные джинсы и чистую ярко-розовую толстовку, на которой стразами был вышит контур серо-белого мультипликационного котенка с носом сочного малинового цвета. Не зная, какого черта обратил внимание на рисунок, Крид снова сосредоточился на старике.
— Мы и поедем, — Крид начал поворачиваться к мотоциклу, но внезапно Нина направилась к паре. — Нина, пойдем, — резковато велел он.
— Я лишь хочу поздороваться, — в ее голосе слышались нотки, знакомые ему слишком хорошо. Она была упряма.
— Не думаю, что с нами хотят здороваться, — прошипел Крид, но опоздал.
— Привет, — начала Нина. — Мы и впрямь просто проезжали мимо. Я хотела… Я не видела… не считая моего спутника, вы первые, кого я встретила за долгие дни. Недели. Я хотела поздороваться.
Мужчина немного опустил винтовку.
«Потому что увидел горячую цыпочку», — подумал Крид отчасти с горечью, отчасти с пониманием.
Женщина повернулась и посмотрела на Нину запавшими глазами с темными кругами под ними, напоминавшими фиолетовые полумесяцы.
— Вы едете не в ту сторону, — ее голос прерывался, будто она не разговаривала очень давно.
— Вы о чем? — спросила Нина.
От слов пожилой женщины у Крида волосы встали дыбом. Она говорила с уверенностью и страхом.
— Мэри, пускай едут дальше, — вмешался мужчина. — Продолжай складывать вещи, — он снова вскинул винтовку, и на этот раз Крид безошибочно распознал щелчок затвора. — Вы двое, садитесь на свой мотоцикл и уезжайте. Мне плевать куда. Поняли?
— Поняли, — сказал Крид. — Нина, поехали.
Она не была глупа и знала, какой опасности себя подвергла. Но едва Нина пошла к нему, как пожилая женщина схватила ее и что-то зашептала ей на ухо. Крид не мог разобрать слов, сосредоточившись на старике, лицо которого исказилось от гнева. Пожилой мужчина крикнул жене возвращаться к машине.
— Держись крепче, — сказал Крид, когда Нина села на мотоцикл. Развернувшись на гравии, он поехал к трассе так быстро, как только мог. Крид сомневался, что мужчина выстрелит, но никогда нельзя знать наверняка. К тому же он сам на себя злился за свою беспечность. Глупо. Беспокойство скручивало его живот, словно змея, готовая в любой момент напасть.
Несколько минут они мчались вперед, и напряжение оставляло тело Крида с каждым километром, отдалявшим их от пожилой пары. Он не знал, как долго гнал по пустынной дороге, пока не услышал окрик Нины.
— Стой, Крид, стой.
Замедлившись, он притормозил возле желтой пунктирной линии посреди трассы. Нина расслабилась позади него и, отстранившись, размяла руки.
— Все хорошо? — спросил он.
— Да. Нет. Крид, мы должны поехать обратно.
— О чем ты, Нина? Тот мужик выстрелит в нас, если мы снова приблизимся к его дому.
— Нет, Крид, послушай меня. Помнишь пожилую женщину? — Нина затаила дыхание. — Она сказала, что они спешат уехать. И добавила, что в городе орудует, даже не знаю…банда. Группировка, слетевшая с катушек. Они сильные.
— Откуда она знает? Видела в вечерних новостях? — съязвил Крид, хотя в словах Нины не было ничего забавного. Больше всего его пугали банды преступников и моральных уродов, желавших только одного — громкой краткосрочной славы. В своих худших кошмарах он видел тех, кого боялся больше всего — жестоких, безразличных людей, берущих все, что заблагорассудится, и отбрасывающих со своего пути невинных, словно мусор.
— Я не знаю, Крид. Но не думаю, что она врала.
Он слышал в голосе Нины расстройство, отражавшее его собственные чувства.
— Твою мать, — Крид не знал, что делать. Ему очень не нравилась неизвестность. Сомнения снедали его — слишком много неизвестных переменных и слишком мало сил, чтобы обрести необходимую для путешествия уверенность. Лучше было переждать, пока ситуация не прояснится, к тому же на землю опускалась тьма. — Нина, нам нужно найти место для ночлега.
— В следующем доме? — спросила она.
— Нет. Черт знает, что впереди. Мы останемся здесь.
— Где? — Нина осмотрелась, и Крид проследил за ее взглядом. Вокруг не было ничего. Ни одного здания. Только лес по одну сторону дороги, поля по другую.
Он кивнул в сторону леса. Нина слезла с мотоцикла, и Крид провел его между деревьями по мягкому ковру из листьев глубже в заросли. Нужно было скрыться от глаз любого возможного путника, спрятаться и не высовываться.
Наконец Крид остановился и, припарковав мотоцикл между двумя деревьями, отстегнул от багажника спальный мешок, который бесцеремонно бросил на землю. Ему было неспокойно. Пожилая женщина могла соврать, но если сказала правду, где-то впереди поджидала банда.
— Милая, приготовишь мне ужин? — спросил Крид, пытаясь разрядить обстановку. Ему везде мерещились угрозы — даже в деревьях и сгущавшейся тьме, окутывавшей их с Ниной.
— На этот раз ты получишь «Тунцовое наслаждение», — ответила она, но в ее голосе слышалось беспокойство. — Что мы будем делать завтра? — спросила Нина. — Поищем другой маршрут?
— Не знаю, — Крид расправил спальный мешок и жестом пригласил ее сесть рядом. Сорвав обертку со злакового батончика, он съел его в два присеста. — Еще подумаем. Утром сверимся с картой.
— Ладно, — Нина немного откусила от своего батончика.
— Ешь, — приказал Крид и ничуть не удивился, когда она посмотрела на него с вызовом.
— Крид, ты не можешь мной командовать.
— Если будешь слабой, не поможешь ни мне, ни себе.
Нина с прищуром посмотрела на него, но продолжила есть.
Подул ветер, шелестя листьями, и она задрожала. Было холодно, и ночью температура опускалась до -1 ℃. Если поблизости бесчинствовали бандиты, костер мог их привлечь. По крайней мере, спальный мешок выдерживал до -6 ℃.
— Укладывайся, — Крид указал на него.
— А где будешь спать ты? — спросила Нина.
— Очень смешно, — расхохотался он. — Ложись, — когда она послушалась, он снял с себя кожаную куртку и свернул ее, чтобы использовать в качестве подушки. — Двигайся, — велел Крид, но стоило ему опуститься на землю, как его сердце заколотилось тяжелее.
Со стороны дороги донеслось тарахтенье. Он замер, но звук постепенно стих. Просто смешно, как может взволновать проехавший мимо автомобиль. Тем не менее, в новом мире следовало исходить из того, что все люди злые и способны убить двоих человек. Нина тоже посмотрела в сторону дороги, и Крид увидел в ее глазах точно такую же тревогу. Они были слишком далеко от трассы, чтобы что-то увидеть, зато все слышали.
— Пора спать, — пробормотал Крид и, устраиваясь позади Нины, случайно ударил ее ногой по голени.
— Ой, — недовольно воскликнула она. — Ты слишком большой.
— О, милая, утром ты не жаловалась, — намеренно томно ответил он.
— Тьфу, Крид! Ты меня раздавишь! — игриво взвизгнула Нина.
— Думаю, тебе понравится.
— Крид, — одернула она с намеком на предупреждение и прижалась к нему, укладываясь удобнее. — Самая кошмарная подушка на свете.
— Это тебе не чертов «Марриот».
— Ты повторяешься, — у Нины застучали зубы.
— На второй раз мои шутки еще лучше, совсем как запеканка с тунцом, — съязвил Крид, но очередной шум заставил его перейти в состояние повышенной боевой готовности.
«Черт возьми», — он ненавидел спать на улице и быть уязвимым. Крид чувствовал себя идиотом из-за того, что не распланировал все заранее и не нашел им с Ниной крышу на ночь.
— Иди ко мне, — он крепко прижал ее к себе, и она уперлась задом в его член. Который, разумеется, проснулся от ее близости.
— Что ты делаешь? — Нина немного посопротивлялась, но быстро прильнула к Криду, конечно же, чтобы согреться. Или, возможно, она тоже чувствовала неоспоримое притяжение. Ранее утром ничего бы не случилось, не захоти его Нина так же, как он хотел ее.