Глава 1
Эвианна Июнь 2014
Рывком поднимаю голову, когда смятый листок бумаги попадает в мою голову.
Великолепно. Я снова заснула в библиотеке. Смотрю на часы. Одиннадцать дня. Я намеривалась дотянуть до полуночи, но это второй раз за час, когда я заснула в кресле. Мое тело ясно говорит идти домой. Напротив меня сидит пара, похоже, они хихикают надо мной, когда я начинаю озираться по сторонам. Могу только предположить, кто именно сделал эти бумажные бомбы, летающие позади меня.
Я выключаю компьютер и книгу «Грозовой перевал». Раздраженно запихиваю ее в холщовый рюкзак. Эта книга и я официально находимся в состоянии войны. Я занимаюсь дополнительными исследованиями к дипломной работе, и «Грозовой перевал», как, оказалось, вызывает больше трудностей для написания моей темы «Значение «долго и счастливо» в викторианском романтизме английской литературы», чем я думала ранее.
Я провела месяцы, исследуя английских классиков и их любовные романы, написанные Джейн Остин, лордом Байроном, Шарлоттой Бронте и другими, и практически написала книгу об историях любви и их намерениях жить вместе долго и счастливо, что настраивает читателей на позитивный лад. Я люблю любовь. И не боюсь в этом признаться. Моя любимая книга всех времен — это «Гордость и предубеждение». Есть ли лучшая история любви?
И тогда я решила включить в исследование произведение Эмили Бронте.
Ее идею любовной истории я готова послать к черту на рога. Не поймите меня неправильно, думаю, что «Грозовой перевал» — это фантастическая книга. Но я просто не могу сесть за этот роман. Он не соответствует остальной части моего исследования. По сути, он опровергает мои исследования, так как суть романа в том, что любовь заканчивается смертью, а смерть — это, конечно, не то, что я считаю «долго и счастливо».
Быстрым шагом иду к своей машине припаркованной на окраине кампуса. На этой неделе я получу высшее образование. Здесь я провела почти семь лет, получив степень бакалавра, а теперь и степень магистра в области английской литературы. Прихожу в оцепенение, осознавая, что для меня в реальной жизни это дерьмовая специальность.
Нет смысла это отрицать. Выбирая такую специальность, как английская литература, я поступила опрометчиво. Это серьезная специальность, только если я хочу учить, но у меня есть серьезные проблемы с американской школьной системой, поэтому мне пришла идея преподавания за рубежом. Моя подруга Миа преподавала в Абу-Даби год, и ей очень понравилось. Я честно не знаю, где я окажусь в реальной жизни, но мой парень Дэн уже обещал мне собеседование в издательстве, где он работает. Это конечно, не то, что мне надо, но найти работу хотя бы отдаленно связанную с моей специальностью, это уже хоть что-то. Интересно, Дэн поедет со мной в Абу- Даби?
Я завожу машину, и в салоне появляются звуки одной из моих любимых песен «Naive» группы The Kooks (прим. пер. британская инди-рок-группа, основанная в Брайтоне, Англия, в 2004 году). Инстинктивно начинаю пританцовывать, пока веду машину. Может отправить Дэну смс?
Хотя нет — сделаю ему сюрприз. Еду вниз по I-5 и сворачиваю на Ист-Олайв-Драйв, а затем прямо на Тринадцатую авеню. Ищу место для парковки. Я не люблю этот район, но мы с Дэном все не решаемся переехать, потому что арендная плата дешевая и близко ко всему. Я нахожу место и паркуюсь.
Собираю свой рюкзак и быстро иду к нашему многоквартирному дому. Одна только мысль, что я хочу удивить Дэна, вызывает у меня головокружение. Если кто-то и может заставить меня чувствовать себя лучше в сравнении и противопоставлении сестер Бронте, то это Дэн. Он будет счастлив, что я дома. И я серьезно настроена что-нибудь испечь. Надо придумать идею для кексов на основе ингредиентов, которые есть в холодильнике. Это будет экспериментальный кекс.
Возможно, я зря не пошла в кулинарную школу...
Представляя Дэна, мои мысли начинают гонку, и я думаю о нашем разговоре прошлым вечером. Он был очень серьезен, когда говорил о нашем совместном будущем, и о том, что начал понимать, чего хочет от жизни. Я прервала его, и наш разговор получилось отложить. Остаток пути до нашего дома я чувствую себя счастливой и любящей. Может быть, он продолжит разговор сегодня?
Я не хочу говорить слово на букву «П» вслух, но Вайолет думает, что он собирается сделать это официально в ближайшее время. И, боже мой, как же сильно я этого хочу.
Копаюсь в кармане, пытаясь найти ключи, и, наконец, найдя их, открываю дверь. Свет выключен, и пахнет как в парфюмерном магазине. Странно. Я останавливаюсь и озираюсь.
— Привет? — выкрикиваю я.
Дэн, должно быть, спит в спальне. Бросаю сумку на диван и направляюсь к двери спальни.
Именно тогда я слышу хихиканье.
Женское хихиканье.
Что? Мое сердце останавливается, и я пытаюсь прийти в себя. Возможно, Вайолет и Маркус приехали в гости. Иногда мы все тусуемся в спальне — это единственное место, где есть телевизор.
Я должна разумно мыслить. Моя интуиция всегда нелогична, и я всегда зря беспокоюсь. Это ничего не значит.
Возможно. Медленно открываю дверь спальни… и кричу.
— Эви! — Дэн, вскакивает голый с кровати.
Голый. Миа, одна из моих лучших подруг, завернутая в тонкую шелковую простыню, которую она помогала мне выбирать в «Таргете». Дэн поспешно бросается к джинсам.
— Что ты здесь делаешь? — спрашивает он недоверчиво, как будто я делаю что-то неправильно. Как будто я мешаю ему. Миа, лишь ухмыляясь, с раздраженным видом вздыхает и накидывает одеяло на голову.
— Что, черт возьми, происходит? — визжу я. Чувствую, как в моих глазах появляются слезы.
— Серьезно, Дэн?
Он идет ко мне, но я отхожу назад. Я чувствую, что мое сердце учащенно стучит, и я изо всех сил жмурюсь.
Это происходит не со мной. Это происходит не со мной. Это происходит не со мной. — Эви? — произносит Миа, вставая с кровати, потянув за собой простыню, чтобы прикрыться.
Эти гребаные простыни из «Таргет». Я готова зарезать стерву. И не какую-нибудь стерву.
Одна из моих лучших подруг! Я думала, что нечто подобное случается только в кино...
— Сейчас же вытащи задницу этой шлюхи из моего дома, — кричу я, бросаясь на нее.
Дэн подбегает и пытается удержать меня. Я борюсь с ним, избивая кулаками его рельефную грудь. Ведь это я нашла тренажерный зал, где он качал свою грудь. И я ненавидела тренажерный зал!
Все, что я хочу сделать прямо сейчас, это дать пинка Миа, ударить Миа, избить Миа... убить Дэна.
— Эви, не делай этого, — предупреждает Дэн.
Я поворачиваюсь. Он выглядит шокированным от всей этой ситуации.
— Пожалуйста, скажи, это просто какое-то недоразумение? — в ту минуту, когда я это произношу, я хочу выйти из своего тела, показать вниз на себя и рассмеяться. Поскольку это самый дурацкий вопрос, который я когда-либо задавала. Конечно, это не недоразумение.
— Нет, это не недоразумение, — отвечает он, подходит к Миа и становится рядом с ней. — Эви, мы любим друг друга.
Ты должно быть издеваешься. Чувствую, как желчь поднимается вверх по моему пищеводу, меня сейчас стошнит. Бегу в ванную, где весь мой ужин выходит наружу. В глубине души я знаю, что никогда больше не буду в состоянии съесть феттучини Альфредо, и не только потому что меня вырвало им, но также и потому, что теперь это всегда будет блюдо, которое я съела тем вечером, когда меня обманул Дэн.
Он даже не идет посмотреть, в порядке ли я. А он всегда приходил, чтобы держать мои волосы.
Всегда. Я сжимаю руками ободок унитаза, рыдаю, и меня тошнит. Поднимаюсь и умываю лицо, начинаю собирать свои вещи, как большая девочка.
Когда я заканчиваю в ванной, иду обратно в спальню, игнорируя моего лживого парня и мою распутную подругу. Кидаю все в чемодан, гневно схватив одежду и несколько пар обуви, в то время как Миа сидит на постели с Дэном. Они оба смотрят на меня с любопытством, как будто у меня психическое расстройство.
И именно тогда я вижу, как Дэн убирает прядь волос от лица Миа, и она улыбается ему.
Улыбается. Я пытаюсь подавить рвоту, грозящую прийти снова, а вместо этого поворачиваюсь к Дэну лицом.
— За вещами приду завтра, — я слишком потрясена, чтобы понять, что происходит, но что- то похожее на инстинкт самосохранения подсказывает мне, что надо убираться отсюда прямо сейчас.
— Эви... — Дэн похлопывает по кровати рядом с ним. Я вижу, как Миа встает и подходит к шкафу, где кучей на полу лежит ее одежда. Меня сейчас вырвет. Вероятно, она исполняла стриптиз для Дэна. Она всегда восхищалась своим телом.
Я ненавижу ее.
Она смотрит на меня сочувственно, но не говорит ни слова.
— Эви, сядь, — командует Дэн. Как размазня, я иду. Но это только потому, что мне нужно больше объяснений. Он — моя жизнь, моя вторая половинка. Мы были вместе в течение семи лет.
Я не могу поверить, что он готов бросить все это из-за распутной Миа.
Мне нравится это прозвище, и я клянусь использовать его с этого момента.
Меня терзают сомнения, и я неохотно иду и сажусь рядом с ним. Хочу обнять его и заставить сказать мне, что все будет хорошо. Но также я хочу встать и пнуть по его «орехам».
— Как ты мог? — шепчу я.
— Я сожалею. Я этого не планировал. Это просто... случилось. Я собирался рассказать тебе в ближайшее время. Я пытался сказать тебе прошлым вечером.
Ах, слово на букву «П» было на самом деле словом на букву «И». Изменник!
— Ты хочешь быть с ней? — кротко спрашиваю я. Мой голос еле слышен. Я не могу поверить, что говорю ему эти слова. Дэну.
— Да.
— Ну... хорошо. Поскольку я съезжаю, — говорю я раздражительно, вставая на ноги.
— Спасибо, — отвечает он, и я еле сдерживаю себя, чтобы не дать ему в челюсть.
Спасибо?!
Сдерживаю слезы, проходя мимо него, чтобы забрать чемодан.
— Я соберу в коробку твои вещи и завтра привезу ее в дом твоих родителей, — говорит он.
— Ты это сделаешь? Серьезно?