– Хорошо, а как насчет того, чтобы мы продолжали жить так, как мы живем, но если это твой выбор – устраивайся поудобнее в «Мемориале Элма», потому что я не выпишу нас, пока мы не сделаем все как нужно. Никто не увидит ее, пока мы все не уладим проблему, – говорю я им и жду возражений или какой-то формы протеста, но ничего не происходит. – Ты в деле? – спрашиваю я Коллина, а он кивает.
Я поворачиваюсь к Кэлу, он молчит, а потом смотрит на меня с такой искренностью, какой я никогда в нем не видел.
– Ради неё я сделаю все, что угодно.
– Тогда мне нужно кое-что показать вам обоим. Если мы собираемся согласиться на это, – заикается Коллин.
Мы с Кэлом с любопытством смотрим на него. Свет в комнате тускнеет, и внезапно мы оказываемся в каком-то маленьком доме. В гостиной перед телевизором играют дети. Мы следуем за Коллином к открытой двери. Заглядываем внутрь, и мое сердцебиение учащается, когда я вижу себя – маленького мальчика, стоящего перед моей матерью с пистолетом в руке, прижатого к ее лицу со слезами на глазах.
– Давай, нажми ради папочки, – все наши головы поворачиваются, и мы видим мужчину... не просто мужчину, а молодого Декстера Крестфилда, который подстрекает пятилетнего меня. Я отворачиваюсь и слышу выстрел. В мгновение ока мы возвращаемся в выбранное мной место встречи – стены родительской кухни. В этот момент я хочу, чтобы все было реально, чтобы мама вошла в дверь и сказала, что все будет хорошо.
– Я собираюсь убить его! – лицо Кэла красное, и он весь дрожит.
– Ты не можешь его убить, – безэмоционально говорит Коллин. Я смотрю на него с недоверием.
– Как давно ты это знаешь?! – сердито спрашиваю я его.
Он отворачивается, но не раньше, чем я замечаю вину в его глазах. Кэл бросается на него, как разъяренный бык, а потом прижимает к стене, держа за горло. На этот раз я его не останавливаю.
– Ты скрывал от нас – этого ублюдка, убившего нашу мать, для чего – позволь мне догадаться, чтобы ты мог шантажировать его? – говорит он сквозь стиснутые зубы.
– Мы не можем вернуть ее назад, и мы никогда не сможем доказать, что это сделал он... – говорит Коллин напряженным голосом.
Кэл бьет его по лицу, прежде чем отпустить. Он хватает стул, а затем со всей дури ударяет им о стену, прежде чем опуститься на пол. У меня такое чувство, будто мой мозг разбивают скалкой.
– У меня есть идея, – говорит Коллин.
– Да заткнись ты на хрен!!! – Кэл кричит на него.
Я сажусь на пол и пытаюсь отдышаться. Не знаю, как я заставлю их интегрироваться после этого. Я хмуро смотрю на Коллина.
– Если бы вы только выслушали меня, – умоляет он, глядя мне прямо в глаза. – Я установил жучок в его офисе и машине, и у меня есть люди... – начинает он говорить. – Может быть, нам и не удастся обвинить его в убийстве, но мы можем посадить его на очень долгое время за инсайдерскую торговлю, растрату и принуждение.
Я смотрю на Кэла.
– Мы заодно?
Он утвердительно кивает головой.
Коллин тоже согласен.
– Окей, – бормочет он.
Мы все смотрим друг на друга. Или на самих себя. Я сглатываю комок в горле, все мы мыслим по-разному, сражаемся с разными призраками, но впервые я не чувствую себя одиноким, или как будто нахожусь во вражеском лагере.
– Чего бы это ни стоило, – тихо говорит Кэл, и мы все повторяем его слова.