— Спасибо. За то, что убедил его.

Я уставилась на пол, но всё равно чувствовала на себе взгляд демона.

— Верни меня домой, payilas.

— Я верну. Я обещаю. — Я сделала глубокий вдох. — Ты должен притворяться моим рабом каждый раз, как находишься вне инферно. Больше никаких разговоров.

— Я знаю, — раздражённо ответил он. — Тебе придётся быть умной, когда меня не будет рядом с тобой — это если ты сможешь быть умной.

— Зуилас, я справлюсь. И кстати, если в этот раз хоть кто-то узнает о нас, не убивай сразу же этого человека. Теперь о тебе знает Дариус, так что ты не можешь убивать всех без разбора.

Он внимательно посмотрел на закрытую дверь:

— Ты не сказала ему о гримуаре.

Хоть я и рассказала Дариусу почти всё, я умолчала о гримуаре моей матери, а также о словах Клода о том, что мой демон может быть особенным.

Я тихо зашептала:

— Об этом никто не должен знать. Этот гримуар слишком важен и опасен. Как только мы устроимся в этой гильдии, мы отправимся на поиски дяди Джэка и заберём у него гримуар.

Зуилас зло улыбнулся.

— Ты не можешь его убить, — сразу же предупредила я его.

Его усмешка переросла в рычание:

— Почему?

— Потому что он мой дядя. Но зато ты можешь его напугать. Я хочу на это посмотреть.

Зуилас гулко рассмеялся:

— Ближе, payilas.

— Ближе что?

— Ты становишься ближе к тому, чтобы перестать быть слабым hh’ainun.

Я гневно отвернулась и прошла к лестнице. Двумя этажами ниже расположен выход из гильдии. Позади меня Зуилас рассмеялся, а затем растворился в потоке красного света.

Я вытерла руки о фартук, затем сняла его и восторженно уставилась на своё творение. Аккуратно взяв тарелку в руки, я поставила её перед Зуиласом, который сидел за кухонным столом. Он удивлённо моргнул и уставился на блюдо.

— Это мои самые лучшие рецепты. Пирожное с шоколадной глазурью, солёное карамельное пирожное с орехом пекан, пирожное из белого шоколада, песочное пирожное с малиной и миндалём, а также моё самое любимое пирожное — с начинкой из зефира.

Он медленно моргнул. Позади меня кухня выглядела как после атомной войны. Горы немытой посуды, следы муки и теста, кое-где виднелись шоколадные разводы. Да и мои руки были покрыты липким шоколадом.

Вчера мы с Амалией переехали в небольшую квартирку с двумя спальнями. После этого моим первым занятием был поход в ближайший магазин, где я купила всё необходимое для выпечки. Я накупила так много посуды, что она едва влезла в маленькую тесноватую кухоньку.

— Может попробуешь? — нервно предложила я ему. Он почему-то даже не делал попыток прикоснуться к еде. — Это часть нашего контракта. Тебе ничего не нужно давать мне взамен.

— Это… слишком много, — пробурчал он. — Зачем ты сделала так много?

— Потому что всё это время ты меня защищал, а я даже и не думала выполнять свою часть контракта. А это нечестно. Да к тому же я не знала, что именно тебе понравится, так что приготовила много чего разного.

Наклонив голову, он взял песочное пирожное с малиной и миндалём, политое сладкой ванильной глазурью. Он поднёс его ко рту, вдохнул аромат, а затем откусил.

Я зачарованно ждала. Прищурившись, он подержал его во рту, а затем проглотил.

— Жуй!

— Пф…

Он отмахнулся от моих слов и потянулся за следующим пирожным. На этот раз он взял с зефирной начинкой, разломал его напополам и также проглотил.

— Ну? Тебе понравилось? — нетерпеливо спросила я.

Он взял пирожное с белым шоколадом, съел его и опять промолчал.

— Ты так быстро сообщил мне о том, что моя кровь отвратительна, зато сейчас не в состоянии выдать одно предложение о моей выпечке?

Он усмехнулся и молча съел уже четвёртое пирожное.

— Ты приводишь меня в бешенство.

Его хвост гневно дёрнулся, он съел пятое пирожное, а после облизал пальцы, покрытые карамелью. Тихонько возмущаясь себе под нос, я отвернулась и начала мыть посуду.

— В моём мире, — неожиданно начал он, — есть особенный вид дерева.

Я повернулась и уставилась на него в непонимании.

— На этом дереве растут маленькие…маленькие фрукты. Их наружная часть является ядовитой и опасной, но зато внутренняя часть сладкая и сочная. Мы боремся за эти деревья. Я убивал демонов, чтобы сорвать эти плоды.

Он взял ещё одно пирожное:

— Эта выпечка гораздо вкуснее.

Моё сердце окутало тепло, но я терпеливо ждала, не позволяя себе обрадоваться. Каждый раз, когда он говорил что-то приятное, он тут же всё портил.

Он взял очередное пирожное, разломал его напополам, а после проглотил половинки. И всё. Никаких оскорбительных комментариев. Никаких ухмылок или дальнейших дурацких фраз. Я попыталась спрятать довольную улыбку и отвернулась мыть посуду. Я даже побоялась поблагодарить его — вдруг он ответит что-то грубое и испортит этот момент?

Он считал, что моя выпечка даже лучше, чем сочный фрукт, за который он убивал демонов. Я начала мыть посуду, и меня вдруг пронзила мысль. Нельзя, чтобы кто-то пытался забрать у него еду, а то он может и убить. Это опасно!

Когда я домыла посуду, он уже съел все пирожные и ушёл в пустую гостиную. На полу было разложено одеяло, на котором я ранее читала книгу. Зуилас немного постоял, а затем увалился на это одеяло. Хм. Должно быть, он съел слишком много сахара.

Улыбаясь, я продолжила уборку, периодически поглядывая на демона, который впал в сахарную кому. Ему понравились мои пирожные! Не знаю почему, но эта мысль привела меня в восторг! С тех пор, как умерли мои родители, мне не с кем было поделиться своей выпечкой. Так что, возможно, причина моего восторга кроется именно в этом.

А может быть я радуюсь потому что увидела новую сторону Зуиласа. В нём было спрятано так много всего, чего я ещё не понимала, но очень хотела узнать. Работа его ума была для меня загадкой. Его желания, его потребности — всё это было мне неизвестно. Он показал мне так мало.

Он не был здесь в безопасности и никогда не будет. Я не приручила его — сомневаюсь, что это вообще возможно — но во время битвы между нами установилось доверие, и это было значительно лучше, чем рабство демонов. Мы были союзниками. Напарниками в этой борьбе на выживание.

Потерявшись в мыслях, я закончила уборку, затем приняла душ и сделала причёску. Ну точнее, подобие причёски, потому что предметов домашнего обихода у меня не было. Придётся купить и их.

Зуилас проспал до вечера. Я же сидела и частично читала книгу, а частично проверяла телефон — каждые 20 минут. Наконец, почти в 10 вечера открылись двери, и в квартиру влетела Амалия. В её руках было полно сумок.

— Ты поздно! — подскочила я с дивана. — Я послала тебе дюжину сообщений.

— Прости. Прошла целая вечность, пока мне удалось поймать такси.

— Мы должны были быть там ещё 3 часа назад.

— Робин, это вечеринка. Это нормально — опаздывать на вечеринки. — Она поставила сумки на стол. — Все мои вещи сгорели, когда демон сжёг мой дом. Так что мне пришлось купить новые.

— Это не просто вечеринка, — нервно сказала я. — Дариус хочет представить нас всей гильдии.

— Попридержи свой восторг, Робин. Мне нужно переодеться.

Я кружила вокруг её спальни, пока она провела целых 45 минут, чтобы одеться и накраситься! Наконец, я загнала Зуиласа в инферно, спрятала цепочку под кофтой, и мы вышли из дома.

— Мы так сильно опаздываем!

Я была взволнована, когда мы вышли из квартиры. Она, конечно, была просто ужасной, но зато дешёвой и расположена близко от гильдии. К тому же мы могли сразу же выехать из того ужасного мотеля.

Может эта квартира слишком дешёвая? Одновременно с заполнением бумаг, Дариус каким-то образом умудрился заставить Великий Гримуар выплатить мне мою часть награды за убийство Тахеша. Это был приятный бонус, хоть я и не знала, на сколько мне хватит этот денег. Так что придётся экономить.

Завтра я начну искать дядю. И когда я его найду, я вытрясу из него всё, до последнего цента. Всё, что причитается мне по праву. Но сначала мне нужно пережить это — моё официальное представление членам гильдии Ворон и Молот. Представление, которое пройдёт на вечеринке.

Вечеринка. Социальное взаимодействие. Публичное внимание. Это же тысячи возможностей, чтобы опозориться. Ну хотя бы Зуилас будет всё это время в инферно — одной заботой меньше.

— Робин, успокойся. Всё будет отлично.

— Но это же встреча с гильдией. А что, если они тоже будут смеяться надо мной, как и в Великом Гримуаре?

— Учитывая, что сейчас уже почти полночь, я сомневаюсь, что там будут все члены гильдии. Думаю, там будет совсем мало людей. Да к тому же, это отложенная вечеринка по поводу Хэллоуина. Что это за дурацкая гильдия?

— Дариус сказал, что запланированная вечеринка была отменена из-за охоты на демона. Амалия, не веди себя так. Он был очень любезен, предложив и тебе присоединиться к гильдии.

— Я ему не доверяю. По любому у него есть какой-то скрытый мотив. А иначе зачем бы он разрешил тебе присоединяться к гильдии, зная, что ты не контролируешь демона?

Я решила не обращать на неё внимания. Я не позволю ей разбить мою надежду, что Ворон и Молот станут для меня безопасной гаванью.

— Зуилас ведёт себя очень хорошо.

— Да, и как долго это продлится? — Она указала на здание. — Мы пришли?

Через дорогу стояло трёхэтажное здание с кирпичным фасадом. Тёмная входная дверь была скрыта под аркой. На ней была нарисована ворона с распахнутыми крыльями, сидящая на молоте.

Я нервно уставилась на дверь:

— Амалия…

— Эм?

— Спасибо, что остаёшься со мной.

Она состроила гримасу, а затем замешкалась, как будто внутренне боролась с чем-то. Затем всё же сказала:

— Спасибо, что спасла мне жизнь.

— А?

— Когда нас поймали члены Красного Рома. Ты и твой быстрый демон могли сбежать, но ты осталась и спасла меня. Вы двое сразу же прыгнули ко мне, когда выскочили из контейнера. — Она моргнула, не решаясь посмотреть мне в глаза. — Мой собственный отец забил на меня, спасая свою шкуру. А сводный брат предал при первой же возможности. Ты же спасла меня, хоть я и вела себя, как сука, по отношению к тебе.