Глава 3

Даже в хорошие дни я ненавидела мужчин, которые были загадочными. Эти сектанты, пышущие тестостероном и с кучей безумных склонностей, действительно считают, что не нуждаются в каких-либо уточнениях к расплывчатым заявлениям типа этого.

Тот факт, что Адриан отказался уточнить это таинственное предупреждение в то время, как я была связана на его заднем сиденье, сделал ситуация невыносимой. Время шло, и я успокаивала себя тем, что воображала, как ударю его чем-нибудь тяжелым по голове. Или, перегнувшись через сиденье, буду душить его полоской клейкой ленты, обернутой вокруг моих запястий. Если в задней части этого автомобиля есть прикуриватель, возможно, я смогу проявить фантазию и с ним в том числе.

Надеюсь, похищение не сделает меня склонной к насилию.

— Ты секс-работорговец? — резко спросила я.

— Кто-то смотрел «Заложницу»[6] слишком много раз, — сказал Адриан, и веселье в его тоне довело меня до точки.

— А почему бы мне так не думать? — парировала я. — Ты спас мне жизнь, но везешь куда-то против моей воли и отказываешься развязать.

— Ты выбрала правду, помнишь? — Был его приводящий в ярость ответ.

Я выругалась, первый же тяжелый предмет, который попадет мне в руки…!

— Ты мне ее не сказал.

— Нет, сказал. — Он произнес это с тяжелыми веками, оглянувшись, что заставило меня выпрямиться и улыбнуться, как если бы он сделал это, когда мы сидели в баре. — Просто не всю, но не беспокойся об этом. Мы на месте.

Сказав это, он свернул на длинную дорогу, которая привела нас к возвышающимся, искусно выгравированным воротам.

— Подожди немного, пока я открываю ворота, — сказал он, выключая машину и забирая с собой ключи.

Я ждала… пока он не отошел достаточно далеко, чтобы я могла начать действовать. Затем перепрыгнула через сиденье. Когда я дернула водительскую дверь, большая рука помешала мне открыть ее.

— Почему я не удивлен? — сказал Адриан с иронией.

Я уставилась на его руку, как будто это могло объяснить, как остальная его часть присоединялась к ней. Секунду назад он был перед теми великолепно украшенными воротами, исполняя нечто, что заставило их открыться с механическим стоном.

Никто не мог двигаться так быстро. Или, точнее, никто не должен двигаться так быстро.

— Что ты? — выдохнула я.

Его зубы сверкнули в улыбке, хищной и сексуальной одновременно.

— Несколько часов назад я размышлял о том же касательно тебя.

Меня? Прежде чем я спросила, что он имел в виду, он открыл дверь и дал мне выйти. Лед промчался по венам, когда я увидела нож в другой руке. В этот же момент я заметила знак на воротах: «Кладбище Грин-Вуд».

— Не надо. — Я задохнулась.

Он изогнул бровь, разрезая липкую ленту вокруг моих запястий.

— Ты, кажется, хотела быть освобожденной.

Мои руки упали по бокам, а облегчение с ревом улетучилось, сменяясь приступом страха, питаемым адреналином. Так же быстро что-то щелкнуло внутри меня. Все горе, гнев, страх и разочарование последних десяти дней с силой прорвались сквозь мою оборону, превращая меня в кого-то совершенно неузнаваемого.

Разбушевавшегося монстра.

Я треснула Адриана по лицу с такой силой, что ощутила жжение и покалывание, но этого было недостаточно. Я начала бить его по груди, часть меня была шокирована собственными действиями, но другая часть призывала ударить его сильнее.

— Да что с тобой такое? — кричала я. — Ты вытащил нож без каких-либо объяснений. Я подумала, ты собираешься меня убить!

Адриан схватил меня за руки. Любой здравомыслящий человек признал бы это как поражение и успокоился к черту, но мое благоразумие осталось в прошлом. Так как мои руки были выведены из строя, я пнула его в голень с такой силой, что боль взмыла по моей ноге. Он хмыкнул, подталкивая меня, пока я не была прижата к капоту автомобиля. Теперь позади меня была стальная стена, а стена из мускулистой плоти на мне.

— Прекрати, — приказал Адриан, его незнакомый акцент был полон силы. — Я обещаю, что не сделаю тебе больно!

Мое дыхание перешло в пыхтение. Адриан прижал свое бедро между моими ногами, предотвратив мою попытку вырваться. Я остановилась, тем самым меняя план действий, который был ничем иным, как признанием поражения. Я не могла использовать свои руки, чтобы оттолкнуть его. Он ощущался более крепким и массивным, чем каменная горгулья.

— Слезь с меня, — сказала я между прерывистыми вдохами.

— Нет, пока ты не успокоишься, — сказал он сурово. Потом его губы растянулись в легкой ухмылке. — И прошу, не спеши.

Я взглянула вниз, только сейчас заметив, что моя грудь прижата к его груди так же сильно, как его бедро вжималось между моими ногами. Любое движение с моей стороны вызывало неприлично чувственные трения, как будто втягивать дыхание друг друга, пока мы пыхтели, было недостаточно интимно.

Я попыталась замедлить свое дыхание, не говоря уже о сумасшедшем сердцебиении. Если бы не его самодовольная ухмылка, я бы и не догадывалась, что он думал о той компрометирующей позе, в которую меня загнал.

По крайней мере, он не выглядел сердитым из-за того, что я била и пинала его. Теперь, когда безрассудная ярость прошла, я поняла, насколько глупо выглядела. Всего один удар его массивного кулака мог меня вырубить, но он не ударил. Напротив, пообещал, что не сделает мне больно. Несмотря на то, что он похитил меня и отказался объяснить, что происходит, я решила ему поверить.

— Прости, что набросилась на тебя, — сказала я, мой голос больше не был таким резким.

Он пожал плечами, как будто привык к этому.

— Не беспокойся. Так или иначе, ты припозднилась со срывом.

«Сколько людей ты похитил?» — почти спросила я. Так как я не очень хотела знать. Все, что я сказала:

— Можешь слезть с меня? Ты тяжелый.

Он медленно оторвал свое тело от моего, но его серебристо-голубой взгляд был приклеен ко мне. Я вздрогнула, осознав, как стало холодно, когда на мне больше не лежал более чем двухсот фунтовый[7] горячий мужчина.

Адриан снял свое пальто, под которым скрывалась черная рубашка с круглым вырезом, которая обнимала его тело так, как если бы отдавала дань уважения. Конечно, он заметил мою дрожь. Я задалась вопросом, возможно ли сбежать от этих пронзительных глаз.

Я надела пальто. На нем оно доходило до середины икр, на мне же волочилось по земле. Я никогда раньше не чувствовала себя миниатюрной с парнем. Мне было комфортно в своем восьмом размере[8], потому что не нужно было голодать для его поддержания, и с ростом пять-шесть я могла позволить себе носить каблуки, не беспокоясь о том, что я буду выше моих знакомых. Но рядом с Адрианом я, казалось, сбросила фунтов двадцать и уменьшилась на несколько сантиметров. Конечно, основную его массу составляли мускулы, без сомнений.

Я запретила себе думать об этом, прежде чем это привело к другим, более опасным мыслям, и затянула его пальто вокруг себя.

— Если мы здесь не для того, чтобы ты убил меня и зарыл тело на пустом участке, то, что мы можем делать на кладбище? — спросила я с завидным спокойствием.

Он рассмеялся. Глубокий мужской смех раздразнил что-то внутри меня, что было слишком глупым, чтобы понять, что похитители под запретом. Вот почему я отказалась замечать появившуюся ямочку на подбородке или, то, что его нижняя губа была полнее верхней.

— Много вещей, но мы вернемся к этому позже.

— Конечно, а будет ли это позже? — Я бросила ему вызов.

— Конечно. — Другая соблазнительная улыбка. — Так как ты и я принадлежим к одной линии, ты вот-вот узнаешь немного больше обо мне.

Линии?

— Ты думаешь, мы родственники?

Его взгляд прошелся по мне, будто лаская.

— К счастью, это не так. Это бы сделало наше первое свидание затруднительным.

Я посмотрела на него:

— Ты клеишь меня? — наконец удалось сказать мне. — Ты хоть представляешь, как все это странно?

Он пожал плечами.

— Я не слишком искусен, считаю это пустой тратой времени. Кроме того, — серебристая часть его глаз поблескивала, словно жидкий лунный свет, — если ты хочешь сказать, что не считаешь меня привлекательным, то ты лжешь.

При других обстоятельствах я бы покраснела, строя глазки тому, с кем только что познакомилась, но со мной флиртовал мой похититель! Должно ли это заставить меня бояться больше? Он уже спас мне жизнь однажды, и у него было много возможностей навредить мне с тех пор, но он этого не сделал.

Плюс, было бы не много удовольствия от свидания, если бы я была мертва.

— Как насчет того, чтобы отложить разговор о свидании до тех пор, пока не дашь мне ответы, как обещал? — сказала я. Часть меня удивлялась, как я смогла подцепить незнакомца сегодня вечером. Другая часть была счастлива, впервые за неделю. Глупые гормоны. Спокойно, девочки, успокойся.

Выражение лица Адриана стало серьезным.

— Я отвезу тебя к человеку, который даст тебе необходимые ответы.

— Зак? — спросила я, вспомнив упоминание Адриана об этом имени.

— Да, он. Это кладбище занимает почти пятьсот акров[9], так что, если ты не хочешь часами бродить по холоду, — он подошел с пассажирской стороны к мощному ретро-автомобилю и открыл дверь, — залезай.

Он предлагал мне выбор. Или, во всяком случае, его иллюзию. Если я побегу, он меня поймает, и мы оба это знали. В свете автомобильной лампочки стала заметна небольшая щетина, прорывающаяся сквозь гладкую кожу вдоль его челюсти, оттеняя ее так, что это выглядело уж очень привлекательно. Его экзотический акцент также не улучшал ситуацию. Если меня когда-нибудь снова похитят, будет лучше, если это будет старый уродливый мужик. Меньше путаницы для моих чувств.

И менее неловко. Какой идиоткой надо быть, чтобы влюбиться в похитителя? Не удивительно, что он не пригласил меня на свидание. Должно быть, он подумал, что я даю слову «легко» новое определение. Я подошла, думая о том, что, даже если бы я смогла убежать от него, не стала бы. Моя сестра была в ловушке в месте, которое не могло быть реальным, но было, и Адриан был моим единственным союзником, потому что мог видеть те же безумные вещи, что и я. Намного важнее то, что он доказал, что в состоянии убить этих существ.