Вэй У Сянь оживился, его глаза заблестели. «Выпить вина? У нас на горе есть вино?»
Несколько старших членов клана Вэнь все это время с беспокойством смотрели в его сторону, а услышав вопрос, один из них ответил: «Да, да! Вино у нас есть». Он поднял несколько запечатанных бутылей, стоящих у стола, и показал Вэй У Сяню со словами: «Фруктовое вино. Мы собрали дикие фрукты, растущие на горе, и сделали вино. Получилось очень ароматным!»
Вэнь Нин, сидя на корточках у стола, добавил: «Четвертый дядюшка тоже очень любит вино. Он сам умеет его готовить, а это сделал специально в честь сегодняшнего события. Он уже много раз пробовал его».
Вэнь Нину приходилось произносить по одному слову, поэтому говорил он очень медленно, но все же не заикался. Четвертый дядюшка неловко улыбнулся и посмотрел на Вэй У Сяня, немного волнуясь. Тот произнес: «Правда? Ну тогда я обязательно должен его попробовать!»
Он сел за стол, и Четвертый дядюшка тут же откупорил бутыль с вином, протянув ее Вэй У Сяню обеими руками. Вэй У Сянь понюхал вино и с улыбкой заключил: «И правда ароматное!»
Остальные тоже расселись за столы, а когда Вэй У Сянь похвалил вино, каждый вокруг него как будто воспринял похвалу на свой счет: люди радостно заулыбались и принялись за еду.
Впервые в жизни Вэй У Сянь не ощущал вкуса вина, которое пил.
Он подумал: «Пока не стемнеет… стемнеет ли?»
Не так уж и темно вокруг.
Внезапно все его тело охватила приятная бодрость.
Пятьдесят человек теснились за тремя столами, непрестанно орудуя палочками. Вэнь Юань сидел на коленях бабушки и показывал ей свои новые сокровища, устроив сражение деревянной сабли с деревянным мечом. Бабушка широко улыбалась внуку беззубым ртом. Вэй У Сянь принялся обсуждать с Четвертым дядюшкой вино, которое они пили когда-либо. Между ними разгорелось горячее обсуждение, но в конце концов оба признали — знаменитая Улыбка Императора, что делают в Гу Су, бесспорно не имеет себе равных. Вэнь Цин хлопотала вокруг столов, подливая вино нескольким старейшинам и их подчиненным, но спустя два круга вино закончилось. Вэй У Сянь спросил: «И все? Я выпил совсем немного!»
Вэнь Цин ответила: «Еще осталось несколько бутылок, сохраним их на потом. А на сегодня тебе хватит».
Вэй У Сянь возмутился: «Куда же это годится. Как говорится, я готов променять будущую славу после смерти на чашу вина при жизни. Не нужно лишних слов, наполни чарку, благодарствую».
Этот вечер был особенным, и Вэнь Цин налила ему еще вина, но добавила: «В следующий раз такого не повторится. Мне правда кажется, что тебе стоит отказаться от вина, ты пьешь слишком много».
Вэй У Сянь возмутился: «Мы ведь не в Облачных Глубинах, что значит “отказаться от вина”?!»
Стоило ему упомянуть Облачные Глубины, Вэнь Цин странно взглянула на Вэй У Сяня и как бы невзначай поинтересовалась: «Забыла спросить вот о чем. Ты ведь никогда раньше не приводил на гору Луань Цзан гостей, что же случилось сегодня?»
Вэй У Сянь произнес в ответ: «Ты про Лань Чжаня? Столкнулся с ним по дороге».
Вэнь Цин переспросила: «Столкнулся? Как это — столкнулся? Снова случайная встреча?»
Вэй У Сянь подтвердил: «Ага».
Вэнь Цин заметила: «Какая удача. Помнится, вы уже случайно встречались в Юнь Мэне».
Вэй У Сянь ответил: «Ничего удивительного, в И Лин и Юнь Мэн часто заглядывают заклинатели из других земель».
Вэнь Цин продолжала: «Я слышала, как ты без стеснения назвал его по имени. Ты настолько бесстрашен?»
Вэй У Сянь ответил: «Но ведь и он тоже назвал меня по имени. В этом нет ничего такого. Мы давно привыкли так называть друг друга, с тех пор как учились вместе, и уже не обращаем внимания на это».
Вэнь Цин не унималась: «Вот как? Но отношения между вами, кажется, не очень дружеские. Говорят, вы словно вода и пламень, каждая встреча непременно заканчивается ссорой».
Вэй У Сянь ответил: «Не слушай пустых слухов, что распространяют другие. Раньше мы и правда не очень хорошо общались, и во время Аннигиляции Солнца действительно несколько раз ссорились, даже дрались. Но потом все стало не так плохо, как говорят люди. Вполне сносно».
Вэнь Цин больше не стала ничего спрашивать.
Очень скоро блюда на столах были съедены подчистую, и кто-то постучал чашкой, причитая: «А-Нин! Приготовь еще парочку блюд!»
«Да побольше, вот, наполни этот тазик!»
«Откуда взяться такой посудине для еды? Это все тазики для умывания!»
Вэнь Нин не нуждался в пище, и потому все время сидел в углу шалаша, а услышав просьбу, заторможенно ответил: «Да, хорошо».
Вэй У Сянь, увидев шанс продемонстрировать свои способности, поспешил вмешаться: «Постой. Давай лучше я! Я приготовлю еды, сейчас!»
Вэнь Цин недоверчиво спросила: «Ты еще и готовить умеешь?»
Вэй У Сянь вскинул бровь. «Ну разумеется. Я могу не только в доме хозяйничать, но и на кухне потрудиться. Увидишь сама, только подожди».
Все остальные в нетерпении хлопнули в ладоши. Однако, когда Вэй У Сянь, заговорщически ухмыляясь, поставил на стол два блюда, Вэнь Цин взглянула на тарелки и произнесла: «Впредь держись от кухни как можно дальше».
Вэй У Сянь попытался оправдаться: «Ну попробуй же. Нельзя судить только по внешнему виду, а как попробуешь — поймешь, как это вкусно. Вкус такой, как надо».
Вэнь Цин вспылила: «Иди ты к черту! Не видишь, как А-Юань заливается слезами после твоего блюда? Только продукты зря перевел. Никому не есть, даже из вежливости!»
***
Не прошло и трех дней, а почти все кланы заклинателей уже знали страшную весть: предатель Ордена Цзян, Вэй У Сянь, что обособился от остальных на горе в И Лин, создал сильнейшего на данный момент лютого мертвеца, обладающего невиданной скоростью и недюжинной силой, бесстрашного, жестокого, а самое главное — с абсолютно пробужденным сознанием и неповрежденной памятью! На ночной охоте ему нет равных!
Заклинателей охватила паника: не видать им покоя! Вэй У Сянь непременно создаст целую армию лютых мертвецов, подобных этому, после чего попытается основать свой клан и пойти войной на остальной мир заклинателей! И наверняка теперь Путь Тьмы своей легкостью привлечет бессчетное множество молодых горячих умов, которые ринутся ему в последователи. И тогда будущее всех кланов заклинателей, идущих по Правильному Пути, скроется во мраке!
Вот только в действительности, в лице успешно пробужденного мертвеца Вэй У Сянь нашел самую большую поддержку во время поднятия на гору различного груза. Ведь такая рабочая сила не страшилась ни усталости, ни трудностей. Раньше Вэй У Сянь мог поднимать на гору лишь один ящик груза за одну ходку, а теперь Вэнь Нин в одиночку управлялся с целой повозкой, вместе с сидящим на ней, беззаботно свесив ноги, Вэй У Сянем.
Разумеется, никто в это не верил. После того, как Вэй У Сянь с Вэнь Нином несколько раз показались на ночной охоте, немало людей действительно пришли к нему на поклон, в надежде перейти на сторону “Старейшины” и стать его учениками. Изначально пустынный, безлюдный горный пик внезапно обернулся шумным и оживленным, от посетителей не стало отбоя. Вэй У Сянь приказал лютым мертвецам, что бродили у подножия горы с дозором, не нападать на людей, самое большее — мертвые могли оттолкнуть незваного гостя подальше да скалить зубы с предупреждающим рычанием. Поскольку мертвецы никого не ранили, людей вокруг горы Луань Цзан становилось все больше.
Однажды Вэй У Сянь увидел издали широкий флаг с надписью «Высший почет темному Старейшине И Лин» и едва не подавился фруктовым вином. Не в силах больше этого вынести, он спустился с горы и совершенно бесцеремонно забрал все подношения, которые ему принесли «в знак высшего почтения». И с тех пор стал ходить на гору по другой дороге.
В тот день Вэй У Сянь вместе с Вэнь Нином отправился в И Лин за покупками, где неожиданно для себя заметил, как впереди мелькнул знакомый силуэт. Вэй У Сянь присмотрелся и, не подавая вида, направился следом. Силуэт привел его за собой к маленькому дворику. Когда они переступили порог, ворота дворика закрылись.
Раздался прохладный голос: «Выйди».
Цзян Чэн стоял за его спиной. Это он закрыл ворота, а слова его предназначались Вэнь Нину.
Цзян Чэн сам по себе отличался злопамятностью, его ненависть к Ордену Ци Шань Вэнь заполнила все его существо. Более того, когда Вэнь Цин и Вэнь Нин спасали их жизни, он находился в бессознательном состоянии и потому совершенно не разделял чувств Вэй У Сяня. Он не собирался церемониться с Вэнь Нином, как и в той битве, когда сражался с ним в полную силу. Едва увидев Цзян Чэна, Вэнь Нин опустил голову и вышел прочь.
Во дворе стояла девушка в шляпе доули, по краям которой была пришита вуаль, и в черной мантии. Вэй У Сянь ощутил, как запершило в горле. «…Шицзе».
Услышав шаги, девушка развернулась, сняла шляпу и мантию. Из-под черного одеяния полыхнули ярко-красные свадебные одежды.
На Цзян Янь Ли красовалось торжественное свадебное платье, а пудра и краска для бровей добавили ее лицу выразительной яркости. Вэй У Сянь сделал два шага к ней навстречу. «Шицзе… Ты что…?»
Цзян Чэн вмешался: «Что — ты что? Думал, она за тебя замуж собралась?»
Вэй У Сянь огрызнулся: «Закрой рот».
Цзян Янь Ли развела руки в стороны, красуясь перед ним, щеки ее подернулись румянцем. «А-Сянь, я… скоро выхожу замуж. Я хотела, чтобы ты меня увидел…»
Вэй У Сянь ощутил, как защипало в глазах.
Ведь он не сможет присутствовать на свадьбе Цзян Янь Ли, не увидит любимую сестру в свадебных одеждах. Именно поэтому Цзян Чэн и Цзян Янь Ли тайно прибыли в И Лин и привели его сюда, чтобы он все же посмотрел, какой будет сестра в день свадьбы.
Помолчав, Вэй У Сянь все же улыбнулся и произнес: «Я знаю! Я слышал…»
Цзян Чэн перебил его: «От кого ты слышал?»
Вэй У Сянь ответил: «Не твое дело».