Без предупреждения он вытащил меня из бассейна, шлепнув голой задницей на мраморные плитки. По коже побежали мурашки, он схватил за колени и рывком развел мои ноги в стороны.

— Бл*дь, Эйприл, — прохрипел он, глядя на мою раскрытую киску. Затем наклонился и зарылся в нее ртом.

Уперевшись ладонями, я запрокинула голову, отбиваясь от дикой атаки.

— Черт, — закричала я, извиваясь бедрами под его ртом, пока он пожирал, как обезумевший изголодавшийся мужчина. Он грубо прикусил мой клитор, безжалостно поглаживая кончик языком, а затем пошел вниз, с жадностью напиваясь соками.

Когда его язык впился в меня, я положила ноги ему на плечи и схватила за волосы, чтобы сохранить рассудок.

— Юрий, — позвала я, но где-то вдалеке зазвонил его телефон. Я не хотела, чтобы он отвлекался, поэтому крепче обхватила его ногами. Я не могла этого вынести... пока он не предоставит мне оргазм. Я была уже на грани.

— Черт, — выругался он и начал высвобождаться.

Я запаниковала.

— Нет, не смей уходить! — Взвыла я и начала двигать киской вверх-вниз по его рту и лицу.

Положив обе руки мне на бедра, он отстранил меня, его хватка была твердой, как железо. Его губы скривились в усмешке.

— Мне нужно ответить на этот звонок, крольчонок. Это срочно. Не соединяй ноги. Я закончу с тобой, как только отвечу.

Черт бы тебя побрал, хотелось мне плюнуть ему в лицо, но поскольку какая-то часть моего мозга все еще сохраняла капли здравомыслия, я не посмела.

Он убрал мои ноги со своей шеи и небрежно погладил клитор. Под моим пристальным взглядом он приподнялся, его мускулы на руках напряглись, вода стекала струями по его телу, он быстро меня поцеловал. Я хотела углубить поцелуй, но не успела, и это еще больше раздуло пламя моего возбуждения. Мне пришлось сдержаться, чтобы не прокричать ему ругательства, когда он поплыл обратно через бассейн к своему телефону.

Он добрался до телефона прежде, чем тот замолчал. Я видела, как он поднес трубку к уху и его глубокий, мягкий, как виски, голос разнесся по всему бассейну. Я видела его упругую задницу в воде, и это раздражало меня до бесконечности. Я не могла дождаться, когда он вернется. Мне нужно было прикоснуться к нему, почувствовать его кожу своей, его член во рту. Поэтому я соскользнула в воду, полностью сняв остатки купальника и медленно направилась в его сторону.

Я остановилась на полпути бассейна, когда он смачно выругался.

— Что? — прорычал он. Его голос был низким и угрожающим, и у меня по спине пробежал страх. — Он что, совсем с ума сошел? Я буду через двадцать минут. Если кто-нибудь из вас, хотя бы на дюйм сдвинется с места до моего приезда, вы покойники.

Я застыла, не в силах сдвинуться с места.

Я смотрела, как он вылез из бассейна и зашагал прочь, голый, гордый и безумно красивый, даже не оглянувшись в мою сторону. Как будто меня стерли из его памяти. Внезапно я почувствовала себя замерзшей и ужасно обнаженной, поэтому прикрыла грудь руками в воде. И пока я смотрела ему в спину, слезы жгли глаза, и я задавалась вопросом, как, черт возьми, я собираюсь проскользнуть в свою комнату через весь дом в таком виде.

Несколько минут спустя я почти полностью сидела в воде, когда меня окликнула Зельда. Никогда еще мне не было так стыдно. Я забилась в угол бассейна, надеясь спрятаться от нее.

Она заметила меня и подошла. Положила сложенный халат и полотенце на край бассейна и ласково улыбнулась мне.

— Мистер Волков просил передать вам это.

— Спасибо, — произнесла я, не в силах встретиться с ней взглядом.

Она тут же развернулась, направившись на выход, а я облеклась в халат с позором приготовившись к его бессердечному увольнению.

12

Эйприл

— Что он сделал? — Крикнула Шарлотта в трубку.

— Ну, ничего страшного, — пробормотала я, хотя у меня была бы та же реакция, если бы Шарлотта сказала, что с ней произошло такое. Но с Юрием все было по-другому. Между нами было какое-то безумие.

— Черт возьми, это не так, — ее голос сердито повысился. — Он оставил тебя голой в своем чертовом бассейне, не сказав ни слова, даже не взглянув... нецивилизованный ублюдок.

— Я тоже была взбешена, но по правде, агрессором была я. Я хотела его, Шарлотта. Я и сейчас так думаю. И вообще, он мне ничего не должен. Мы не встречаемся. Это была... случайная встреча, и…

— Ты должна поступить с ним так же... даже хуже, — отрезала она.

Я вздохнула.

— Это самое лучшее, что ты можешь предложить?

— Другого я не вижу, — заявила она. — Трахни его по пути куда-нибудь, а потом убеги, пока он не кончил... пусть подумает, каково это.

— Во-первых, ты злишься, что он не предоставил мне оргазма или злишься, что он бросил меня?

— И то и другое! — воскликнула она.

— Хорошо, — ответила я, забавляясь ее вспыльчивостью. — Ну, я нахожусь в странном месте. Я не чувствую стыда за то, что мы сделали. У меня такое чувство, будто я не контролирую свое тело, когда нахожусь рядом с ним.

— Значит, ему позволено обращаться с тобой как с дерьмом?

— Шарлотта, я же говорила тебе, у него было срочное дело. Кто знает, что это был за телефонный звонок? Со стороны казалось, там стоял вопрос жизни и смерти. Я имею в виду, выражение его лица изменилось. Он почти стал другим человеком.

— Убирайся из этого дома, — заявила она. — Тебе не нужна эта работа, найди что-нибудь другое. Я оплачу нашу кварплату в этом месяце.

— Нет, — ответила я. — Я решила остаться.

— Что? Почему?

— По двум причинам. Ради Юлии. Это не ее вина, что я не могу держать свои руки подальше от ее дяди. Я пообещала себе, что сделаю все возможное, чтобы ей помочь. И еще я хочу его, Шарлотта. Очень сильно хочу. Я никогда никого так не хотела, как его. И прежде чем ты что-нибудь скажешь, я ввязываюсь в это с открытыми глазами. Я знаю, кто он такой. Он мерзавец, но это нормально, потому что я не хочу выходить за него замуж или серьезных отношений. Он меня пугает. Я просто хочу иметь с ним исключительно сексуальные, короткие отношения. Когда все закончится, я отряхну пыль с ног и пойду своей дорогой.

Она молчала очень долго.

— Ты, действительно, веришь в то, что говоришь?

— Да. Почему бы мне не завести с ним страстную интрижку? Поверь мне, трудно будет найти женщину, которая согласиться отказаться от такого мужчины. В любом случае, разве люди не делают такого рода вещи постоянно?

— Ты не те люди. Ты слишком легко эмоционально привязываешься к человеку, и когда ты привязываешься то, как правило, достаточно сильно, что потом страдаешь.

— Я не собираюсь ни к кому привязываться…

— Ты этого не можешь знать наверняка, — перебила она.

— Шарлотта, ты не можешь завернуть меня в вату, чтобы я была постоянно в безопасности. Даже если мне будет больно, я все равно хочу поступить так. Если я этого не сделаю, то буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Ты меня понимаешь? — Она ничего не сказала, а я вздохнула. — Послушай, мне нужно собираться. У Юлии впереди насыщенный день.

— Ладно. Я все поняла. Развлекайся.

Мы немного поговорили о работе, но перед самым концом разговора я заговорила о настоящей причине, по которой я все еще была на взводе.

— Не знаю, чем он зарабатывает на жизнь.

— А какое это имеет значение?

— Он чертовски богатый бизнесмен, но я слышала, как он вчера говорил по телефону странные вещи.

— Какие?

— Что-то вроде «Если кто-то из вас сдвинется хоть на дюйм с того места, считайте, что умрете» или что-то в этом роде. И это звучало никак образное выражение, а буквально, если ты понимаешь, что я имею в виду.

Она замолчала, и я представила, как она ерошит волосы и хмурится, обдумывая мои слова.

— Кроме того, в доме повсюду охрана. Я не часто с ними сталкиваюсь, но знаю, что они есть... и камеры, они повсюду.

— Ну, он богат, поэтому богатые нуждаются в своеобразном уровне такой защиты.…

— Может быть.

Она вздохнула.

— На случай, если этот звонок прослушивается, помнишь, что я читала в газетах?

— Да, помню. Я начинаю думать, что твои газетенки были в чем-то правы.

— Ладно, теперь я еще серьезнее отношусь к твоему отъезду из этого дома.

— Все нормально. Я не останусь здесь надолго. Я повстречаюсь с ним и уйду.

Она усмехнулась.

— Ты говоришь жестоко.

— Ну, и он тоже.

— Вот это моя девочка. Береги свое сердце, мисс Винтерс. Я не хочу, чтобы ты вернулась ко мне в слезах, потому что мне придется заявиться к нему и разрубить его на куски.

Я тихо улыбнулась в ответ.

— Не буду, обещаю.

— О, и прежде чем ты повесишь трубку, скажи мне, насколько большой у него член?

Жар пробежал по моему горлу и лицу.

— Потребуется...э-э... несколько попыток, прежде чем он сможет полностью оказаться внутри.

— Черт возьми! — взвизгнула она. — Неудивительно, что тебе не терпится потрахаться с ним.

— Я вешаю трубку.

— Развлекайся и ни в чем себе не отказывай, — поддразнила она и закончила разговор.

13

Эйприл

Целый час мы с Юлией выбирали ей наряд на день из шкафа с бесконечными, казалось бы, вещами. Она остановила свой выбор на лимонно-желтом сарафане, белой блузке с оборками и сандалиях с желтыми цветами.

Через двадцать минут мы уже спускались по величественной мраморной лестнице в столовую. Красивый коридор был ярко освещен солнечным светом, и я чувствовала себя уверенно и приподнято, пока не увидела Зельду, идущую нам навстречу. Яркое воспоминание о прошлой ночи всплыло в голове, и я съежилась от смущения.

Однако Зельда вела себя так, словно никакого воспоминания не было.

— Доброе утро, Эйприл и Юлия, — поздоровалась она. — Вы обе направляетесь в столовую, и через секунду кто-нибудь принесет вам еду.

Нас с Юлией ждали тосты, яичница с беконом. Юлия тут же принялась за завтрак.

Я мысленно пробежалась по ее расписанию на день, пока ела.

— Юлия, насколько хорошо ты говоришь по-русски?

Она на мгновение оторвалась от еды и посмотрела мне в глаза. Словно убедившись, что я спрашиваю ее искренне, достала блокнот и что-то написала в нем.